Так продолжалось довольно долго. Мэлвин творил, Сварг уничтожал, и, казалось, конца этому не будет. Это походило на замкнутый круг, вырваться из которого казалось просто невозможным. Но силы Мэлвина таяли, а чудовищные порождения Хаоса с каждым новым уничтоженным миром крепли и становились все более ужасающими. Он понимал, что в одиночку не справится со Сваргом Темным и его прислужниками, и обратился за помощью к своим друзьям, Ориксу и Кайре.
Собравшись втроем, они долго думали над тем, что же они могут противопоставить Владыке Хаоса. Их божественный разум слился воедино, и решение пришло. То, что получилось, было ново и необычно, и оказалось некой эфемерной субстанцией, несущей в себе разум, волю и чувства. Они назвали ее душой, и, вдохновленные первым успехом, тут же взялись за создание первых существ, которых собирались наделить ею.
По общему мнению, существа эти своим внешним обликом должны были походить на богов, и каждый из троих начал трудиться над первенцем будущих трех народов.
Орикс невольно улыбнулся, вспомнив тот день. Они работали вдохновенно, и завершили работу почти одновременно. Когда же решили посмотреть, что все-таки получилось у других, то выяснилось, что детище невысокого Мэлвина оказалось здоровым, широкоплечим детиной, а творение Орикса наоборот низеньким и коренастым. Глянув на них, Кайра скривила свое хорошенькое личико и сказала, что этих образин они, похоже, слепили друг с друга. После этого она представила на суд свое собственное создание - изящное, стройное, но немного женственное. За прообраз Кайра не иначе как брала свое отражение в зеркале. Мэлвин и Орикс скептически хмыкнули и сказали, что ее вариант может быть и красив, но слишком хрупок, и вряд ли выстоит в борьбе с порождениями Сварга. На это Кайра ответила, что побеждать можно не только грудой мышц, но еще и умом, ловкостью, умением.
Они долго спорили, чей же вариант лучше, но, в конце концов, пришли к компромиссу, решив, что право на существование получат все три народа. Кайра, правда, выторговала себе привилегию создать женщин для каждого из них, заявив, что такую тонкую работу им, мужикам, поручать просто нельзя. Мэлвин и Орикс не стали возражать, так как их в первую очередь заботило то, как их детища смогут противостоять Сваргу Темному.
Таким образом, на свет появились три равноправных народа: люди, эльфы и гномы, и их первым домом стал тот самый Лирос, на котором Орикс находился сейчас. Три бога поклялись, что тайну сотворения живой души не раскроют никому, а охранять новый мир от чудовищ Сварга, пока народы Лироса не наберутся собственных сил, приставили огненных драконов, которых он, Бог Огня, специально для этой цели и создал.
Таким было славное начало их совместных дел, а вот что произошло потом, почему их с Мэлвином дороги разошлись в разные стороны, оставалось для Орикса пока тайной. Сейчас он почему-то испытывал стойкую неприязнь к этому имени, а ведь в то время они были настоящими друзьями. Но теперь у него была надежда, что когда-нибудь он раскроет и этот секрет.
В это время начала приходить в себя Гургла. Она слегка пошевелилась и открыла глаза. В них теперь уже было гораздо больше осмысленности, чем прежде. Орикс подождал, пока старуха очухается окончательно, а затем спросил:
-И все же, почему ты хотела убить меня? Разве ты не понимаешь, что это не в силах смертного?
-Это был мой долг, - прохрипела Гургла. - Я ждала нашего повелителя, Сварга Темного, а явился ты, его злейший враг! Я должна была хотя бы попытаться, дабы не вызвать его гнева... И потом, ты же почти лишился своих сил! Ты не выглядел таким опасным, как прежде.
-Да, кое в чем ты права, - согласился Орикс. - Я и в самом деле потерял какую-то нить, которая поддерживала мое величие. Кое-что, с твоей помощью, я уже вспомнил, а теперь ты расскажешь мне, как мне восстановить все остальное.
-Я, - усмехнулась старуха. - С чего ты взял, будто мне об этом известно?! Спроси лучше у той стихии, которая тебе подвластна!
Орикс даже онемел от неожиданности. Старая кликуша, сама того не предполагая, подала ему настолько дельный совет, что он даже удивился, как же ему самому не пришло в голову такое гениальное в своей простоте решение! Ведь он же Бог Огня, черт бы драл! Что, если не огонь, является носителем его силы?! Что, если не предвечное пламя, эффективнее всего поможет восстановить ему собственное "Я"!
Он постарался скрыть охватившее его волнение и как можно спокойнее произнес:
-Ладно, ступай отсюда. Надеюсь, ты и сама понимаешь, что не в твоих интересах болтать о том, что здесь произошло?
-Не беспокойся, - угрюмо буркнула Гургла. - Я еще не совсем ополоумела!
-Вот и отлично.
Гургла удалилась, бормоча что-то себе под нос, а Орикс потянулся и сладко зевнул. Он устал, и сейчас действительно хотел спать. Его божественный дух в настоящее время был заключен в темнице бренного тела, а оно, к сожалению, было склонно к утомлению. Орикс лег на спину, поднял вверх руки, и между ними загорелся небольшой сгусток очищающего пламени. Он на минуту осветил его убогое жилище, а заодно уничтожил мерзкий запах, исходящий от шкур.
-Как просто! И все-таки здорово быть богом! - подумал он, закрыл глаза и погрузился в сон.
* * *
Утром Орикса разбудил Гарлиг. Он просунул свою здоровенную голову под полог и загудел зычным басом:
-Ну, ты и соня! Ладно, еще мы с Зухирой! Так у нас хоть оправдание есть, мы с ней, считай, всю ночь трудились в поте лица. А ты, брат, готов хоть целые сутки щеки давить! Вставай, дружище! Нам с тобой папаша Архрам поручил развести огонь в кострище. Не люблю я этого дела, знаешь ли! Пол дня провозишься, пока чертова деревяшка наконец-то соизволит разгореться!
Орикс потянулся и нехотя вылез из палатки. Было уже светло, и в стойбище орков вовсю кипела жизнь. Он смотрел на этих нескладных, страшноватых существ и почему-то проникался к ним все большим сочувствием и даже какой-то долей симпатии. Орки без особых церемоний приняли его в свою стаю, даже не спрашивая, кто он такой и откуда взялся. Для того, чтобы начать считать его своим, оказалось достаточно ручательства Гарлига, а ведь тот, по его же собственному признанию, считался среди своих соплеменников непутевым. Так поступают только бесхитростные дети, готовые принять в свою игру кого угодно. А ведь когда-то, и Орикс подспудно помнил об этом, у эльфов, людей и гномов не было врагов страшнее, чем орки.
Так что же все-таки изменилось в них? Куда исчезла та неистовая свирепость нрава и озлобленность на весь мир, которые так усердно вкладывал в них Сварг Темный? Орикс еще раз прокрутил в голове видение, навеянное ему Гурглой. Тут же, как-то мимоходом, ему пришла на память и история появления на Лиросе самих орков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
