– Я христианин, – отвечал Конкордий.
– Я спрашиваю тебя о твоем имени, – снова сказал эпарх, – а не о Христе твоем.
– Я уже сказал тебе, – отвечал святой Конкордий, – что я христианин и исповедую Христа.
– Принеси жертву бессмертным богам, – сказал эпарх, – и будешь нам другом, я буду считать тебя вместо отца и попрошу императора Антонина, господина моего, чтобы он назначил тебя жрецом богов.
– Пусть твои боги останутся лучше при тебе, – сказал на это святой Конкордий.
– Послушай меня и принеси бессмертным богам жертву, – продолжал уговаривать его эпарх.
– Лучше ты меня послушай, – отвечал святой Конкордий, – и принеси жертву Господу Иисусу Христу, дабы избегнуть тебе вечных мучений. Если ты сего не сделаешь, то получишь наказание в вечной жизни и воспримешь мучение в неугасаемом огне.
Тогда эпарх повелел бить его палками и бросить в общую темницу.
Ночью к Конкордию пришел блаженный Евтихий со святым епископом Анфимом. Анфим был другом Торквата и упросил его отпустить к нему узника на короткое время. И вот, Конкордий ночью был выпущен из темницы и прожил вместе с Анфимом немало времени. При этом Анфим посвятил Конкордия в иерея, и они, живя вместе, упражнялись в посте и молитвах.
По прошествии некоторого времени Торкват послал за Конкордием и спросил его:
– Что ты придумал относительно своей жизни?
– Моя Жизнь – Христос, Которому я ежедневно приношу жертву хваления, а ты будешь гореть в геенне, – сказал эпарху Конкордий.
Тогда Торкват повелел привязать святого к позорному столбу. Но святой с радостью говорил:
– Слава Тебе, Господи Иисусе Христе!
– Принеси жертву великому Зевсу[94], – настаивал эпарх.
– Я не стану приносить жертву глухому и немому камню, – отвечал блаженный Конкордий, – так как со мною Господь мой Иисус Христос, Которому служит душа моя!
После этого эпарх, разгневавшись, отправил Конкордия на заключение в тесную темницу, а на руки и на шею его повелел наложить железо и запретил кому-либо входить к нему, ибо желал уморить святого голодом.
Но блаженный Конкордий, заключенный в темнице, не пал духом, но с веселием начал приносить благодарность всесильному Богу:
– Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение! – воспевал он.
В полночь явился ему Ангел Господень и сказал:
– Не бойся, но мужественно стой в вере, потому что я с тобою.
По прошествии трех дней эпарх послал к нему ночью двух оруженосцев своих и повелел им:
– Пойдите и сообщите узнику, дабы он принес жертву нашим богам, или же, в противном случае, ему будет отсечена голова.
Оруженосцы пришли к Конкордию с идолом бога Зевса и спросили его:
– Слышал ли ты, что приказал эпарх?
– Я не знаю этого, – отвечал святой.
– Принеси жертву богу Зевсу, – продолжали оруженосцы, – в противном же случае будешь обезглавлен!
Тогда блаженный Конкордий, благодаря Бога, сказал:
– Слава Тебе, Господи Иисусе Христе!
И плюнул в лицо Зевса. Видя это, один из воинов извлек меч и отсек святому голову – и, таким образом, блаженный Конкордий, исповедуя Господа, испустил дух[95].
После того пришли в темницу два клирика и некоторые благочестивые мужи; взяв тело святого, они положили его недалеко от города Сполета, в месте, орошенном обильно текущими источниками. Здесь, у гробницы мученика, одержимые демонами и страждущие от различных болезней стали получать исцеления, по молитвам святого Конкордия, предстоящего Господу нашему Иисусу Христу, Который с Отцом и Духом Святым царствует во веки веков. Аминь.
Страдание святых мучеников Фронтасия, Северина, Севериана и Силана
Святой Фронтасий, Северин, Севериан и Силан были отправлены первым петрагорийским епископом Фронтоном[96] проповедовать слово Божие. Во время проповеди их схватил игемон Сквиридон и допрашивал:
– Скажите мне: откуда вы и какими именами называетесь? Ибо вы не только не принесли жертв богам, но отклонили от этого многих других и разрушили даже храмы богов. Скажите же, коею властью вы делаете так? Они отвечали ему:
– Зачем ты допрашиваешь нас, игемон, будучи чужд божественной добродетели? Уж не стремишься ли ты уничтожить правое дело? Тогда, прежде чем приступить к исполнению намерение своего, рассуди: кто сотворил твою душу и тело? Ведь языческие идолы – изделие человеческих рук и не могут ни себе принести пользы, ни иным помогать, тем более творить что-либо.
