Он бросился на кузена, повалил его. Завязалась борьба. Мужчины скинули мой еще уцелевший инвентарь, сломали маленький стульчик, который зачастую меня очень выручал, как-то переместились к крыльцу, скатились по ступеням и дальше вниз, на снег.
Вставали, били, падали, катались, нападали, отталкивали, уже шатались.
Аристократы, называется. Дрались, как сцепившиеся дворняжки, что-то выкрикивали, шипели. Оставляли красные пятна на белом.
— Исчезни, наконец! Ты как кость поперек горла! — заорал Лиар и снова ринулся на соперника.
Правда, силы были истрачены. Он пошатнулся, сам упал и уперся кулаком в снег. Вскинул голову на покачивающегося кузена.
— Она моя, — сказал тише. — Не мешай.
— Ты дурак, Лиар. Очнись и поумней. Ведьма никому не принадлежит. Ни тебе, ни мне. Она сама будет…
Дрэйк заметил меня, недовольно поморщился, будто один мой вид вызывал в нем оскомину на зубах. Ройс тоже повернул голову.
Моментально оказался на ногах. Подбежал, поднял меня, понес в дом. И вроде бы до этого стоял неуверенно, но теперь двигался быстро. Усадил обратно на стул, потянулся к моей щеке, но заметил кровь на руке и убрал ее за спину.
— Ты не должна была этого видеть. Прости.
— Тебе не за что извиняться. Наоборот, девушкам обычно льстит, когда за них дерутся мужчины.
— А тебе? — вместе с этим вопросом повеяло стужей.
Я повернула голову. Дрэйк стоял на проходе, даже не подумав закрыть дверь. За его спиной блестел снег, завывал ветер. Полы черного плаща колыхались. Вокруг ног уже образовывалась лужа.
— Не обращай на него внимания, — осторожно, чтобы не вымазать, коснулся моего подбородка Лиар. — Ему отец мозги отбил в детстве, вот и не понимает, как правильно общаться с людьми.
— Не говори так, не делай чужое горе предметом шутки — это низко, — попросила я.
Мужчина на миг застыл, но быстро стал тем самым улыбчивым человеком, который недавно окружал меня заботой, согревал.
— Я пойду умоюсь. Если он будет к тебе приставать — кричи, поняла?
— Да.
Лиар бросил грозный взгляд на кузена. Быстрым шагом направился в ванную комнатку. Я же сосредоточила все свое внимание на игре язычков пламени в камине.
Дрэйк принес стул, сел неподалеку, широко расставив ноги, да так, что голенью прикоснулся к моей.
— Согрелась?
Все еще в одежде, в обуви. Я прямо услышала, как в моем кармане пищит Шелли и жалуется, что ее лапкам будет неуютно. Грязный, с запекшейся кровью на виске и губах.
Вроде бы просто вопрос, но мне от него стало неуютно. Будто я неправильная какая-то, ведь не могла нормально согреться у камина, словно сломалась. Внутри продолжало сковывать льдом. Но вроде бы тепло, должна была оттаять я — нет, мерзла.
Наверное, мои опасения отразились на лице, потому как Дрэйк подался ко мне корпусом, взял мою руку в свою, грязную, испачканную из-за недавней драки, с бордовыми пятнами на костяшках. Резко контрастирующую с моей белой кожей.
— Бери, ведьмочка.
Я вопросительно выгнула брови, но отказываться не стала. Потянула чужое тепло, позволила ему свернуться клубком вокруг сердца. Даже почувствовала, как быстро внутри тает лед.
— Не понимаю, — покачала головой.
— Это магия, чужое тепло. Оно не переплетается с твоим. Поглощать его полностью — особое умение, которому нужно учиться. Там, на улице, ты взяла часть моей энергии, поместила в себя, но обратно не вернула и не выкинула. Оставила.
— Только что-то одно работает?
— Да.
— А теперь, чтобы все встало на свои места, мне нужно отдать или избавиться.
— Верно.
— Но зачем сказал брать?
— Потому что свое я заберу другим способом, — резко подался он вперед и оказался в опасной близости. Я вжалась в спинку стула. Замерла. — Согреюсь с твоей помощью.
Во рту пересохло. Воображение щедро подкинуло картины, как именно все можно провернуть, как сделал бы это Дрэйк, притом какие слова при этом использовал бы. И я тоже не мерзла бы.
