Оружие – первая частная собственность.
Дубина, копье, топор, – это истинное продолжение твоей руки. Возможность выжить на более высоком уровне, чем позволяли голые руки. Это твой усилитель силы (именно так). Человек умелый, человек деятельный, человек вооруженный, – это неразъемная система из человека плюс его орудия. Отбери орудия – сдохнет: не защитится и не прокормится.
А можно ли сложить все орудия в кучу и пользоваться совместно-ничейно? Можно. Но эффективность использования упадет. Дубина должна быть подогнана по руке и всегда в порядке, и желательно всегда при тебе. Иначе проще кинуть в кучу испорченную и взять из кучи другую, целую. Конкретный человек должен конкретно следить за конкретными предметами. Предметы личного пользования в частной собственности – эффективнее, чем в коллективной. А эффективность – это закон природы: с меньшими усилиями добиваться большего результата.
Оружие. Одежда. Утварь. Инструменты. Жилище. Вот начальная и всегдашняя частная собственность. Причем. Варианты возможны. Род может жить в одном жилище, и даже племя может жить в одном огромном бараке. Питаться от одного котла. Так удобнее. Суть в том, что:
Частная и коллективная собственность дополняют друг друга. Участок, пещера, одежда и оружие – это совокупность объектов в пространстве, позволяющая выжить и эволюционировать человеческой группе.
Собственность – это то, посредством чего человек живет.
Собственность – это неотчуждаемая совокупность окружающих объектов, необходимо используемых в жизнедеятельности.
Можно сказать так:
В единой экосистеме «человек – окружающая среда» собственность – это вся часть системы, которая человеку необходима для жизни и которой он распоряжается по своему усмотрению в полном объеме.
Мы к чему гнем. Нам что важно. Что собственность – это не то, что человеку вот принадлежит просто, и все: это неполно, мелко. Собственность – это единство человека с окружающей средой, в каковом единстве человек доминирует. Собственность – это сфера окружающего человека пространства, и состоит она из предметов, которые в своем действии, в своем функционировании составляют с человеком одно целое .
Собственность – это форма контроля окружающего мира.
Собственность – это форма преобразования окружающего мира.
Я есть то, чем я владею.
Мое могущество измеряется количеством подвластных мне вещей.
Собственность – это включение окружающих объектов в мое социальное и энергетическое «Я».
Собственность – это мое культурно-энергетическое «Я», центром и координатором которого является мое биологическое «Я».
Грубо-то и просто говоря:
Вся человеческая культура есть собственность. Частная или коллективная, материальная или интеллектуальная. Прорастая в созидаемое человеком социальное пространство, первичная собственность создает арматуру культуры, каркас все сложнее структурирующегося общества.
…С совершенствованием орудий, с усложнением социума человек стал как создавать, так и захватывать из пространства все больше собственности. И. К созданию собственности стали подключаться животные, рабы, государственные структуры и научные открытия. Создание собственности и создание материальной культуры – смежные и во многом взаимонакладывающиеся понятия.
Но. Материальный объект может перейти из одной собственности в другую. Тут и начнется политэкономия. Имущественные объекты как социальные отношения. Это уже за пределами нашего сейчас рассмотрения. Собственность другого – а вещь та же самая. Для нас другое интереснее:
Заботясь о себе, человек заботится о своей собственности. Заботясь о собственности, он все больше перелопачивает окружающий мир. Увеличивая свою собственность, он заставляет как может других работать на создание собственности себе. Собственность ложится в основу эксплуатации, то бишь плоды труда распределяются неравномерно и более того – несправедливо. Но. Заставляемые эксплуататором работать сверх сил – эксплуатируемые повышают энергопреобразование окружающей среды, что есть объективная функция природы вообще и человечества в частности.
Пирамиды и Великая Стена, Колизей и Парфенон, – построены потому, что правители-собственники имели возможность приказать и заставить – за деньги, так или иначе, в той или иной форме (в том Египте и денег как таковых еще не было), через налоги с собственников или использование рабов, употребить отчужденные у людей излишки их собственности в великое перелопачивание мира.
Расширение собственности, создание, и накопление культуры, и энергопреобразование окружающей среды – это аспекты одного процесса.
