Поль, побывавший в роли сводника и наблюдателя, все чаще чувствует себя изгнанником. Он не хочет видеть свою жену счастливой рядом с другим. Да и дом в Обоне (кукольный домик, купленный Гренделем-старшим для сына в надежде, что их наконец-то покинет немецкий нахлебник, открыто живущий с невесткой) становится больше домом художника, чем пристанищем поэта. Здесь все: стены, двери и даже потолок представляет собой сплошную картину. Безумные воплощения художника пугают редких гостей, они не понимают диких нагромождений, марсианских пейзажей, фантастических существ, изображенных вокруг. Поль и Гала живут в обстановке, напоминающей кошмарный сон.
Зигмунд Фрейд, новомодными теориями которого увлеклись многие творческие люди
Несмотря на внутренние переживания, Поль по-прежнему верит в талант и необычность Эрнста. Те, кто считает, что такие работы может написать только сумасшедший, по-своему правы. Интересно, как реагировал всегда безупречно милый и доброжелательный Поль на бесчисленные портреты своей жены, исполненные рукою Макса, где Гала выглядела то как галактическая вамп, то как труп со вспоротым животом, то как безликое, облепленное насекомыми существо? Разве такой — красноволосой и с безумным взглядом — представлялась ему его любимая женщина? Или вот такой: с обнаженной грудью и завязанными глазами, обвивающая синюю лиану женщина-лиана с пауком в руке?
Недаром у Андре Бретона, приехавшего как-то в Обон, вырвался крик ужаса при виде всех этих фантазмов.
Поль впервые такой долгий период пребывает в грусти; он мало пишет. В его стихах — тишина и беспомощность.
Я не двигаюсь,Я на них не гляжу,Не говорю им ни слова,И все-таки я живой,Потому что моя любовьИ отчаянье живы, —
пишет он тогда же в поэме «Обнаженность правды». Он обнажает свои чувства перед любимой, он хочет сказать, как ему горько и больно. Гала как всегда молчит. Она не сделает шаг навстречу. Она все еще выжидает: что будет дальше; кому все же принадлежит большая часть ее сердца?
Женщина, старик и цветок. Художник Макс Эрнст. 1922–1923 гг.
Любовь втроем, прервавшись на время отчаянного бегства Поля в экзотические страны, возобновится вновь. И вновь потянутся дни стыда, боли и разочарования, пока не будет прерван этот порочный круг. Настанет время, и Гала вновь будет принадлежать только Полю. Но опыт, приобретенный благодаря попустительству любящего, не будет забыт. Скорее всего Гала расценила сексуальную прихоть Поля как подталкивание к пропасти: из любви — в нелюбовь, из верности — в предательство. Есть натуры, которые прощают ошибки, но не прощают предательства. Гала из тех, кому проще забыть, начать все с нуля; только так можно сохранить уважение к себе самой. Черта, характерная многим загадочным русским женщинам — отомстить предательству забытьем.
Гала из тех, кому проще забыть, начать все с нуля; только так можно сохранить уважение к себе самой
Глава 12. «Любовь, о моя любовь, я дал обет тебя утратить…»
Самые прекрасные молодые годы Гала пришлись на время становления дадаизма. Время сюрреализма, повлекшее за собой плавное перетекание «дада» в «сюр», будет иметь непредсказуемые последствия в жизни этой странной женщины.
Название сюрреализм появилось значительно ранее самого направления. Автором этого слова, ныне обозначающего программную эстетическую концепцию целого направления в искусстве и литературе, был французский поэт Гийом Аполлинер. Теоретическое обоснование движения принадлежит его безусловному идеологу — французскому поэту и психиатру Андре Бретону. В октябре 1924 года появляется его «Манифест сюрреализма». Приведем полностью обозначение этого термина, чтобы ясней представлять жизнь и творчество последователей этого нового «изма», и его главного, наиболее яркого представителя Сальвадора Дали.
«Сюрреализм, — писал Бретон в «Манифесте», — представляет собой чистый психологический автоматизм, с помощью которого словами, рисунком, либо иным каким способом делается попытка выразить действительное движение мысли. Это запись мышления, которое совершается без всякого контроля и со стороны разума и по ту сторону каких-либо эстетических или моральных соображений. Сюрреализм основан на вере в высшую реальность определенных, до этого игнорировавшихся форм ассоциаций, во всемогущество сна, в нецеленаправленную игру мышления. Его цель — окончательное уничтожение всех других психологических механизмов, для того, чтобы на их место поставить решение важнейших проблем жизни».
Термин «сюрреализм» принадлежит Гийому Аполлинеру
Бретон берет на себя смелость перечислить и тех, кого он относит к настоящим сюрреалистам. В списке — Арагон, Бретон, Деснос, Кревель, Навиль, Ноль, Пере, Супо, Элюар и некоторые другие. Поэты основали «Бюро сюрреалистических исследований», они издают журнал с претенциозным названием «Сюрреалистическая революция». Огромное влияние на все эти перемены по-прежнему оказывает австрийский психиатр Зигмунд Фрейд. В основе его теории лежит психоанализ, в котором психика подчинена особым и непознаваемым силам, находящимся за пределами сознания. Фрейд утверждал, что на сознательную, реальную жизнь человека влияет бессознательное, именно оно является глубинным фундаментом психики. Согласно теории, вся внутренняя сущность любого человека, все, чего он стоит, проявляется через бессознательное в искусстве и сновидениях.
По сравнению с сюрреализмом дадаизм — бунт детей против мирового порядка, каприз, который не может обосновать свою позицию. Сюрреалисты, рисуя устрашающие картины будущего, апокалипсис всего мира и вселенной, тем самым пытались предотвратить неизбежное. Дадаисты показывали смешные и нелепые стороны людей, сюрреалисты же старались обострить чувства зрителей до предела и тем самым вызвать обратную реакцию: чувства человеческого в человеке. Сюрреализм отрицал пассивную позицию.
Весной 1925 года, во времена зарождения и прорастания нового движения — сюрреализма — в Париже выходит маленький сборник стихов «Вместо молчания» со стихами Поля Элюара и рисунками Макса Эрнста. Уже прошло то время, когда Гала одаривала Макса любовью, но дружба двух творцов продолжалась. Книга вышла анонимно, но была вся посвящена загадке женщины, которая представлялась то демоном, то обольстительницей, то колдуньей. Видимо, ангелом в умах этих творцов ей не суждено быть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
