Читаем без скачивания Смерть князьям и ханам - Рустам Максимов

— За здравие! — немного вразнобой отозвались остальные пирующие, салютуя ёмкостями с вином. Что же, неплохое начало, лишь бы не завершилось питием за упокой.

Кстати, пару слов о местном вине. Достаточно приятное на вкус, оно навскидку показалось крепостью градусов в десять-пятнадцать, не более. Мы, привыкшие к более крепким спиртным напиткам, практически не замечали никакого пьянящего эффекта от поданного к столу вина. Думаю, что многие из нас смогли бы выпить литр-другой этого напитка, без каких-либо видимых последствий для себя.

После выпивона за здравие князя Остея и его дружину настала очередь пить за здоровье майора Стрельцова, и за меня, майора Барсова. Затем выпили за здоровье конкретных ратников княжеской дружины — сотников Мирона и Владимира.

В этот момент я поймал себя на мысли, что Остей, словно коварный викинг, избрал какую-то хитроумную скандинавскую стратегию по обольщению могущественных чужеземцев. Иначе никак не объяснить столь страстное желание князя устроить небольшую пирушку средь бела дня, позабыв и про дружину и про обоз. Вероятно, что мы и наше вооружение весьма приглянулись «литовцу», и он решил заполучить нас себе в союзники единственно возможным способом — в короткий срок приблизить к своей персоне. С другой стороны, у князя не имелось каких-либо иных возможности, чтобы достичь своей цели. Остей, похоже, прекрасно осознавал, что чужеземные воины невероятно сильны, и ему попросту нечего им предложить за службу. Золото? С таким вооружением, как у нас, мы бы смогли получить в четырнадцатом веке столько золота, сколько захотели бы. Власть? То же самое, что и с золотом. Попытаться силой отобрать оружие и бронетранспортёры? Такая попытка могло закончиться крайне плачевно и для князя, и для его дружинников. Следовательно, нам оставалось терпеливо ждать от Остея предложения, от которого, по его мнению, мы не смогли бы отказаться.

Как и следовало ожидать, не страдавшие отсутствием аппетита сержанты и офицеры быстро слопали тушку одного молодого кабанчика, и основательно порезали на кусочки второго. Это вам не импортная свинина, неизвестно, на каких отходах выкормленная, а самая натуральная пища, ещё утром бегавшая по лесу на своих четырёх копытах. Мы успели выпить за здоровье всех наших офицеров, и многих ратников князя, когда после тоста в честь лейтенанта Скорохватова вино подошло к концу. Остей хотел, было, приказать принести ещё один бочонок вина, но наш командир его остановил.

ГЛАВА 6

— Князь, если мы выпьем слишком много вина, то не сможем показать тебе полёт на параплане, — заметил Стрельцов, когда «литовец» уже собрался послать сотника Владимира за следующим бочонком.

— Обожди, Володимир, боярин Сергей Александрович дело молвит, — Остей жестом остановил своего дружинника. — Ежели ратник без меры выпьет хмельного мёда, то может и с коня сверзиться. И такое бывает.

— Верно, бывает, — согласился майор. — А нам для полёта надобно иметь трезвую голову, чтобы со всего маху не приложиться о землю. Верно, я говорю, товарищи офицеры?

— Совершенно точно, Сергей Александрович. Прикажете начинать подготовку к показательному полёту? — поддерживая правила игры, капитан Хабибуллин направил разговор в сторону его завершения.

— Князь Александр Андреевич, мы готовы продемонстрировать тебе, что человек способен летать по воздуху, — посмотрев в глаза «литовца», произнёс Стрельцов. — Пусть твои воины покажут дорогу, как выехать на большое поле.

— Да будет так, бояре. Мирон, повели ратникам скакать вперёди громыхающих повозок наших гостей. Пусть покажут дорогу к полю, — поднимаясь с чурбана, приказал Остей. — Володимир, сворачивайте стан.

Получив указания князя, оба сотника развили бурную деятельность. Мирон подбежал к лошадям, вскочил на одну из них, и ускакал к зарослям орешника на другой стороне поляны. Владимир подозвал четырёх ратников, и под его руководством воины быстро свернули шатёр, запихали во вьюки кубки, чеканные блюда и остальное княжеское имущество. Тем временем, наш командир приказал мехводам заводить бронетранспортёры, подозвал к себе Рината, отошёл с капитаном к «триста первой» машине, и о чём-то вполголоса с ним переговорил. Постояв немного на месте, князь направился в сторону свёрнутого шатра, и я решил пройтись рядом с ним.

— Скажи, князь, а есть ли в твоей дружине лучники? — улучшив момент, пока Остей остался практически в одиночестве, как бы невзначай поинтересовался я.

