то всё в казармах или на учениях, а тут случай подвернулся, вот парни и расслабились. Откуда же нам было знать, что мы уже под прицелом.
— А я вас предупреждал, — майор потряс пальцем в воздухе, — только вы не внимательно слушали, хоть сейчас поймите, я вам кое-что расскажу. Это, конечно, хорошо, что вы друга выручили, причём весьма своевременно и быстро, успели вовремя, но такая самодеятельность не допустима в нашем деле, вы даже не представляете, с кем связались. Имам это не мусульманский священник, это кличка. Известный бандит и террорист, несколько лет назад объявлен в международный розыск, причастен к организации террористических актов на территории как минимум пяти государств. Из биографии его достоверно известно, что родился в Чечне, учился в медресе в Египте, но не закончил, примкнул к Аль-Каиде, в начале девяностых был замечен в ближнем окружении Дудаева, позже оказался в Дагестане, где и развернул свою деятельность. Трижды был арестован, но каждый раз сбегал из следственного изолятора. Почему? Да просто потому, что он очень сильный гипнотизёр, ему как два пальца толпу охмурить и себе подчинить! Ещё повезло, что он до Егорова не добрался, хотя это не факт, мы всё тщательно проверим. Согласно оперативным данным, он, используя свои способности, вербовал и подготавливал смертников. Единственное, что во всей этой истории хорошо, так это то, что Имам объявился здесь, последние сведения два месяца назад о нём поступили из Казани, где его и искали, как теперь стало понятно, напрасно, хитрый он.
— Так его уже взяли?
— Нет, конечно. Наши специалисты ищут, ваши старшие коллеги. Он не появился там, не было контрольного звонка, а это как раз наш пленник обеспечил, хотя его исправно поили водкой, чтобы в себя не пришёл, но он всё равно сжёг все мобильные телефоны, мы их там нашли. Те двое охранников благополучно сбежали, но они мелкие сошки, нас не интересуют, пусть следственный комитет ими занимается, ориентировки они получили. Сейчас речь не об этом, вас прикрыть надо, эту квартиру придётся оставить, как и этот город, на время, конечно и не всем вместе. Вот вам конверты, — майор протянул ребятам серые пакеты, — до вечера выучите наизусть и уничтожите, кроме документов, конечно же. Все инструкции там, на месте с вами свяжутся наши сотрудники.
Глава седьмая. В бегах
Теперь его звали Николаем Боровицким, проживал в двухкомнатной квартире на Васильевском острове, которая досталась ему по наследству от недавно умершей бабушки, вёл уединённый образ жизни, работал барменом в ночном клубе. Затеряться в большом городе намного проще, чем в небольшом провинциальном, с этим Сергей-Николай был полностью согласен, но до конца так и не понимал, зачем им от кого-то прятаться, как будто они преступники, но командованию виднее. Где сейчас находились друзья, он не знал, следующим утром после того разговора они разъехались в разные города. Якутин только шепнул, что он уезжает куда-то на Урал вместе с Аней, чем всколыхнул ревность в душе парня, ну почему с ней едет именно шаман, несправедливо и обидно.
Майор Волков, новый куратор Васильева сразу же загрузил подчинённого работой, в кратчайшие сроки заставил парня освоить профессию бармена, на работу приходилось ходить. Ночами он разливал напитки за барной стойкой, после смены спал часа три-четыре и отправлялся или в следственный комитет, где расследовалось уголовное дело о тройном убийстве в карельской тайге, или встречался со студентами-археологами, которых они спасли. Частью легенды была информация, что Николай Боровицкий является следователем и занимается делами, связанными с произведениями искусства и предметами, представляющими историческую ценность.
— Да я уже всё рассказал вашим коллегам на допросах, — Стасу уже надоело то внимание, которое оказывали ему после недавнего похода, благодаря которому он едва выжил и чуть было не лишился ноги, парень и сейчас прихрамывал и пользовался тростью при ходьбе, — ничего нового добавить не могу, вы наверняка уже читали мои показания.
— Те ребята расследуют убийство, вы выступаете в качестве пострадавшего, — Николай терпеливо разъяснял свою позицию, — а меня интересуют те предметы, которые вы нашли с коллегами при раскопках кургана, вероятно, они представляют собой историческую ценность и их необходимо вернуть законному владельцу, то есть государству. Я не допрашиваю вас, как видите, мы просто беседуем, мне важно знать всё в мельчайших подробностях, помочь в этом можете только вы.
— Да мы не проводили никаких раскопок, планировали, конечно, но опоздали, шурфы вырыли незадолго до нас, вернее всего те мужики, которые стреляли, если что-то там и было, так они наверняка и забрали, мы толком даже полазить там не успели.
— А вот подруга ваша рассказывает, что вы нашли там какой-то древний предмет, назовём его артефактом. Что это такое?
— Резной посох, весьма древний, я же профессионал, могу навскидку предположить, что ему не менее полутора тысяч лет, а может и больше.
— Вы его держали в руках и успели рассмотреть до того, как выронили в болоте? Вы рисовать умеете?
— Конечно, у нас был специальный курс, иногда в нашей профессии требуется делать наброски и зарисовки, чем точнее, тем лучше.
— Прекрасно. Нарисуйте мне вашу находку, желательно в масштабе и со всеми подробностями, которые сможете вспомнить. Давайте встретимся, скажем, послезавтра, здесь, в этом кафе. Обещаю, после того, как вы предоставите мне рисунки, я от вас отстану.
— Хорошо, я постараюсь, память у меня, слава богам, фотографическая. Да, ещё одна странность, о ней ваши коллеги не спрашивали, я и сам вот только что вспомнил. Понимаете, планы археологических экспедиций публикуются как минимум за полгода в специальных изданиях. Бывают открытые экспедиции, участвовать в которых может любой желающий специалист, стоит только подать заявку, и закрытые, об этих указывается только цель и приблизительная эпоха, место изыскания не афишируется. Так вот, мы с ребятами как раз готовились к дипломным проектам, нам не помешало бы для сбора материалов присоединиться к какой-нибудь открытой миссии, мы искали всё, что нас интересовало, а моя тема "Дохристианские традиции и обычаи северных славян". Так вот, никаких публикаций об экспедициях в этом направлении, как географическом, так и историческом, не было за последние два года. А это означает, что возле кургана никого быть не должно, только "чёрные копатели". Странно то, что шурфы сделаны были профессионалами с применением весьма дорогостоящего оборудования, которого даже в нашем университете нет.
— Спасибо, это ценное замечание, ребятам из следственного комитета я передам, возможно, это им поможет.
* * *
Аня и Якутин по легенде изображали счастливых молодожёнов, обосновались в Екатеринбурге, где под руководством одного
