Читаем без скачивания Логофет Базилевса - Александр Сапаров

– может, ты просто хочешь нас продать в рабство. Мы таких уже видели и не одного.

Я не собирался терять с мальчишками много времени, хотя мне очень захотелось иметь таких ребят у себя, с их задатками они могли бы стать отличными тенями, и их возраст давал возможность воспитать их так, как нужно мне. Так, что я объяснил им, как меня найти, если они все же решат быть моими учениками и воинами, кинул им мелкую монету и ушел, тщательно контролирую окружающее, чтобы меня не прикончили эти малолетние преступники.

Когда к вечеру, после моих мытарств в канцелярии, я подошел к воротам дома, около них сидели нахохленные мальчишки, сейчас они ничем не напоминали тех бесстрашных драчунов, которые метали ножи в огромного взрослого воина.

Я, не показывая своей радости, безразлично посмотрел на них, и начал стучать в дверь, сейчас она открылась гораздо быстрее, чем утром и оттуда выглянула улыбающаяся Феодора. Посмотрев на парней, я махнул им рукой, приглашая их заходить, и они, готовые в минуту дать деру, медленно подошли к калитке. Феодора поглядела на них, и улыбка медленно сползла с ее лица. Она явно хотела что-то сказать, но побоялась.

Мы все вместе зашли во двор. Мальчишки жадно разглядывали окружающее, и на их лицах проступало разочарование. Я засмеялся:

– Не тревожьтесь, все у вас будет, скоро вы не узнаете этот двор.

– Господин,- обратилась ко мне Феодора,- я все сделала, как вы приказали, можете посмотреть. А отцу стало лучше он даже смог сесть и поговорить со мной. Он очень волнуется, что не смог встретить вас, как полагается. Можно я ему скажу, что вы не гневаетесь?

– Вот же прохиндейка, ей кажется, что перед ней молодой парень, перед которым можно кокетничать,- подумал я.

– Феодора, передай ему, что он может не бояться, а сейчас показывай, что ты сделала.

Мы прошли в дом и поднялись в мою комнату, парни следовали за мной, как приклеенные. Действительно комнату Феодора отскоблила на совесть, все сверкало чистотой, и только тюк с моими вещами был здесь, как инородное тело. Я машинально отвязал от него саблю, замотанную в тряпки и стал их снимать. Скоро на свет появились ножны, я протер их последней тряпкой и услышал за спиной глубоких вздох. Я повернулся, оба мальчишки не дыша, смотрели на саблю. Затем они очень быстро заговорили на незнакомом языке. Как не старался, разобрать, что они говорят, я не мог. Неожиданно они прервали свою беседу, и один из них спросил:

– Господин, это очень важно для нас, откуда у тебя эта сабля?

Я не видел причин скрывать и сказал:

– Может, вы знаете, на севере в Черное море впадает большая река Данапер, вот на этой реке я убил половца и забрал у него эту саблю.

Мальчишки опять заговорили меж собой, затем оба встали передо мной на колени и синхронно резанули себе запястье ножами, мгновенно появившимися у них у руках. Держа перед собой окровавленные лезвия, они выкрикнули несколько фраз на своем языке.

– Господин,- подняв голову на меня, сказал Ильяс,- эта сабля нашего отца,- кипчаки подло убили его и мы не можем предъявлять права на нее, но ты убил ее владельца и свершил кровную месть за нас. Сейчас мы поклялись быть твоими слугами навек, и только ты можешь освободить нас от этой клятвы.

Я стоял, смотрел на этих парней и думал, что судьба очень странно ведет меня по этой жизни. Интересно, если бы рассчитать математически возможность такой встречи, получилось бы там хоть сотая доля процента.

– Хорошо, я принимаю вашу клятву,- наконец, произнес я,- со своей стороны обещаю, что сделаю все, чтобы вы стали настоящими воинами тени.

Ребята вопросительно уставились на меня.

– У нас еще будет время для беседы, а я объясню вам, чему мы будем учиться. А сейчас расскажите о себе.

Ильяс начал свой рассказ:

– Мы печенеги!- заявил он, – гордо вскинув голову,- наш дед был один из немногих ханов, который смог увести свой улус из Болгарии, после того, как половцы вместе с ромеями перебили почти весь наш народ. Потом много лет наш улус кочевал в причерноморских степях. Дед умер и ханом стал наш отец. Все это годы мы должны были скрываться от половцев. Но в прошлом году им удалось настичь нас у Данапера и почти всех убить. Меня с Тирахом половцы, продали ромею, ладья которого в это время проходила по реке. Он был толстый и жирный и насиловал нас почти каждый день. Когда мы пришли в Константинополь, нам удалось зарезать этого борова и сбежать. С этого времени мы жили здесь на берегу. Сначала нас местные…

Но нашу дальнейшую беседу пришлось прервать.

