Читаем без скачивания Лазутчики - Роман Холодов

Буксир мчался на всех парах к точке встречи с остатками союзного флота. По данным пилотов с позывными Крокодил и Боцман, силы сопротивления состояли из двух рейдеров, одного авианосца и одной рембазы, представляющей собой мобильный док для полноценного ремонта. Рембаза была одной из первых в своем классе и проходила постоянную модернизацию, а ее экипаж состоял из опытнейших специалистов, терять которых капитан базы не хотел и поэтому командование постоянно выслушивало его жалобы на ходящих под ним подчиненных. Капитан считал, что постоянное нытье на несоответствующий должности экипаж вынудит не переводить таких олухов и раздолбаев, служивших на рембазе, хотя она и числилась в списках самой передовой по качеству обслуживания. Как такое можно было совмещать командование не понимало и присылало "письма счастья" капитану, который рвал их в клочья и продолжал свою игру в непонимание.

Все три боевых корабля были в составе третьего флота и несли пограничное дежурство, когда состоялось сражение у Плутона. Капитанам пришел приказ затаиться и по возможности сохранить боеспособность, а также вести разведку на территории противника любыми средствами. Диверсии и одиночные нападения также не исключались. Наоборот, они поощрялись, так как противник будет вынужден распылить свои силы. Также в послании недвусмысленно указывалось, что они не одни во вражеском пространстве. Капитан рейдера нашел мобильную рембазу по их воплям в эфире. Бравых ремонтников зажали два республиканских крейсера и решили не тратить снаряды попусту, а просто захватить безоружных людей. Но орешек оказался не по зубам — ремонтники воспользовались подручными предметами, да и экипированы они были в экзоскелеты гражданского образца, оборудованные сварочно-режущими инструментами. Поэтому вражеский десант был неприятно удивлен такому обороту событий, когда зажатые в угол люди бесстрашно бросаются на автоматы. А еще неприятнее удивлены были командиры крейсеров, когда откуда ни возьмись на их экранах радаров появился рейдер, парой залпов разрушивший двигательные установки, а подоспевший авианосец с несколькими звеньями перехватчиков раздербанили корабли в клочья. С авианосца на помощь ремонтникам пошла комическая пехота, горевшая яростью. Противник поспешил сдаться в надежде на помилование, да только в планы командира авианосца не входило кормить пленных. Пришлось всех отправить на Землю пешком. Жестоко, но ничего не поделаешь — война.

Виктор подцепил два оставшихся истребителя захватами, предназначенными для крепления контейнеров. Те подошли как влитые. Все-таки унификация — хорошая вещь. Захар поднялся на борт с документацией и спасенным пилотом, который оказался девушкой. Виктор уже давно не удивлялся нахождению женщин в составе союзного флота — человеческих ресурсов катастрофически не хватало также как и материальных.

Пилот задал курс и все собрались в кают-компании, являющейся и столовой и камбузом одновременно. Могучий Захар в неизменной майке зеленого цвета, демонстрирующей его бицепсы, расположился поближе к плите. Владимир прихлебывал свежезаваренный чай и стоял, прислонившись к столику. Мария села по правую руку от Захара, рядом с чашками и плошками. Сам Виктор расположился во главе стола, а гости по краям — пилоты мужской части по правую руку от него и по левую от Захара, а спасенная девушка-пилот устроилась рядом с Машей. Виктор полистал принесенные документы, захлопнул папку и пробарабанил пальцами по столу.

— Чего барабанишь? — спросил Володя. — Чаю хочешь? — показал он кружкой.

Виктор отрицательно мотнул головой. Захар задумчиво тянул кофе, пилоты молчали.

— Данные, конечно, не секретные, технической документации среди них нет. — Начал Виктор. — Но кое-что настораживает.

— Что именно? — спросил один из пилотов, Геннадий.

— Все ремонтные работы по вооружению и силовым установкам проводить только на режимных секретных объектах.

— То есть? — не понял Николай.

— То есть в папках указаны координаты и коды связи с теми, кто будет ремонтировать республиканские корабли. — Пояснил Захар. — Это более чем странно, ведь у них же есть такие же космические ремонтные базы как и у нас, а провести мелкий ремонт в космосе можно и собственными силами, зачем для этого гнать целый линкор или крейсер на другой край системы?

— Абсурд какой-то получается. — Буркнула под нос Мария.

