Проверка электронной почты Артура ничего мало-мальски интересного не дала. А конверт от письма благополучно обнаружился в мусорном ведре. Правда, на нем не было обратного адреса, и штамп об отправлении был сугубо московский. Так что искать таинственную дарительницу смертоносного сувенира следовало, основываясь исключительно на содержании письма.
Если, конечно, дарительница сообщила о себе правду или хотя бы какую-то ее часть. Фамилия фон
Хёнинген, да еще с баронским титулом, не так уж часто встречается.
* * *
Вскрытие подтвердило диагноз: обширный инфаркт. Но… не выявило никаких следов яда, во всяком случае, такого, который был бы известен медикам. Оставалось только гадать, от чего этот самый инфаркт мог поразить молодых и здоровых людей, которых объединяло одно: загадочный браслет. Все потерпевшие скончались почти мгновенно после того, как его снимали.
Эксперты с предельной осторожностью обследовали опасную безделушку. И обнаружили в маленькой головке гюрзы крохотный резервуар с ядом неизвестного, скорее всего, растительного, происхождения. Наполнить резервуар можно было через один из глазков-бирюзинок. А на внутренней поверхности браслета было найдено маленькое хитрое устройство: острие, которое наносило царапину, когда кто-то пытался снять браслет.
Действительно, женщина, надевшая эту фамильную безделушку, не могла ни изменить, ни уйти. Она могла только умереть!
Правда, существовала маленькая хитрость, которую тоже, хотя и не сразу, обнаружили эксперты: если перед тем, как снимать браслет, нажать на глаз змеи, опасное острие убиралось внутрь браслета и снова выдвигалось при вторичном нажатии. Но эти подробности если кому и были известны, то только непосредственным хозяевам безделушки. Посвященные в тайну «гюрзы с бирюзой» дамы могли снимать и надевать браслет совершенно спокойно, их жизни ничего не угрожало. А вот непосвященные…
Однако не только «экзотичность» дела заставила лучших специалистов Петровки попытаться раскрутить его до мельчайших деталек, хотя это, безусловно, сыграло не последнюю роль. Впечатляло количество жертв за неполные сутки — пять человек, причем четыре были молодыми и красивыми девушками.
Большое значение имело и то, что погибли достаточно известная телезвезда и не менее известный певец. Тиражи «желтых газет», вцепившихся в эту тему, мгновенно взлетели до небес, а Интернет был просто забит всевозможными мнениями и комментариями к ним. Но и это было еще не все.
Четвертая по счету жертва «гюрзы» оказалась подругой и усладой жизни одного высокопоставленного деятеля, имя которого и поминать всуе было страшно. Хотя бы потому, что официально он не имел и не мог иметь отношения к пострадавшей, ибо считался примерным семьянином, человеком высоконравственным и чуть ли даже не подвижником. Так что тайна становилась просто по-настоящему страшной… для тех, кто хотел бы ее раскрыть.
Высокопоставленный и высоконравственный деятель негласно повелел немедленно найти виновника, придать его вину гласности и примерно покарать, дабы другим было неповадно, во-первых, и для демонстрации высокого профессионализма следственных органов, во-вторых. Подключили даже Интерпол — и… нашли, но не виновника, а косвенную пособницу преступления.
Александра фон Хёнинген действительно существовала и действительно год тому назад сочеталась браком со своим дальним родственником в Германии. Восстановив титул и имя, они ждали теперь возвращения родового поместья, когда-то конфискованного социалистическим режимом. В этой части письмо было абсолютно правдивым.
Но дело осложняло то, что Александра покинула Россию задолго до трагедии и имела в этом плане железное алиби. Никого убить она не могла просто чисто технически. И связей с родиной не поддерживала, во всяком случае, следствию их выявить не удалось. Но ведь кто-то опустил злополучное письмо в почтовый ящик именно в России!
По настоятельной просьбе следствия баронесса фон Хёнинген ненадолго приехала в Россию. Опознать семейную реликвию — если, конечно, браслет именно ею и окажется, совпадения бывают самые невероятные. И — вернуть эту реликвию себе, если это будет возможным.
Первоначально следователи ни о каком возвращении браслета законной владелице и слышать не хотели: слишком многих людей погубила эта невинная, казалось бы, игрушка. К тому же Александра на первом же допросе окончательно запутала следователей, хотя отвечала на вопросы с предельной, казалось бы, искренностью и откровенностью.
К Артуру, по ее словам, она никогда близко не подходила, даже о его творчестве имела весьма смутное представление. Естественно, никакого письма она ему не писала и никаких подарков не делала. Делать почерковедческую экспертизу письма было занятием по меньшей мере бессмысленным: оно было распечатано на стандартном принтере, а в квартире Александры Интерпол подобной техники вообще не обнаружил.
«Гюрзу» баронесса фон Хёнинген, тем не менее, опознала мгновенно и решительно:
— Да, это мой браслет. Несколько лет тому назад у меня, мягко говоря, «позаимствовали» некоторые вещицы, в том числе и его. Я не заявила в милицию, поскольку знала, кто это сделал, и не хотела лишней огласки.
— Но сейчас-то вы можете назвать его имя?
— Это был мой тогда очень близкий друг, — уклончиво ответила Александра. — Семейное предание о браслете он, конечно, знал. Знал и то, что моя прабабка-итальянка, урожденная Медичи, оснастила, вернее, велела оснастить, фамильную реликвию этой «милой добавкой» — капсулкой с ядом, Медичи в этом деле всегда были непревзойденными специалистами.
— Значит, письма вы не писали и ничего господину Сонину не посылали?
— Сонин? Кто это?
— Артур Владимирович Сонин — последняя жертва этой вашей «семейной реликвии».
— А его настоящая фамилия Сонин? Вот не знала. Впрочем, я и псевдоним-то его смутно помню. Говорю же: знакомы мы не были, никогда не общались и я понятия не имею, для чего понадобилась вся эта нелепая мистификация с письмом от моего имени и почему браслет прислали именно Артуру.
— Так вы можете назвать имя того человека, который, по вашему выражению, «позаимствовал» браслет?
— А зачем? Столько времени ушло… И я его простила давно…
— Это, конечно, очень великодушно с вашей стороны, госпожа баронесса, но пять смертельных случаев… Кто-то ведь прислал этот браслет господину Сонину, правда?
— А вы можете гарантировать, что в обмен на имя я получу браслет обратно?
— Пока не могу, — покачал головой следователь. — Вот когда раскроем это дело, тогда… Так что вы сами заинтересованы в скорейшем завершении расследования. Или я должен напомнить вам об ответственности за утаивание от следствия важных сведений?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
