Хочется рыдать в голос. Такое ощущение, будто я потеряла самого важного человека в моей жизни. Разве так можно? Разве можно вот так тупо хотеть мужчину, которому наплевать на тебя? Для которого ты являешься просто шлюхой? Черт! Ну так не должно быть!
Смотрю на окно, подоконник, на который он усадил меня, и сразу же тепло разливается по всему телу. Мурашки разбегаются по коже. Я всем сердцем хочу, чтобы он появился в моем доме снова. Объяснил, сказал, что это не то, о чем я подумала. Что он не за ночь деньги дал, а... А за что же ещё? Не знаю я... Но пусть уговаривает меня!
Я жду Дану около часа. Она сказала, что нам нужно поговорить. Да, я ее понимаю. Я перестала выходить на связь, общаться с людьми. Даже с родной матерью не созваниваюсь, потому что она меня снова предала, рассказав своему мужу о моей просьбе. Да, у меня никого нет, с кем я могла бы сесть и поговорить обо всех своих проблемах, излить душу. А ведь я так устала...
Ищу объявления в социальных сетях. Нужно найти работу, а я ничего не хочу. Весь день сижу дома. И есть не тянет. Если даже заставляю себя приготовить что-нибудь, все равно кусок в горло не лезет. Чувствую себя раздавленной. Растоптанной.
Звонит дверной звонок, и я нехотя встаю с места и маленькими шагами топаю к двери.
— Привет! — говорит подруга, как только я открываю дверь. В одной руке торт, а в другой — бутылка виски. — Надеюсь, ты не пошлешь меня?
— Нет, конечно, — жестом приглашаю внутрь.
— Давай выкладывай. Что у тебя произошло? — мы садимся на маленький диван в гостиной. — Андрей на работе злой, как чёрт, ты дома такая вся... Блин, Ник, ты ужасно выглядишь! Мешки под глазами, синяки. Будто тебя избили, честное слово.
После того как подруга произносит его имя, дальше я ничего слышу. В висках стучит одно и то же: «Андрей».
— Со мной всё хорошо, — тихо говорю я, еле сдерживая слезы.
— Ну, Ник! Я же не слепая, — покрывает мою ладонь своей, слегка сжимает. — Ты от меня никогда ничего не скрывала, а сейчас недоговариваешь. Скажи...
Она смотрит мне в глаза, решает не продолжать свою речь, я же уже догадываюсь, что подруга хотела сказать.
— Вы же... Вы это... Были вместе, да?
— Да, Дана. А потом он оставил мне деньги за ночь и ушел. Всё.
Я закрываю лицо ладонями и тихо плачу. Не знаю, честно говоря, что со мной происходит. Мне было до одного места, когда бывший меня бросил, хоть мы и около трёх месяцев встречались. А Андрей... Всего одна ночь, но мне так больно вспоминать его и понимать: ОН НЕ МОЙ.
— Ник, он сегодня спросил меня, почему тебя нет. Разорвал твое заявление и еле сдержал себя, чтобы не заорать. Я так счастлива была, когда вышла из его кабинета, потому что он чуть ли меня не убил своим взглядом, — гладит мое лицо и вытирает слезы с щеки. — Ник, может, ты не так поняла? Ну, будь ты ему безразлична, он разве так психанул бы, увидев тот долбанный кусок бумаги?
— Ты не понимаешь, — качаю головой. Чувствую, как дрожит голос, подбородок. Как я вся трясусь. — Ему понравилось меня трахать. И, конечно же, он хотел бы продолжения. Но нет. Не будет. Завтра буду искать другую работу.
— Ник, честно, ты преувеличиваешь, — осторожно говорит Дана. — Я не слепая, родная. И мне достаточно одного взгляда, чтобы понять, хороший он человек или плохой. Ну вот кто столько бабок отдаст на операцию мужчины, которого знать не знает, а?
— Ты просто ему благодарна. Поэтому защищаешь, — шмыгаю носом. — Я не хочу о нем говорить, Дан. Как дядя Толя?
Я просто стараюсь отвлечь себя. Не хочу думать об Андрее, потому что сердце начинает биться сильнее, я начинаю нервничать. Но одно знаю точно: он никогда за мной не придет.
Не зря же его зовут Зверем. Он действительно такой. Жестокий и суровый. Ни разу даже не позвонил за эти три дня!
— Ладно, Ник. Я думаю, ты сейчас не в состоянии пить. Ты засыпаешь.
— Прости, я просто не могу уснуть. Всю ночь смотрю какие-то фильмы, а днём вот так. Не в себе.
— Влюбилась ты, подруга, не по-детски, — смеётся Дана. — Ладно, давай, сладких снов тебе. Завтра приеду — поговорим.
Подруга уходит, и опять становится тоскливо. Сажусь на диван и включаю телевизор, но ничего интересного не нахожу. Дико хочу спать, но если сейчас усну, то ночью снова не смогу глаз сомкнуть.
До самого вечера смотрю мультики, но перед глазами Андрей. Его прикосновения, мощное, сильное тело. Горячие ладони, скользящие по моему телу. Тихий, бархатный голос.
— Черт! — матерюсь, потому что чувствую, как становится жарко внизу живота.
Встаю и стягиваю с себя одежду, натягиваю банный халат. Нужно принять душ. Включаю воду, но не успеваю встать под струи, слышу очередной дверной звонок. Неужели Дана вернулась?
Не смотрю в глазок, а сразу открываю и не верю своим глазам, когда вижу перед собой босса.
— Какого хрена ты творишь, Вероника? — рычит он, без приглашения заходя в квартиру и прижимая меня к стене. — Какого хрена, я говорю? Что за детский сад, дьявол раздери?
Андрей захлопывает дверь ногой, а мне не хватает воздуха в этом узком коридоре. В глазах цвета моря — злость, ярость. Они буквально полыхают, искрят.
— Я тебя спрашиваю, Вероника, что за спектакль? — нависает надо мной, словно скала, рассматривает моё лицо так, будто впервые видит.
— Я не шлюха! — выдавливаю из себя и пытаюсь оттолкнуть от себя мужчину, но разве можно сдвинуть с места каменную стену? — А ты... Ты... Подавись своими деньгами!
— Что? — брови ползут вверх, синие глаза распахиваются от удивления. — Ты чего там себе напридумывала, глупая?
Не знаю, что и сказать, как понять его действия. Босс ждёт от меня ответа, а я понятия не имею, как высказать всё, что о нем думаю. Всё, что накопилось.
— Я не шлюха, которую трахают всю ночь, а потом швыряют в лицо деньги, Андрей! Хватит! Не хочу с тобой работать. Лучше уж я буду с одной работы на другую идти, буду