— Вот и я говорю — маразм. — Подтвердил Захар. — Но есть у меня одно мнение…

— Чего замолчал? — спросил механик. — Говори, не томи.

— Помнишь, что болтали те двое техников в баре?

— Техник с пилотом, если быть точным.

— Ну да, собственно, какая разница кто из них кто, да и дело не в этом.

— А в чем?

— Не перебивай. — Захар собрался с мыслью. — Так вот, они говорили, что доступа к аппаратуре у них нет и какова теория фазовых двигателей они сами не знают.

— Ну, техникам это и не обязательно. — Сказал Николай.

— Как это не обязательно! — вскинулся Володя. — Если я не буду знать основ теоретической физики и принципа работы двигателя внутреннего сгорания, то грош мне цена, как ремонтнику. Необходимо понять, на каких принципах работает механизм, чтобы выяснить, что с ним не так и где поломка. А если будешь работать методом тыка — это заменить, да это подкрутить, то далеко не улетишь. Неделю возиться будешь, прежде чем что-то заработает.

— Согласен. — Не стал спорить Николай и в знак примирения поднял ладони вверх.

— То есть ты говоришь. — Наставил палец на Захара Геннадий. — Что республиканцы сами не знают на чем летают?

— Именно! — воскликнул космопех.

— Возможно, ничего странного в этом нет. — Задумчиво сказал Виктор. — Может быть так они страхуются от раскрытия нами их секретов. Мы же снабжаем свои генераторы силового поля самоликвидаторами.

— Нет, здесь что-то другое. — Захар, как и Виктор, постучал пальцами по столу. Он подпер левой рукой подбородок. — Если бы они не хотели, чтобы их секреты попали к нам в руки, то не стали бы скрывать их от своих же техников.

— А если мы захватим их в плен?

— Ну и что? Каждый из них может знать только ту часть, с которой он непосредственно взаимодействует. Как у нас. И не надо для этого закрывать оборудование непроницаемыми для сканеров и оружия коробами.

— Не понял. — Сказал Виктор.

— Когда я пошел за ней. — Захар указал пальцем на Лизу. — То я не поленился и заглянул в моторный отсек, благо грузовой ангар рядом. Вместо привычной картины двигателей я увидел два огромных короба, которые стояли посередине, причем никаких выводных сопел или дюз не было — просто посреди помещения два железных ящика. Обслуживающий персонал контролировал только показания приборов, а так как они не функционировали, то и делать им там было нечего. Я попытался просканировать их, чтобы посмотреть, что внутри — безрезультатно. Тогда я шарахнул гранатой. На металле не осталось и следа, а в помещении немедленно взвыла тревога и голос компьютера заявил, что произошла попытка проникновения в секретную материальную часть и сейчас преступник, то есть я, будет изолирован. Я еле успел выскочить из помещения — шлюзовые переборки закрылись и они оказались из того же металла, что и короба. Интересно, правда?

— Не то слово. — Виктор покачал головой. — Что же ты раньше не рассказал?

— Да решил пока не рассказывать, а то вдруг еще не поверите.

— После того, что я тут прочитал, не поверить будет сложно. Надо немедленно передать эти материалы главнокомандующему. У вас есть связь со штабом?

— Нет. — Геннадий покачал головой. — Когда пришло распоряжение, то в нем было сказано, что с нами свяжутся. — Он помолчал. — В скором времени.

— Наверное, у них какие-нибудь трудности. — Сказала Маша.

— Может быть. — Пожал плечами Геннадий. — В любом случае мы здесь одни и самый старший среди нас — командир авианосца капитан первого ранга Обручев Петр Евгеньевич. Свои соображение и выкладки, а также документы необходимо доложить ему.

— Согласен. — Хлопнул ладонью по столу Виктор. — У начальства голова большая, пускай решает. — Он посмотрел на Машу. — Кто, как, а я проголодался. Что у нас сегодня на обед?

На радарах авианосная группа появилась давно и Виктор уже связался с капитаном. Возвращение пусть и поредевшего, но живого патруля обрадовали бывалого ветерана, а сообщение о наличии технической документации на силовые установки врага так вообще привели в восторг. Петр Евгеньевич выразил глубочайшее желание поскорее увидеть храбрый экипаж буксира и принять его у себя как полагается. Виктор не сомневался, что маринадов и солении будет немного, но от стаканчика-другого крепкого винца он бы не отказался. Также как и другие члены экипажа.