не сомневаюсь в том, что не пройдет и нескольких минут, как разрешение покинуть этот благословенный край будет у меня в руках. Я прав. Почти. И часу не прошло, как на пороге моей очищенной от растений и последствий многодневного загула, а потому непривычно аккуратной комнаты появляется главный маг султана. Зарреусь.
Он изображает легкий небрежный поклон, слабо улыбается и передает мне свиток, скрепленной личной печатью тестя. На свитке рукою писца начертано сообщение о том, что я вправе на время выполнения задания особой важности покинуть Шактистан. Под личную ответственность Главы Совета. Дальше идет напоминание о том, чем именно данный Глава поплатится, если что, а также намек на то, что в результате этого сделают со мной. Зарреусь кивает на прощание и удаляется, так и не сказав ни слова.
— И что же Вы ему пообещали, дядя? — спрашиваю я, глядя на то, как пергамент горит, тихо и бездымно синим пламенем.
— Тебе не нужно это знать, — заявляет Терин и, не спросив моего разрешения (конечно, это было бы чрезмерной роскошью!), быстро перемещает мою драгоценную персону… куда-то, вроде как в парк. Место незнакомое, и мне здесь не нравится. Впрочем, а где мне сейчас нравится? Да нигде!
Конечно же, настроение не повышается после того, как я обнаруживаю Верлиозию, спокойно стоящую возле высокого, отливающего фиолетовым (да что мне сдался этот цвет!) дерева и глядящую на меня с выражением холодного презрения на лице. Вот не изменилась ничуть — все так же худа, небрежно одета, без украшений. Разве что волосы отросли, отчего она еще больше стала походить на своего отца.
Провожу ревизию своих эмоций и понимаю, что волнения не испытываю. Все, лимит исчерпан. Стоит передо мною дракон, прикинувшийся женщиной, но это не повод для того, чтобы начинать нервничать.
— Здравствуй, Верлиозия.
Она отчего-то вздыхает, потом фыркает и насмешливо интересуется:
— И как же тебя угораздило жениться?
— Угораздило.
А что она от меня ждала? Развернутого отчета? Начинаю вдруг злиться, и оттого, что понимаю это, злюсь еще больше.
— А я скучала, — вдруг игриво произносит драконица. Кстати, так вот я и не выяснил, как же именовать драконов женского пола. Драконицами? Драконихами? Самками дракона? Как?
— Не могу сказать о себе того же. Уж прости, — отвечаю я.
Она тянется ладонью к моей щеке. Отстраняюсь.
— Все такой же недотрога? — интересуется Верлиозия.
Хочу спросить "а ты все такая же шлюха?" и не решаюсь. В самом деле, кажется, я готов на Веру перенести всю свою ярость в отношении женщин. Не стоит. В конце концов, расставались мы с нею, помнится, на мажорной ноте. Ну, почти, на мажорной. Во всяком случае, она нашла способ вернуть мне свободу, которую я потом так бездарно…
На лице у Верлиозии появляется изумление.
— Все так плохо? — интересуется она.
— Все отлично!
Не желаю обсуждать с ней особенности своего эмоционального состояния, а потому поворачиваюсь к присутствующему при нашем с самкой дракона диалоге князю и спрашиваю у него:
— Конкретные инструкции будут? Или мы должны поздороваться и тут же отправляться неизвестно куда и непонятно зачем?
— Что за тон, Ларрен? — возмущается князь Эрраде. Как-то не слишком натурально он возмущается. Впрочем, на что он рассчитывал? На мое безропотное послушание? А не хватит ли?
— А что Вы от него хотели, князь? — тут же интересуется Верлиозия. О, у меня появилась защитница. Спасибо, не нужно.
— Я хотел, чтобы он меня выслушал, — спокойно произносит Терин, — у меня есть информация, которая может помочь вам в поисках.
— Я слушаю! — рычим мы с Верой одновременно. Тут же переглядываемся, но оставляем наше внезапно возникшее взаимопонимание без комментариев.
— Я разговаривал с твоим отцом, Верлиозия.
— Надо же, он умеет разговаривать! — ехидничает Вера. — И как Вам разговор с "мудрым" драконом? Информативно?
— Он сказал мне, что, судя по его ощущениям, ты произвела пять перемещений. К сожалению, он не может сказать — куда именно, но уверен в том, что ты сможешь их почувствовать, если постараешься. Ты постараешься, Верлиозия?
Лицо князя серьезно и торжественно. У меня просто гадко на душе. Только вот дракониха не желает соответствовать общему настроению. Она улыбается и ехидно произносит:
— Я-то могу постараться. Мне котенок дорог пока, как память. Мне вот только одно хотелось бы знать, князь. А Вас-то интересует, что случилось с Вашим внуком, жив ли он? Вы-то хоть переживаете? Или просто исполняете свой долг? Прочитать Вас я сейчас не могу, уж больно Вы хорошо прикрылись, но вот Ваше лицо… Простите, князь, но мне кажется, что Вам вообще на все наплевать. И на Терина и на Ларрена. Я что, не права?
Верлиозия
Ларрен не рад меня видеть. Это не удивляет и не огорчает. Это ожидаемо. Он демонстративно игнорирует меня, но я чувствую его раздражение. Правда, неприязнь ко мне идет задним фоном и основная причина его плохого настроения не я. Князь. Насколько эффективно меня успокаивает младший Терин, настолько же сильно Ларрена раздражает старший. Это не удивительно, учитывая, что неприятности Лара начались, когда князь поставил на нем печать собственности.
— Я разговаривал с твоим отцом, Верлиозия, — торжественно сообщает князь. Я не сразу понимаю, что речь идет об Аргваре.
— Надо же, он умеет разговаривать! — изображаю удивление и интересуюсь, — и как Вам разговор с "мудрым" драконом? Информативно?
Оказалось, что да — информативно. Найти котенка будет сложно, но не невозможно. Пользуясь случаем, задаю князю на прощание пару неприятных вопросов, ясно давая понять, что я о нем думаю. Терин-старший не тот человек, на которого я буду тратить свое время, поэтому ответа я не дожидаюсь, хоть и вижу, что он собирается что-то сказать. Беру Ларрена за руку и перемещаюсь.
Думала, он разозлится, что утащила его без предупреждения, но он молчит и, кажется, даже доволен.
— Интересный мир, — бормочу я, разглядывая землю под ногами. Похоже, нас выбросило на огромную свалку в мир, где мусор не сжигают, а складируют ровным слоем по земле. Он повсюду. Куда ни оглянись везде пустота и земля, покрытая мусором.
— Лучше осмотреться с высоты полета, — намекает Ларрен.
Смотрю на него задумчиво. Издевается? Или не знает, что Аргвар поставил запрет на смену ипостаси?
— Я не владею левитацией.
Он озадаченно смотрит на меня. Пытается понять, чтобы значило мое заявление, потом догадался, осмотрел вплетенный в мою ауру подарок Аргвара и заявил:
— Интересное заклинание. Ты не можешь превращаться в дракона, уровень твоих магических возможностей почти равен моему… даже меньше, — в этом месте в его голосе слышно изумление, он смотрит еще раз, внимательнее, и констатирует, — меньше. За что