Нетрудно перечислить функции собственности: вещную, накопительную, инструментальную, социальную, экономическую, политическую, культурную. Но глубоко под ними – и высоко над ними – функция базовая и результирующая: энергопреобразовательная.
( О равноправии и неравенстве народов)
Доказывать можно даже неоспоримые истины, вздохнул мэтр Оскар Уайльд. Вскоре вслед за чем был заключен в Рэдингскую тюрьму писать свою балладу, обеспеченный четырьмя годами для пополнения жизненного опыта.
1. Люди всегда знали, что умный не равен по жизни глупому, сильный слабому, красавица уродине, а продвинутый – отсталому. Но в конце XX века, в бушевании небывалых свобод и прав личности, произошел забавный казус. Стремление к равноправию, естественным порядком достигнув своего логического завершения, превратилось в абсурд. Абсурд стал называться приятным словом «политкорректность».
Политкорректность – это запрет на любые слова или действия, которые могут прямо или косвенно указывать на неравенство людей в области любых ценностей, принятых цивилизованным сообществом.
Слово «цивилизованным» следует выделить отдельно и запомнить хорошо.
Политкорректность – это зеркальное отражение крайнего расизма с обратным знаком. Если крайний расизм рассматривал дикаря из каменного века как человекоподобное животное, которое логично иметь за товар, домашнюю тварь, раба, – то политкорректность утверждает, что дикарь из каменного века равен цивилизованному гражданину абсолютно во всем, и даже лучше его в душе, и умнее, и способнее, просто ему надо кое-чему подучиться.
2. Цивилизованное сообщество в начале XXI века утверждает такие общечеловеческие ценности, как гуманизм во всех проявлениях, свободу личности в максимально возможных пределах, чтоб она только не ущемляла конкретно свободу такую же другого человека; право каждого на любое занятие, любое место проживания, любой образ мыслей, следование любой религии, удовлетворение своего сексуального влечения в любых формах; и т.д.
Безусловно не одобряются: убийства, людоедство, нанесение увечий, пропаганда расовой и национальной ненависти. А также необразованность, многоженство, воровство, наглость, и еще ряд качеств, делающих невозможным нормальное общежитие в социуме.
Из этого происходят чудесные по своей противоположности вещи:
3. Согласно выводам антропологов, все народы прошли стадию каннибализма. Жрали врагов. Врагами были люди всех других родов-племен-стай, кроме собственного. Людей можно понять.
Во-первых, добывать пищу было трудно, а белков всегда не хватало. Хотели кушать – и съели Кука. Во-вторых, если все равно убил врага – чего ж добру пропадать. В-третьих, присутствовали представления мистические, ритуальные, социальные: стать храбрым, как съеденный, или умилостивить его смертью своих богов и съесть его по заветам предков, и т.п.
По мере развития цивилизации на людоедство, а затем на ритуальные убийства накладывался запрет. А где неразвитие – там не накладывался.
Папуасы не съели Миклухо-Маклая из страха и уважения: этот крупный белый колдун до фига разного может. Но писать о том, что гуманный русский путешественник-просветитель жил среди людоедов – как-то не принято. Неловко. Они же не виноваты.
Черные вожди африканских племен, продавая пленных рабов заезжим белым работорговцам, удивлялись: на кой черт белым рабы, если они их не едят?..
И сегодня в диких дебрях островов Океании, Центральной Африки или Южноамериканских лесов милые и голодные темнокожие ребята, с чертами лица средними между европейцем и шимпанзе, при случае закусывают себе подобными.
Но говорить об этом чудовищно неполиткорректно!!! Потому что в глазах цивилизованного человека быть людоедом нехорошо! А если кто и людоед, то не надо кричать! Им же обидно, если мы их будем считать ниже себя! Нет, им надо объяснять, что это нехорошо. Дать еды, научить работать. Но вот так прямо писать, что они людоеды – это… расизм! Они не хуже нас. Просто… другая культура. Они уже исправляются. Стыдно об этом писать! Бестактно!
То есть. Сожрать человека – не есть неполиткорректно. Людоед стоит вне зоны политкорректности. Но цивилизованному человеку назвать людоеда людоедом – неполиткорректно. Это обидно для дикаря – по мнению белого.