– Я вижу, – сказал Сквиридон, – что вы дерзки и многоречивы, наученные всякому пустословию от вашего учителя.
– Наши слова исполнены истины, – отвечали Северин и Севериан, – ты же почитаешь идолов, которые суть камни, поставленные демонами; они – глухи, немы и пусты.
– Оставьте свои рассуждения, – прервал их Сквиридон, – и если хотите остаться в живых, принесите жертву богам.
– Наше приобретение заключается в том, – отвечал Фронтасий, – дабы жить и умереть за Христа!
После того игемон обратился к Силану, умевшему играть на гуслях, благозвучных кимвалах и лирах, и спросил его:
– А ты, юноша, почему не приносишь жертву богам?
– Я приготовился, – ответил святой Силан, – принести себя в жертву Господу моему Иисусу Христу, Который благодатью крещения омыл мир от греховной скверны.
– Каким образом омыл? – спросил игемон.
Силан отвечал:
– Господь мой Иисус Христос сказал Своим ученикам: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28:19), «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16:16). Таким образом и ты, игемон, если уверуешь во Христа и крестишься – будешь спасен, если же не уверуешь – осужден будешь.
Разгневавшись, игемон приказал вывести их на место казни за город и подвергнуть жесточайшим мучениям. При этом мучители вонзили в головы мучеников железные гвозди, по подобию тернового венца Спасителя нашего, и пригвоздили их к столбу. В голове каждого было по девяти гвоздей. Но жестокая ярость мучителей не могла отвратить от Христа Его воинов. После того как игемон не мог препобедить святых означенными мучениями, он сделал относительно их последнее решение – повелел отсечь им головы. Тогда святые мученики, преклонив на землю свои колени и препоручив Богу свои души, подставили выи палачам и восприяли мученическую кончину за исповедание имени Христова. Нечестивые воины, усекнувши главы мучеников, бросили их тела для поругания на землю, оставив честные останки без погребения. Но божественная сила совершила при этом следующее чудо.
Тела святых, при внезапном наитии на них Святого Духа, ожили, и каждое, взявши в руки лежавшую поблизости свою голову, без всякой человеческой помощи встало на свои ноги и таким образом пришло к реке, называемой Ил. Вступив здесь на воды, ожившие тела мучеников шли по ним, как бы по сухой земле. Перейдя затем реку, на виду у многих, в изумлении наблюдавших чудо, они взошли на высокий холм. Тут они дошли до церкви
Пречистой Богоматери, Девы Марии, в которой молился святой епископ Фронтон. Святые мученики вошли внутрь церкви и, преклонив колени, сложили свои головы пред ногами епископа, а телеса свои крестообразно распростерли на земле, и те снова стали мертвыми. Тогда святой епископ Фронтон, с пресвитером Анианом и при участии многочисленного народа, с почетом и песнопениями, предал погребению в вышеозначенном храме Фронтасия, Северина и Силана. Севериана же, по просьбе некоей благоговейной женщины, он с почетом похоронил в другом месте, находившемся в ее владениях, неподалеку от святых сострадальцев его.
Святые мученики пострадали в царствование римского императора Клавдия[97], прославив своими делами и твердым исповеданием Господа нашего Иисуса Христа, Которому с Отцом и Святым Духом честь и слава вовеки. Аминь.
Житие преподобного отца нашего Зосимы, епископа Вавилонского
Преподобный Зосима, прозванный Киликсом (так как был родом из Киликии [98]) в юности своей возлюбил Бога. Отвергшись мира, он пришел на Синайскую гору[99], облекся здесь в иноческий чин и начал подвизаться в посте и молитвах. Однако он недолго пробыл на Синае. Стремясь к тишине и безмолвию, Зосима еще в молодых летах отошел с Синайской горы в пустыни Ливии[100], и там поселился в одном пустынном месте, называемом Аммониак. Здесь он стал жить в полном уединении, заботясь об угождении единому Богу. Однажды он увидал в пустыне той старца, одетого в колючую власяницу. Приблизившись к нему, Зосима хотел поклониться старцу и, по обычаю, испросить у него благословения. Но старец предупредил его, сказав:
– Зачем ты пришел сюда, Зосима? Иди отсюда, ибо тебе не должно здесь оставаться.
Думая, что старец знает его издавна, Зосима, поклонившись ему и испросив благословение, сказал:
– Молю тебе, отче, окажи мне благоволение! Скажи мне, как ты знаешь меня?
