– Это в районе космодрома.
– Вполне вероятно.
Обратный путь к Лате занял значительно меньше времени. Лететь на гравитационных моторах без риска от менее массивного тела к более массивному можно быстрее, чем наоборот. Гравидвигатели работали просто превосходно. А маневр торможения перед самой границей атмосферы произвел впечатление даже на меня, выполнявшего его. Потому что я все-таки считал себя пилотом-ракетчиком, а специальность пилота - гравитационщика была такой же экспериментальной, как и сам катер. Южнее космодрома расплывалась в уже начинающем светлеть небе совсем "свежая", сверкающая молниями, туча, образованная водородным взрывом, произведенным на не столь большой высоте, как мне показалось с Зулы. От этого взрыв мог пострадать и сам космодром. Поверхность все так же покрывала весьма плотная дымка. По мере того, как катер приближался к космодрому, у меня усиливалось тревожное предчувствие, но внизу была полная тишина. На запрос с катера выдали ответ только три из четырех модулей маяка, да и те оказались в нерабочем положении. Но, тем не менее, я решил посадить катер на прежнее место, то, которое указывал маяк. Я выдвинул на полную длину посадочные опоры и начал медленно опускать катер. Но, только оказавшись на поверхности, я понял, что опустился не на вторую стартовую площадку, а в совершенно другое место, совсем рядом с постройками космодрома. Постройки оказались частично разрушенными, но площадка под катером, как показывали датчики на опорах, была довольно надежной. Вскоре снаружи показались люди, среди которых я узнал командира охранников. У всех людей было оружие, и они держали его наготове, тревожно озираясь по сторонам. Очевидно обстановка тут была весьма тревожная.
– Ог, оставайся на месте, а я спущусь и выясню, что тут происходит.
– Командир, будет лучше, если это сделаю я.
– Хорошо, - сказал я после короткой паузы. - Включи рацию скафандра и буду постоянно в курсе.
Ог нажал на кнопку включения рации и поспешил к шлюзу. Я командой с пульта открыл люк и выдвинул трап. Ог легко спустился по нему.
– Вы капитан Рельись? - спросили у Ога.
– Нет, я рядовой Веньись. Капитан хочет узнать, что же здесь произошло?
– Атака тальгирийцев, мы ее отбили, но потери слишком велики. Генерал Ольньгись хочет видеть капитана Рельись, как можно быстрее.
– Вас слышу, - сказал я, - Ог, спроси, могут ли пассажиры покинуть катер?
Ог тут же повторил мой вопрос.
– Конечно, - последовал ответ, - только побыстрее.
Как только я вышел из катера, меня сразу же проводили к генералу. Он был неподалеку, в одном из более-менее сохранившихся зданий. Он отдавал какие-то приказы и окружающим его людям, и через переносную рацию. А на голове у него была пропитанная кровью повязка. Увидев меня, он тут же отослал всех и спросил:
– Ну, как?
– Все в порядке, люди с Зулы доставлены сюда.
– Хорошо, - генерал облегченно вздохнул. - Вы точно выполнили условия нашего договора. Я же сейчас не могу выполнить того, что обещал, о чем искренне сожалею. Наш космодром практически разрушен, а мы разбиты. Здесь была массированная атака тальгирийцев: Ядерная атака, за ней бомбардировка и обстрел ракетами, а в завершение - воздушный десант. Мы отбили эту атаку только ценой больших потерь. Но у побережья уже находится флот Тальгира и высаживает десант. Новой атаки нам уже не отбить. Мы будем отступать, взорвав все, что не сможем взять с собой. Я даже не уверен, удастся ли нам уцелеть. Так что я ничего не могу сделать для тебя, хоть и очень хочу этого. Виктор, поверь, я не могу выполнить своего обещания не по своей воле. И я не в силах бороться со сложившимися обстоятельствами, хоть этим я и разрушаю твою надежду.
– Особой надежды у меня и не было, - сказал я настолько спокойно, насколько вообще мог, - так что разрушать нечего. Я не надеялся уже с тех пор, как увидел на Лате взрывы.
– Но ты все-таки помог нашим людям вернуться.
– Думаете, что в другом случае я не помог бы? Не все делается взамен на что-то.
– Тогда прими совет. Улетай отсюда как можно быстрее, скоро здесь станет совсем жарко. Ты сможешь подождать несколько лет, я уверен, что еще не все потеряно.
– Я воспользуюсь этим советом, генерал. Но только сначала я хочу увидеть Ива, я обещал ему.
Лицо генерала стало еще более мрачным:
– Капитан Альись тяжело ранен. Боюсь, что ему не дожить и до полудня.
Я нашел Ива среди других раненых в полуразрушенном помещении на краю поля. Это помещение ничем не походило на госпиталь, и, очевидно, даже сейчас, не было для этого предназначено. Разве что несколько человек из легкораненых оказывали помощь другим. Ив был без сознания. Повязки, наложенные ему на грудь и живот, набухли от крови, а лицо было мертвенно-серым. Одного взгляда на него мне было достаточно, чтобы сказать, что ему не прожить и часа. Но, тем не менее, как только я склонился над ним, он почти сразу же пришел в себя и открыл глаза.
– Ты пришел? - почти беззвучно спросил он.
– Да, я же тебе обещал.
– Я умираю.
– Ты еще выкарабкаешься.
– Не надо… Я умираю, и уже никто не спасет меня, я сильно облучен… - он закрыл глаза и тяжело, с хрипом, дышал несколько минут. Я молчал, потому что не представлял себе, что следует говорить в этой ситуации. Наконец латянин снова открыл глаза, - все так глупо получилось, но кажется, что свой долг я все-таки выполнил. Но я не могу спокойно умереть… Виктор, могу я попросить тебя снять с меня этот груз, сделать мне великое одолжение?
– Проси, Ив, если это в моих силах, я это сделаю.
– Возьми меня за руку и выслушай. - Я тут же сделал это, и он продолжил. - Ты знаешь, что у меня есть сын…
– Его зовут Рив.
– Да, он у меня единственный, и кроме меня у него нет никого из близких. Его мать умерла, когда он родился. Я и она были сиротами. И сейчас моего сына постигает та же самая участь, и это в такое время…
– Что я должен сделать, капитан?
– Если он выжил, найди его и позаботься о нем: как о брате.
– Я обещаю сделать это, - я просто не мог сказать ничего другого умирающему человеку.
– Спасибо, Друг. Сними с меня кольцо и возьми его себе. - На руке у Ива действительно было кольцо из темно-серого сплава, которое снялось с пальца только с трудом. - Если найдешь Рива, покажи ему и скажи, что его отец умер, исполнив свой долг, не нарушив ни одной клятвы и… получив половину того, о чем мечтал… Все, сейчас я могу умереть.
– Ив, - почти что выкрикнул я, но все было уже кончено. Тело Ива вздрогнуло, потом резко обмякло, голова упала набок, а из уголка рта потекла алая струйка крови.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