На улице раздался скрип ворот и голоса. В окно я увидел, как во двор въезжает большая тяжело нагруженная телега, а за ней во главе с Ираклием появились несколько человек.

Когда я с парнями вышел во двор, там уже стоял рабочий беспорядок. По распоряжениям Ираклия пришедшие с ним люди разгружали телегу, и начинали заносить вещи в дом. Две пожилые женщины возились около кучи кастрюль.

Когда я подошел к ним, Ираклий устало вздохнул и сказал:

– Ну, сегодня и устал. Давно так не бегал.

Он посмотрел на седого однорукого мужчину, стоявшего рядом с ним.

– Коршун, это мой бывший командир, Диодор, он, несколько лет был управляющим пронии, еле уговорил его заняться снова таким же делом.

Я взглянул на Диодора, на меня смотрел еще крепкий жилистый мужчина, с жестким прищуром проницательных глаз.

– Рад видеть командира моего друга, меня зовут Константин, думаю, что Ираклий все рассказал обо мне. Я вполне доверяю его рекомендации, но мне все же хотелось знать, что случилось у тебя, почему пришлось оставить работу управляющего?

Диодор улыбнулся, и его лицо удивительным образом преобразилось.

– А ничего такого не произошло, чего нельзя было бы рассказать, история такая же, как у тебя, сменился прониар, а новый приехал со своими слугами, я ему был не нужен.

Мы еще немного поговорили и решили, что все конкретные вопросы по пронии пока оставим на следующие дни, а вот неотложные вопросы обсудим сейчас.

Между тем нанятая обслуга усердно занималась своими делами. Два привратника деловито выметали двор, отчего вокруг поднялись кучи пыли, а кухарки уже освоили кухню, и там уже слышался плеск воды и звон посуды.

Только мои парнишки стояли без дела, наблюдая за происходящим. Феодора тоже стояла с потерянным видом, видимо переживала за свое будущее.

Я подозвал ее и сказал:

– Феодора, вы с отцом остаетесь здесь, завтра Ираклий решит, чем вы будете заниматься, сейчас надо накормить ребят, а жить они будут в комнате рядом с моей.

Мальчишки послушно вместе с девушкой пошли в сторону кухни, откуда уже доносились аппетитные запахи. Мы же втроем поднялись наверх ко мне в комнату, прихватив с собой кувшин вина, предусмотрительно оставленный Ираклием.

Усевшись за стол, мы начали разговор о дальнейших действиях. Я уже понял, что незаметно готовить здесь моих будущих учеников не получится, потому, уж очень много любопытных глаз было вокруг. Поэтому для окружающих это будет просто дом прониара, воина, удачно попавшегося на глаза Василевсу, и больше ничего. Распоряжаться тут должен Ираклий, который будет отвечать за пополнение, и так, скажем материально техническое обеспечение, а вот подготовка воинов будет происходить в укромном месте в пронии, и это место должен обеспечить Диодор, который выедет туда уже завтра. Он пообещал взять с собой нескольких ветеранов, у которых в отличие от него были целы все руки. А затем я остаток вечера при свечах рассказывал и показывал ему, как должен будет устроен тренировочный лагерь для будущих учеников. Опытный воин Диодор практически понимал меня с полуслова, лишь иногда он смотрел на меня в недоумении, когда я, например, нарисовал ему макивару.

Он все же не утерпел и спросил:

Константин, я не понимаю, для чего это тебе, ведь борьба и кулачный бой нужны только для развлечения. Что ты с ней сделаешь против воина в доспехах и с оружием?

Я вопросительно посмотрел на Ираклия, тот кивнул головой.

– Диодор, наши воины особенные, они не будут сражаться открыто. Мы будем тайным мечом Василевса против его врагов. Ты же знаешь, что нет ни одной минуты, когда бы империя не воевала, но она воюет не только открыто силой, но и подкупом, сталкивает наших врагов между собой, и при возможности уничтожает их руками друг друга. Наша задача будет состоять именно в тайной, невидимой войне. И умение бороться также нужно нашим людям, только борьба эта особенная, в ней не борются, в ней убивают. Каждое прикосновение к врагу должно быть смертельным. Вот поэтому нам еще нужно будет новое оружие, о котором вы узнаете в свое время.

Следующим утром, я проснулся уже в доме, который был наполнен жизнью. На улице лениво переругивались кухарки с привратником. В соседней комнате шептались мальчишки.

Я встал и спустился вниз. Ираклий уже был тут и о чем-то разговаривал с Диодором. Тот собирался в дорогу, ему нужно было собрать своих ветеранов, и сегодня к вечеру прибыть в пронию, которая располагалась в дневном переходе от Константинополя. Ираклию нужно было сегодня начинать поиск талантов для нашей специфичной работы. А вот я на некоторое время оставался не у дел.