«Они мнят себя первыми после бога, и любую преступную оплошность называют врачебной ошибкой, но засудили бы одну, посадили другого и остальные перестали считать себя неприкасаемыми», — зачитал Демьян с экрана.
— Вообще-то «первым после бога» на боевых кораблях называют командира, даже фильм такой есть, так что тут это вообще не к месту, — взялся за очередную бутылку Витёк. — Да и случаев обвинительных приговоров, что выносят врачам не так уж мало, насколько я знаю. Моя тёща — врач, так она всегда говорит пациентам: «Я пишу в карте не для вас, а для прокурора». Она, кстати, тоже сильно удивилась, что раздули. Тем более частная клиника. Могли бы молча заплатить, разрешилось бы тихо мирно, никто и не узнал.
Демьян очередной раз задумался о Романовском: его же клиника, как он допустил?
— Может, родственники не захотели? — предположил вслух. — Может, они этого и добивались — скандала?
— Скандала и денег? — усмехнулся Витя. — То есть и рыбку съесть, и на теплоходике покататься? Странные люди. У них дочь умерла, а они из этого шоу устроили, ещё и нажиться хотят.
— А я считаю правильно. Уж, простите, что вмешиваюсь. Приветствую, коллеги, — завернула к ним из соседнего «загона» женщина, что привезла на выставку сидр и представилась Татьяной. — Правильно, что на врача в суд подали. Пожадничала тут явно врач, а не родственники. Вы видели, сколько стоит эта рукавная резекция? — качнула женщина объёмными бёдрами, уперев руки в крутые бока. — От трёхсот тысяч до миллиона в разных клиниках. И по квоте её не делают. Хочешь похудеть быстро и эффективно — плати.
— Ну, вы сейчас наговорите, — вышла из другого павильона его хозяйка Виолетта. — У нас в Москве от ста семидесяти тысяч и вроде как Минздрав уже разрешил делать по полису, признав ожирение медицинской проблемой.
— Это если у вас есть сопутствующие заболевания, например, сахарный диабет, тогда бесплатно, — присоединилась к ним третья женщина, что работала напротив, имени которой Демьян не знал. — И то у вас в Москве сто семьдесят, у нас тут цены в два раза выше.
Они принялись спорить между собой, и ушли в такие дебри, что Демьян перестал слушать.
— И ты спрашиваешь, почему тема стала резонансной? — развёл руками Витя. — Ты бы ещё про грудное вскармливание разговор завёл, такие бы развернулись баталии, — улыбнулся он улыбкой бывалого. — Похудение — тема вечная…
Сидя на террасе ресторана, Демьян покачивал в руках бокал с коньяком, вспоминая вчерашний разговор, и вздрогнул, когда зазвонил телефон.
«Очередной банк с отказом или… — отставил он недопитый коньяк, не сводя глаз с незнакомого номера. — Нет, это не банк». Выдохнул.
— Кораблёв.
Глава 18
— Привет! Это Аврора.
Сердце выскакивало из груди (давно она так не волновалась, как, впрочем, и звонила мужчинам по ночам) и почти замерло, когда Аврора услышала его улыбку.
— Привет! Тоже не спится?
— Чёртова разница во времени, — она зажмурилась, ещё и закрыла глаза рукой, чего Демьян, конечно, не видел. (Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт, что я делаю?)
Как и того, что она лежит в кровати в пижаме перед включённым телевизором и не видит, что уже час показывают какой-то старый чёрно-белый фильм, из тех, что Аврора не любит.
Как и то, что ей ужасно стыдно и как бы она себя ни оправдывала: что второй час плачет, что в час ночи поговорить ей больше не с кем, правда в том, что она хотела его услышать.
Впрочем, это он наверняка знал.
— И не говори. Сначала туда, потом обратно. Как ты? — по телефону его голос звучал ещё ниже, ещё глубже и ещё волнующей. Чёрт!
— Плохо. Прости, что я вот так сразу в негатив.
— Зато честно. Да и не понимаю я токсичный позитив в ущерб себе. Разным эмоциям должно быть место. Зачем давить из себя весёлость, когда на душе кошки скребут.
— Угу, закапывают насранное, как говорит моя подруга. А у тебя как дела?
Аврора вытянула ноги, кровать заскрипела. И Демьян, наверное, услышал, но не подал вида.
— Наверно, лучше, чем у тебя, — он снова улыбнулся. — Поэтому я к твоим услугам. Плед, ведро с мороженым, плечо, слезливая мелодрама о вечной любви, стихи вслух — я весь твой. Если кому-нибудь начистить рожу — только скажи. А если настроение: выйти из дома, перепрыгнуть через палисад и уехать кутить с Есениным — подгоню тебе извозчика.
Он всё же заставил её улыбнуться.
— А если просто поговорить?
— Ох, не ищете вы лёгких путей, Аврора Батьковна! Я думал, начнём со стихов, попрыгаем через палисад в качестве разминки, а вы сразу поговорить.
У него негромко звучала музыка. Аврора слышала приглушённый шум, потом раздался вежливый мужской голос, стук тарелок, звон приборов, Демьян сказал в сторону «Спасибо!» — Аврора догадалась: он в ресторане.
— Приятного аппетита! — сказала она.
— О, спасибо!
— Что ешь?
— Э-э-э… ещё ничего. Заказал фирменный салат с крабом «Сопка» и приморские гребешки.
Аврора прижала руку к животу, испугавшись, что Демьян услышал, как бурно отреагировал её голодный желудок на нехитрое меню.
— Любишь морепродукты? — В том, что он остановится в «Сопке», вроде как лучшей гостинице города с собственным рестораном, она даже не сомневалась.
— Какие у тебя трудные вопросы, Аврора. И да, и нет. Если честно, я просто ткнул в меню, особо не вчитываясь. Но хорошо приготовленные гребешки мне нравятся, хочу сравнить, отличаются ли они о тех, что подают у нас.
— У тебя в ресторане? Или у нас в Северной столице?
— И то и другое, — улыбнулся он. А потом вдруг без предупреждения, подводки и намёков, добавил: — Может, ты приедешь? Сделаем заказ, я пришлю за тобой такси, и пока будешь ехать, твой заказ как раз приготовят. Чего хочешь? — пока Аврора не начала отказываться, Демьян стал зачитывать меню.
— Это нечестно, я хочу всё, — захныкала Аврора вместо того, чтобы сказать: никуда я не поеду. — Куриная грудка с луковым кремом вроде неплохо звучит, — выбрала она самое диетическое из того, что услышала. — Не хочу жареного, желудок болит.
— Может, тогда бульон? Уху? Белый суп с лесными грибами?
— Спроси, что из этого разогреют, вряд ли в такое время ещё
