состоянии сопереживать ей, кто может понять пережитую ею драму. А то что она пережила именно драму у меня сомнений нет. И ты тот человек, который может ей помочь. Вы разные и в то же время, вы с ней похожи…
– Пап! Это безумная идея! Безумнее всех твоих предыдущих идей. Я не собираюсь участвовать в этом эксперименте над психикой этой несчастной девочки и над своей собственной… Я не хочу больше никаких детей! Ни своих ни чужих! Ясно?!…
Осознав что перешла на крик Лена покосилась на девочку. Не хватало только еще ее испугать. Уж то что кто-то вышел из себя и орет как ненормальный она точно должна понимать.
Девочка смотрела на Лену своими огромными голубыми глазами. Она не казалась испуганной. Скорее в ее глазах было что-то вроде сочувствия. Протянув в сторону Лены ладошку она погладила ее по щеке и после этого кивнула. Лена во все глаза смотрела на удивительную девочку.
– Боже мой! – прошептала она и губы у нее задрожали. Чувствуя что сейчас расплачется, она отвернулась. Взяв себя в руки она сказала спокойным ровным голосом. – Я не могу. Прости, детка…
Взглянув на отца она покачала головой.
– Как ты мог?!…
Выпустив из своей руки детскую ладошку она развернулась и пошла в сторону выхода с территории центра.
Глава 5
– Лен, тебе не кажется, что это ммм… странная идея?
– Да, странная. Я тоже была категорически против. Сначала…
– И что же изменилось? – в голосе Игоря звучало недоумение и явное раздражение.
– Игорь. Я не знаю как обьяснить правильно. Думаю, отец был прав… Мне кажется, мы действительно можем спасти друг друга…
В трубке послышался явственный вздох.
– Лен, как ты себе это представляешь? Вот правда? Уже достаточно взрослый ребенок. Не наш, чужой. И как мы вообще будем общаться? Как это все будет? Это не киска, не собачка, это человек. Со своим характером, привычками, желаниями…
– Я знаю и то же самое говорила отцу. И сейчас думаю также… Но именно потому что это человек, которому очень нужна помощь я хочу это сделать.
– А если ее родители найдутся? Вот представь. Мы уже привыкли, допустим. Допустим, уже все хорошо. И тут, раз, и нашлась ее семья. И что тогда?!
– Игорь, я просто знаю, что если я не помогу ей, всю свою оставшуюся жизнь я буду помнить, что я оставила того кто нуждался в помощи, в беде, в настоящей беде и не помогла. Даже не попыталась. Опять…
– Лен, прекрати!!! Ты не оставила Дашу в беде. Ты сама была без сознания и ничем не могла ей помочь. Нужно… принять это. Нельзя превращать жизнь в нескончаемое чувство вины. Которую ты сама себе придумала…
– Да. Просто это сложно…
– Ладно. Если ты хочешь, давай попробуем. Но я не считаю это хорошей идеей.
– Я поняла, по твоей реакции. Спасибо, в любом случае, что… поддержал…
– Мне нужно идти. Созвонимся потом…
– Хорошо.
Глава 6
Первым впечатлением от места в которое она попала, было удивление и разочарование. Здесь все разительно отличалось от привычного ей мира. Но не менее сильно все здесь отличалось и от того что рассказывал брат, описывая свои путешествия.. Все было другим, непохожим. Но непохожим не сказочно-прекрасным, интересным, захватывающим, а непохожим странно, неприятно и даже пугающе. Оглядевшись по сторонам Зара увидела вокруг себя серые стены невероятной высоты. в них было сделано множество провалов прямоугольной формы, расположенных ровными рядами по всей огромной высоте. Стены поднимались вверх настолько высоко, что, наверное, доставали до самых облаков. У подножия этих громадин находились странные конструкции, тоже очень массивные. Некоторые из них имели нечто напоминавшее колеса, но не такие как у повозок, а тоже огромные и очень широкие. Неподалеку на земле лежали сложенные друг на друга длинные штуки цилиндрической формы, внутри пустые и напоминавшие туннели с абсолютно круглыми проходами. Вся земля вокруг была изрытой и неровной. Тут и там на ней виднелись глубокие, идущие вплотную друг к другу следы оставленные кем-то или чем-то тоже очень большим и судя по глубине отпечатков и невероятно тяжелым. В некотором отдалении был забор. Вдоль него располагались сложенные в кучу камни, странные мешки черного и ярко синего цвета, доски. Где-то за поднимавшимися к небу стенами раздавались тяжелые бухающие звуки. Все здесь было серым, неуютным, каким-то безжизненным и пугающим. «А вдруг здесь живут страшные великаны, обитающие в огромных замках до неба?» – подумала девочка. Кому еще могут понадобиться такие высоченные стены и такие огромные повозки с большущими толстыми колесами? Для обычных людей все это слишком огромное… Зара дотронулась до браслетов на своей руке. Темные камни, вправленные в металлические ободки были гладкими и совершенно непрозрачными. Как жаль, что она не знает как ими пользоваться. Для нее это просто камни и просто металл… Но, с другой стороны, даже если бы она и умела их использовать, возвращаться во дворец сейчас все равно нельзя. Там страшный человек в кольчуге со своими помощниками. И они схватят ее…
Зара вновь огляделась по сторонам. Как ей найти здесь Ри? И здесь ли он вообще? А вдруг он совсем в другом месте, вдруг она попала не туда? Она понадеялась, что прибор был настроен на то место куда отправился Ри. Может быть ручки нужно было повернуть не до упора, как это сделала она, а установить их в определенное положение? Но она не знала как нужно правильно настроить прибор чтобы все получилось! И поэтому очутилась здесь. И возможно не сможет спасти брата. И не сможет вернуться назад. Никогда… Девочка помотала головой и приказала себе не думать об этом. Она должна держать себя в руках, чтобы ни случилось. Так сказал отец и она дала слово…
Было страшно холодно. Намного холоднее чем даже после того когда она слишком долго сидела в речной воде. Еще раз оглядевшись по сторонам Зара пошла по направлению к забору, в надежде найти выход. Возможно там за забором все не так мрачно и страшно и можно найти какое-то укрытие от холода. Правда Зара не представляла какое. И что делать потом… Но о том что будет дальше она не позволяла себе думать. Вернее старалась не позволять. Потому что если начать думать об этом сейчас остатки решимости, которой и так уже почти нет, окончательно покинут ее. И тогда у нее не останется ничего. Ей очень-очень страшно и холодно, и одиноко. И она готова сдаться… Но отец сказал чтобы
