Задача Онвера была проста. Он выкладывал эту информацию пришедшему. Если тот выслушает и уйдёт, то Волк тихой сапой отправится следом и попробует выяснить, откуда ветер дует. Если же слов окажется мало, то Онвер должен будет изобразить панику и «выдать» одну из артефактных закладок. Настоящую, без фокусов. Только вот вместе с закладкой неизвестному придётся встретиться ещё и с Волком. В том, что после этого события понесутся вскачь, юноша не сомневался. Поэтому, на всякий случай и не вдаваясь в детали, он попросил близнецов быть наготове. И готовиться к маленькой, но ожесточённой войне.
Встреча произошла там же. Волк подумал даже, что, если всё закончится хорошо, то Онвер больше никуда к этому месту и близко не подойдёт. Очень уж нехорошие воспоминания оно будет вызывать у старика.
— Здравствуй, дедуля. Как твоё здоровье? А вот здоровье твоей внучки хорошо. Пока хорошо. Очень надеюсь, что ты меня сегодня порадуешь, и это останется неизменным! — Волк слышал голос пришедшего и буквально ощущал, насколько тяжело сейчас Онверу.
— Здравствуйте, господин. Да, я… — старик добавил дрожи в голосе.
— Ну чё ты мнёшься? Не расстраивай меня, дедуля!
— Да-да, господин. Я следил за Эспер, за Волком. В общем… в общем у них тут реликвии.
Голос пришедшего наполнился торжеством.
— Реликвии? Артефакты? Ты уверен?
— Да, господин. Сам видел.
— Контрабанда. Торгвар и правда пустил Волка в свой бизнес. Совсем сбрендил! — голос был злым. Будто в озвученном факте было что-то, что задевало говорившего лично.
— Простите господин, но нет. — тихий голос Онвера едва-едва доносился до ушей Волка.
— Как это нет? Что ты мелешь? Сам же говорил, что всё видел — взъярился пришедший.
Судя по всему, он несколько раз ударил Онвера. Просто, чтобы выплеснуть накопившееся раздражение.
— Говори давай, старый. Говори, чтоб тебя.
— Господин. Я думаю, что Волк нашёл артефакты здесь, в Крематории.
— О*****! — удивился пришедший — Ты думаешь? Мне что, ещё немного тебя попинать? Всё выкладывай. Почему ты так думаешь?
— Не надо, господин. Этот Волк, появившись здесь, стал всё вынюхивать, где-то копать, что-то рыскать. А потом, вдруг, люди Торгвара здесь появились. Я видел его. Плотный такой мордоворот. Низенький. Лысый почти. А к нам разные материалы повезли. Строительные тоже, конечно. Но в основном для земляных работ. А неделю назад я видел, как Волк ходил почти к склону Ям там, в дальней стороне, и рыл что-то. Долго, часа четыре. А потом увидел у него в руках что-то светящееся. А потом он спрятал это в лесу.
— Так! — голос пришедшего сделался задумчивым — Значит, Торгвар прислал договариваться Кремня. Тогда понятно, почему… А если… Дедуля, сейчас ОЧЕНЬ хорошо подумай. Как много сопляк тут разыскал.
— Я не знаю. Я не знаю, господин. Он очень скрытен. Никому ничего не показывает. И нас в страхе держит. Прежнего заместителя убил прямо у нас на глазах, чтобы мы поняли, кто главный теперь. Но тот, о ком вы говорили. Он каждую неделю ходит.
— Веди меня. Живо!
Попался. В голосе слышался азарт, предвкушение, восторг. То, что захлёстывает с головой, мешая соображать.
— Ку… куда, господин? — от волнения Онвер даже заикаться начал.
— Куда, господин! — пришедший криво передразнил Онвера — В тайник, конечно же. Или ты всё выдумал, старый?
— Нет, господин. Я отведу вас, господин.
Тайник выбрали специально отдалённый. Я должен был отправиться напрямик, а Онвер проложит свой путь, задав небольшую дугу. Сейчас всё и решится. Если неизвестный припрячет артефакты обратно, даст указания Онверу и пойдёт докладывать о находках, значит события будут разворачиваться медленно и аккуратно. Если же артефакты загребёт себе, а старика решит убрать, как ненужного свидетеля, то значит, что день выдастся напряжённым. И, может быть, кровавым.
