Почетное звание: член Национального общества почета США, «Спортсмен года» по версии Sports Illustrated, поэт-лауреат, «Шеф-повар столетия».
Перечисленные выше символы служат доказательством высокого уровня знаний и опыта. Они сигнализируют окружающим об успешности своих обладателей и отличают их от остальных людей. Поэтому, знакомясь с чьим-либо резюме, мы сразу понимаем, на какую именно власть знания претендует человек.
Возможны ли злоупотребления символами власти знания? Разумеется. Нам трудно представить Франсуазу Барре-Синусси, разгуливающую по Парижу с медалью нобелевского лауреата на шее. В большинстве стран подобное поведение сочтут как минимум смехотворным и даже глупым. В странах с неформальной культурой, например в Австралии, публичная демонстрация достижений скорее ослабит власть, чем усилит ее. Однако в более формальных государствах, таких как Австрия, обращение к человеку с указанием звания или ученой степени (например, доктор Шмидт) считается уместным и вежливым. В целом человеку с большой властью знания не требуется прилюдно демонстрировать ее символы, хотя их обычно перечисляют в резюме и биографиях или на визитной карточке. Иногда дать слушателям информацию о достижениях специалиста необходимо, скажем, если он приглашен сделать основной доклад на конференции (список регалий выступающего обычно указывают в программе).
Власть знания в организации
Бизнес держится на знаниях и практическом опыте людей. Предприятия процветают, когда могут запустить на рынок инновационные продукты, поэтому они соревнуются с конкурентами в постоянной борьбе за таланты, стараясь заполучить и удержать самых лучших и эффективных специалистов. Разумеется, в постиндустриальную эпоху приобретение и применение знаний – центральная тема большинства бизнес-стратегий. Однако я не хочу рассуждать о бесконечной проблеме управления знаниями, глубокому исследованию которой посвящены многочисленные работы. Мне интересно, как сотрудники разных организаций создают и используют власть знания.
Рассмотрим две гипотетические крайности. Анника проработала в компании десять лет и не только научилась отлично выполнять свои производственные обязанности, но и накопила немалый объем процедурного знания о всевозможных аспектах деятельности организации. Более того, она обладает и существенным институциональным знанием, то есть понимает, что и как работает, какие существуют коммуникационные связи, в чьих руках сосредоточена официальная и неофициальная власть, кто пользуется авторитетом и как добиться своей цели. Всем известна информированность Анники, к ней идут за помощью, советом или с просьбой помочь решить проблему. Другая крайность – Зои, которая удовлетворительно справляется с работой на своей должности, но все еще то и дело совершает ошибки и часто вынуждена обращаться за помощью. Ей недостает опыта, и она порой выглядит наивной в вопросах происходящего в компании. Зои будет последней, к кому вы обратились бы за информацией или инструкцией. Поскольку власть – это возможность воздействовать на окружающих, превосходные знания Анники сделают ее при прочих равных условиях куда более влиятельной фигурой в организации по сравнению с Зои. (Разумеется, Зои может обладать другими источниками власти, делающими ее влиятельнее Анники. Скажем, Зои может быть дочерью основателя компании или же иметь хорошие связи с ключевыми клиентами.)
Велик соблазн сделать следующий вывод: сотрудники, занимающие более высокие должности, обладают большей властью знания, что в какой-то степени справедливо, поскольку их положение в общей иерархии дает доступ к закрытой информации. Так, старший вице-президент по научным исследованиям и разработкам может пользоваться данными, закрытыми для рядового исследователя. Однако в своей сфере (область специализации, выполняемые проекты, коллеги) последний, скорее всего, обладает большей властью знания, чем вице-президент (если только они не являются специалистами в одной области и вице-президент не курирует его проекты). В организациях, где знания являются стратегическим требованием (например, в европейском CERN[12] или в Лаборатории реактивного движения NASA), высоко ценят сотрудников, которые, являясь экспертами высочайшего уровня, вносят колоссальный вклад в результаты общего труда. Обычно эти люди получают очень высокое вознаграждение и приобретают значительную власть знания, хотя и не обязательно занимают руководящие позиции.
Нельзя не признать, что внутри организаций обычно имеются хранилища специальной информации и любой сотрудник может пользоваться накопленными сведениями, генерировать новые или уточнять старые данные по мере выполнения работы. Создание знания может быть официальным и прямым, как это происходит в научно-исследовательских лабораториях, технических и проектных группах, командах по разработке новых продуктов и целевых рабочих группах по решению проблем. Однако часто оно происходит неформально и незапланированно, например, когда выездной техник находит лучший метод проверить и заменить модули управления энергоблока или секретарь-референт предлагает новый способ организации международных телефонных конференций. Создание новых знаний – это постоянный побочный продукт работы, а умные лидеры и руководители компаний всегда найдут способы собрать эти знания и распространить их в своих организациях{20}.
Знание как разрушитель власти
Казалось, мечта человечества об огромных объемах дешевой энергии сбылась 23 марта 1989 года с распространением ошеломляющего известия, что двое ученых открыли процесс холодного ядерного синтеза. В нормальных условиях данная реакция происходит при температурах, существующих в ядрах звезд (или при взрыве атомной бомбы). Это синтез тяжелого атомного ядра из двух более легких ядер с одинаковыми зарядами, при котором выделяется энергия. Разумеется, средней энергетической компании синтез не по карману, кроме того, процесс крайне опасен (дети, не пробуйте сделать это дома!). Поэтому, когда на пресс-конференции Стэнли Понс и Мартин Флейшман объявили об осуществлении реакции холодного ядерного синтеза при комнатной температуре в своей лаборатории в Университете Юты, это стало сенсацией в научном мире. Окажись их слова правдой, у людей появилась бы возможность пользоваться безопасным, недорогим и неисчерпаемым источником энергии. Вплоть до описываемых событий Понс, возглавлявший факультет химии в университете, и Флейшман слыли известными электрохимиками. Якобы они намеревались сначала опубликовать свои результаты в научном журнале, но по настоянию руководства университета сделали громкое заявление. Мы можем только предполагать, что они поступили так ради репутации университета и ради провозглашения приоритета при последующем оформлении патента.