— А как же, боярин Артур Иванович, есть у меня лучники, и весьма умелые, — улыбнувшись в усы, довольным тоном ответил «литовец». — Желаешь узнать, окружили ли они сию поляну, али нет?

— Почему бы и не узнать, княже, — прищурившись, усмехнулся я. — Думаю, что любой из нас на твоём месте расставил бы хороших стрелков по периметру поляны. Так, на всякий случай.

— Едва в лесу объявились ваши самобеглые повозки, мои дозорные сразу же донесли о том. Но, ратники так и не осмелились вступить в битву с рычащими чудищами на колёсах, изрыгающими смрадный вонючий дым, — немного помолчав, признался князь. — Когда же я раскинул шатёр, ожидая вас обратно, то отозвал своих лучников из лесу. Почто зазря рисковать воями, ежели их стрелы не пробьют броню чудесных повозок?

— А почему ты решил, Александр Андреевич, что наши машины сделаны из железа? — задав вопрос, я спохватился, и прикусил язык. Чёрт, надо было пить меньше вина.

— Так у меня же очи есть, боярин Артур Иванович, — князь иронично посмотрел мне прямо в глаза. — Неужто я не отличу дерево от железа?

Да, этот типичный славянин вновь сумел меня удивить. Остей продемонстрировал, что бережёт жизни своих воинов, да ещё и сообразил, что наши бронетранспортёры сделаны из металла. Если так дело пойдёт и далее, то, подозреваю, что уже завтра князь разберётся в принципе работы двигателя внутреннего сгорания, а послезавтра научится водить БТР. Чёрт, а ведь когда мы в первый раз мчались через березняк, сидя внутри машин, то не заметили никаких лучников. А может, и хорошо, что мы сидели именно внутри БТРов, а не на броне сверху. Кто знает, насколько искусные у князя лучники.

Наши механики-водители завели оба бронетранспортёра, а из орешника показалась колонна всадников во главе с сотником Мироном. Конники сразу же повернули в сторону, обтекая по краю поляны и княжеский стан, и нашу технику. Присмотревшись к дружинникам, я отметил, что каждый воин имел при себе копьё, щит, меч, колчан с луком и стрелами за спиной. Абсолютно все ратники были облачены в доспехи, с поддетыми под них кольчугами, а на головах несли шлемы с бармицей. Да, князь не экономит на своих людях.

Дружинники Владимира подогнали десяток смирных лошадок, сноровисто нагрузили на их спины тщательно запакованные вьюки. По быстроте и отточенности движений чувствовалось, что ратники не впервой проделывают подобную операцию по сворачиванию стана. Затем сотник подвёл княжеского коня, и Остей ловко вскочил в седло, гордо взглянув на меня сверху вниз. Конь слегка нервничал, косясь на шумевшие двигателями бронетранспортёры.

— Иваныч! Ты с князем поедешь, или всё-таки с нами? — махнув рукой, позвал меня наш командир. — Куда рулить, княже?

— Бояре, пусть ваши повозки поспешают следом за мной и моей дружиной, — перекрывая шум моторов, повысил голос Остей. — Сотник Мирон выберет наилучший путь к полю.

— Хорошо, княже, — кивнул я, делая шаг в сторону БТРов. — Встретимся на месте!

Стрельцов жестом указал мне на свою машину, и я сходу заскочил в открытый боковой люк бронетранспортёра. Захлопнув за собой люк, плюхнулся на сиденье напротив майора, огляделся вокруг. В командирском кресле невозмутимо восседал Юрий, а Ринат занимал место за пулемётами.

— Артур, о чём ты говорил с князем? — внимательно посмотрел на меня Стрельцов.

— Спрашивал о лучниках, — ответил я, и пересказал свой короткий разговор с «литовцем».

— Понятно. Кстати, не у всех стрелков князя заячье сердце. Возле реки наш Виталик очень удивился, обнаружив застрявшую в блоке «Туч» стрелу, — выслушав мой короткий рассказ, хмыкнул майор. — Хорошо, что мы не сидели сверху, иначе неизвестно, чем бы закончился марш-бросок через березняк.

— Бондаренко, поехали, — повернувшись к механику-водителю, произнёс Вонг. — Езжай прямо за князем, но не приближайся к нему ближе тридцати метров. Чтобы не пугать лошадей. Понял?

— Ага, товарищ капитан, понял, — отозвался старший сержант. — Но, поехали!

Офицеры, кроме всегда невозмутимого корейца, улыбнулись шутке механика-водителя. Похоже, что наиболее молодой из нас вовсе не собирался падать духом, несмотря на полную неизвестность будущего. Ринат Хабибуллин поёрзал в своём кресле, проверил вертикальную и горизонтальную наводку нашего главного калибра, удовлетворённо хмыкнул. В радиоэфире, по словам капитана Вонга, по-прежнему стояла полная тишина, прерываемая лишь помехами природного происхождения.