XXVIII
Волк знал человека, пришедшего к тайнику. Это Рейдин, один из доверенных людей Стержня. Как такое могло быть? За всеми этими делами стоял Стержень? Как? Почему? Или Рейдин — тот самый дятел Лоббота?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Найдя тайник, тот жадно стал рассматривать трофеи. Пару каких-то кристаллов и разная бижутерия. Вроде ничего серьёзного, но судя по тому, каким самодовольством лучился Рейдин, добыча к нему в руки попала знатная.
— Ты молодец, Дедуля — повернулся он к Онверу, стоявшему рядом — Я думаю, что тебя утешат мои слова. Твоей внучке ничего не угрожало. Я блефовал. Спасибо, старикан.
Волк видел нож за спиной Рейдина, понимал, что именно тот собирался сделать. И медлить не собирался. За мгновение до того, как нож отправился в путешествие к печени Онвера, Волк сзади обрушился на врага всем весом. Отчего тот кулем рухнул на землю. Отбросить нож в сторону, контроль ногой по печени. К сожалению, предатель нужен был живым. Поэтому меры воздействия следовало выбирать осторожно.
Полыхнуло. От вспышки яркого света глаза словно выжгло. Волка зашатало, и он был вынужден резко разорвать дистанцию.
— Сопляк. Вот уж не ожидал тебя тут встретить. Думал, ты совсем тут ворон считаешь — голос был хриплым. Видимо, удар по печени прошёл хорошо.
На одних инстинктах качнувшись в сторону, Волк получил глубокую, рваную рану на предплечье правой руки. Бездна. Жёсткий блок, залом, нож летит в сторону, а колено отправляется в голову Рейдина. Тот закрывает голову свободной рукой, вырывается. Ругается сквозь зубы. Видимо, пока боевая ничья. Но Волк по-прежнему ничего не видит. Что это такое было вообще?
В голову прилетает камень. Не особо большой, но удара достаточно, чтобы сбить концентрацию и пропустить прямой удар ноги в грудь. Юноша падает и, сгруппировавшись, превращает падение в кувырок. Зрение постепенно начинает проясняться.
— Что, Волчонок, ослеп? — издевается Рейдин — Ты ведь даже не понимаешь, что нашёл и как этим пользоваться, верно? Давай дурень, я тебя научу.
Вспышка. Волк, предвидев подобное прикрывает лицо руками. Выхватывает рабочей левой акинак и направляет его в сторону приближающегося противника. У того в руке формируется какое-то свечение, холодно синее, совсем не похожее на только что использованную вспышку белого света. Ещё один артефакт? Стремительный рывок, Волк оказывается в шаге от Рейдина, резкий взмах, и рука, охваченная сиянием, отлетает в сторону, прямо в полёте покрываясь плотной коркой льда.
От вопля врага закладывает уши, но Волк на этот раз безжалостен и точен. Повалить ударом с ног, взять на удушающий, контролируя оставшуюся руку. Подождать, пока Рейдин на потеряет сознание.
Он нужен живым. Волк бросился было перематывать обрубок, чтобы выиграть время, но это оказалось излишним. Крови практически не было. Рука оказалась хорошенько промороженной. Настолько, что, по впечатлениям Волка, достаточно было лёгкого удара, чтобы обмороженный обрубок разлетелся в дребезги. «Хорошо, что не сдох от болевого шока» — мелькнуло в голове юноши.
Зрение тем временем почти нормализовалось. Глаза болели, голова кружилась, правая рука и вовсе нуждалась в срочном уходе. Но жить было можно.
— Онвер? — позвал Волк.
Позвал, а потом и увидел. Старик лежал на земле чуть в стороне от места, где Волк схлестнулся с Рейдином. Убит? Нет, живой. Волк облегченно вздохнул и стал приводить могильщика в чувство.
— Аааа… Бездна. — вырвался из того стон — Что это было? Белая вспышка, я думал, голова взорвётся. А потом темно стало. Боги. Больно-то как!
— Возвращайся в лагерь. Не торопись. Через какое-то время попросишь Эспер подойти сюда. Надо прибраться. Только её, понял? И, ради всех богов, молчи о том, что видел. Иди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Покивав и заверив в своей безграничной преданности, Онвер поспешил, насколько в его состоянии это было возможно, к Крематорию. Может быть, для него эта история и закончится хорошо. А Волку предстояла грязная работёнка.
Три часа спустя Волк появился у входа в кабинет Торгвара.
— У себя? — невозмутимо спросил он у испуганно вытаращившей глаза Милы.