— Тогда избавляюсь? — прошептала завороженно, сама толком не понимая, что говорю. Щеки моментально налились жаром.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Брюнет хищно улыбнулся. Наклонился ближе, почти коснулся моих губ, но резко подался назад и откинулся на спинку стула. Я обернулась. Увидела вошедшего из ванной комнатки Лиара, но не смогла определить, видел ли он что-нибудь. Наверное, нет, так бы не выглядел настолько спокойно.
Я что-то упускала!
Важное, едва уловимое. Лежащее в самой глубине, но уже обнаруженное мной.
Что?!
Вот только анализировать удавалось трудно. Нога Дрэйка по-прежнему соприкасалась с моей, я чувствовала исходящее от нее тепло, специально его забирала. Согревалась.
Словно мстила или… заигрывала?
Вряд ли мои действия можно растолковать именно так. Но холодный взгляд брюнета, неповторимо прижимающий к стулу, препарирующий на расстоянии, грубо ласкающий шею, ключицы, виднеющиеся из-под кокона пледов руки, говорил об обратном. Растолковал. Принял.
Пообещал!
Глава 8
— Давай выгоним их, — шептала мне на ушко Шелли, пока я выискивала в своих немногочисленных пожитках обеззараживающую мазь. — Они хуже медведей.
— А медведи чем тебе не угодили? — спросила я так же тихо.
— Глупые очень, большие и глупые. Еще злые.
— Будем знать, — улыбнулась я, все-таки выудив из своей «аптечки» необходимую баночку.
Откупорила, понюхала… Глаза заслезились, меня передернуло. Самое то!
С мстительной улыбкой я направилась к столу, где сидели оба виновника очередного погрома. Осмотрела одного, второго. Впечатляюще!
— Обычные разговоры больше не в моде? — села я рядом с Лиаром и поманила его к себе.
Огромная шишка на лбу, ссадина на скуле, несколько глубоких царапин на шее.
Мазь тонким слоем легла на поврежденный участок. Я зачерпнула еще, начала обрабатывать следующую рану. Могла бы оставить все без внимания, но сжалилась и сама предложила помощь.
— Только ради этого момента стоило драться, — заулыбался мужчина, но поморщился от боли.
Его шаловливые руки потянулись к моей талии. Я резко отстранилась, посмотрела на него в упор, напоминая, что мы пару минут назад договорились обойтись без любого рода поползновений на мое тело. А то я их знала. Обоих!
Мужчины, обделенные женским вниманием. Конечно, даже у них будет вставать на «грязь».
Взгляд устремился к Дрэйку, но я одернула себя и снова принялась наносить мазь Лиару. Тот вроде бы не приставал, но напирал, очаровывал. Улыбался в меру своих возможностей — ранка на губе мешала. Сам подставлялся под мои руки, был покладистым котом, выпрашивающим ласку.
Но я черствая! Должна такой быть.
Закончила с одним, развернулась на стуле к другому. Поманила к себе. Не добилась успеха, попыталась не разозлиться.
— Вивиан, ты подумала над моим предложением? — спросил Лиар, заглядывая в баночку с мазью.
Чтобы обработать раны Дрэйка, пришлось встать самой, наклониться. Его аристократическое величество не снизойдет до меня. Но вместо того, чтобы хотя бы остаться на месте, он откинулся на спинку стула, словно утягивая меня за собой, к себе.
— Нет, не подумала, — нахмурилась я.
Выдохнула, все же подалась следом. Рассеченная губа и бровь. Глубокая царапина на щеке. Чем они вообще дрались?
— Я не тороплю, ты не думай.
— Лиар, это серьезный момент, — забрала я у него баночку, зачерпнула немного мази и вручила обратно. Злилась. А как еще, когда один наглый брюнет снова издевался надо мной? — В нашем мире несколько недель о таком думать могут, а тут прошло всего полдня.
Дрэйк шире расставил ноги, отклонил голову назад. Он совсем что ли? Можно было бы плюнуть на свое стремление помочь ему. Вполне справится сам.
— Ты ведь не станешь томить меня столь долгим ожиданием? — появился справа Лиар.
Я задумалась на секундочку с занесенной над Дрэйком рукой. Вдруг поняла, что чья-то ладонь скользит по моему бедру. Вряд ли Ройса. И как только я это осознала, брюнет резко свел ноги, я потеряла опору, рухнула на него.
