Читаем без скачивания Живописец смерти - Джонатан Сантлоуфер

— Браун… — В этот момент Мида прервали. Кто-то начал его о чем-то спрашивать, некоторое время в трубке были слышны приглушенные голоса, наконец он объявился снова. — Извините. Мне уже известно, что вы сегодня отлично поработали.

— Спасибо, — ответил Браун. Поскольку Мид больше ничего не сказал, он добавил: — Вас, наверное, интересует, как раскололся этот парень?

— Что? Ах да. Извините, я опять был вынужден отвлечься. Теперь вот Слаттери сует мне что-то под нос.

Браун ждал. Стейк и печеная картошка на столе стыли.

— Вы хотели что-то уточнить по этому Снайперу, сэр?

— По Снайперу? Нет. Послушайте, я звоню совсем по другому поводу… Конечно, мне хотелось вас поздравить… Вы проделали замечательную работу, но вы уже об этом знаете. — Мид шумно вздохнул.

Порой Браун испытывал к Миду чувство, близкое в жалости, особенно когда заставлял начальника отдела по расследованию убийств нервничать. Мид был назначен на эту должность сравнительно недавно и еще не знал, как себя вести с Брауном. Во-первых, тот был чернокожим, а во-вторых, бывалым, закаленным копом. Поэтому начальник держался настороженно и часто в разговоре нервничал, не умея найти нужного тона.

— Короче, вы мне нужны здесь. Это угол Парк-авеню и Семьдесят восьмой улицу. Номер дома… черт… какой тут номер? Слаттери! Продиктуйте мне точный адрес.

— Прямо сейчас?

— Да, сейчас. Я хочу, чтобы вы взяли на себя руководство осмотром места преступления, пока тут не наследили ребята из технической команды. У нас труп в ванной. Возможно, несчастный случай, а возможно, и нет. Надо разобраться. Так что вы нужны здесь, и как можно скорее.

Флойд Браун уставился на свой недоеденный ужин, который жена снова разогрела. Теперь он остывал во второй раз. Флойд вспомнил, что где-то читал: если еду несколько раз подряд разогреть в микроволновой печи, то это может стать причиной онкологического заболевания. Он посмотрел на Вонетт. Она глядела в стену, прижимая к щеке чашку с кофе. Наверное, пыталась понять, почему она, будучи двадцать семь лет замужем за полицейским, большую часть времени проводит одна. Вонетт ведь через месяц исполнится пятьдесят, подумал Флойд, но она так же хороша, как и прежде.

Ему сегодня очень хотелось провести вечер дома, с женой, отдохнуть, но… Флойд Браун посмотрел на часы и буркнул в трубку:

— Я буду примерно через полчаса.

Вонетт бросила на него взгляд, вздохнула и отвернулась.

Рэнди Мид отсоединился, не дав больше Брауну произнести ни слова. Да и что он мог сказать такого, чего Мид не знал? Несколько месяцев их отдел охотился за этим сумасшедшим Снайпером, который терроризировал весь НьюЙорк, а шеф полиции Тейпелл все время дышала в затылок. Только-только с ним разобрались, и вот пожалуйста. Этот тип лежит мертвый в своей роскошной ванне. И это совсем не похоже на несчастный случай.

Мид направился в гостиную, по дороге сделав замечание парню из команды техэкспертов. Ему показалось, что тот не слишком аккуратно посыпает порошком для снятия отпечатков пальцев предметы обстановки. В доме было полно разнообразных произведений искусства. Мид обратил внимание, что на пейзаже, висящем на стене, стоит подпись Моне, и не удивился. В такой шикарной квартире это вполне возможно. Он быстро сделал пометку в блокноте, чтобы детективы проверили по страховочной ведомости, не пропало ли здесь чего ценного. Возможно, это банальное ограбление, если, конечно, человек, лежащий в ванне, убит. Не исключено, что у него во время купания случился инфаркт и он утонул. Такое тоже бывает. Нельзя также сбрасывать со счетов и самоубийство, правда, никакой записки обнаружить не удалось. Настораживает, что пол вокруг ванны весь мокрый. С чего бы это ему плескаться перед смертью? И самое главное: погибший был, без сомнения, человеком богатым и известным в мире искусства. Господи, за что такое наказание?

Мид знал, что на его место уже выстроилась очередь, и полагал, что шеф полиции охотно назначила бы кого-нибудь из черных. Теперь все дело за основанием. Он осмотрелся и перевел дух.

На всякий случай надо быть помягче с Флойдом Брауном… а что касается этого богача, то все-таки есть надежда, что он отдал Богу душу без посторонней помощи. — Послушайте, Мид! — крикнул грузный лысеющий коп, занимающийся осмотром гостиной.

Он медленно подошел к начальнику отдела по расследованию убийств и показал странный предмет — черный капюшон из мягкой кожи, с отверстиями для глаз, носа и рта. Такие обычно используют сексуальные садисты.

— Где вы нашли эту штуковину?

— В ящике комода, на дне.

— Что-нибудь еще?

— Несколько порножурналов. Но мы продолжаем искать. Так что этот парень вполне мог быть садистом-гомиком. Они тут развлекались, а потом дела пошли чуть круче, чем ему хотелось.

Миду понравилась идея, что этот богач мог быть сексуальным извращенцем, и он улыбнулся.

— Макнайт!

Грузный полицейский оглянулся. Мид кивнул на кожаный капюшон в пакете.

— Этот вещдок держите в секрете. Хорошо? Прессе ни слова. Никаких утечек. Понятно?

— Конечно, шеф. — Макнайт пожал плечами.

Мид взял у Макнайта черный маркер и крупными печатными буквами написал на полиэтиленовом пакете имя и фамилию погибшего: «УИЛЬЯМ МЕЙСОН ПРУИТТ».

9

Кейт не могла вспомнить, плакала ли она, когда умерла мама. Все остальное, что происходило в тот день, оказалось вытравленным в ее памяти концентрированной кислотой. Вот в класс входит сестра Маргарет, вызывает Кейт. Та идет по школьному коридору, стуча металлическими набойками. Коридор пустой, эхо гулко резонирует от серо-зеленых стен. Монахиня хмурится — ведь набойки запрещены, — но тут же смягчается: у девочки такое горе. На улице ждет такси, чтобы отвезти Кейт домой. Дома в дверном проеме стоит отец в темно-сером костюме, лицо пепельное, чуть светлее костюма. И естественно, тетя Патти возится на кухне, где пахнет тушеными кабачками. Скоро в дом Макиннонов нагрянут родственники. Мама умерла несколько часов назад.

Но плакала ли она? Это единственное, чего Кейт не помнила.

— Кейт, ты меня слышишь? — раздалось в трубке. — Я хочу сказать, что девочка была тебе как дочка. Так что, если поплачешь, ничего страшного.

— Да, конечно, тетя Патти, я это знаю, — промолвила Кейт, очнувшись от размышлений.

Она представила сестру отца, как та сидит сейчас на подлокотнике дивана в своей квартире на Форест-Хилл, разговаривает с ней и покачивается, глядя на цветастые обои гостиной. Затем, подняв голову, увидела чертову фотографию, которую пришпилила над письменным столом. Элена с закрашенными глазами. Кейт собиралась показать ее Тейпелл и показала бы, если бы не боялась, что шеф полиции снова отправит ее домой. Нет, с этим идти сейчас нельзя. Необходимо собрать больше информации.

— Кейт, тебе нужен отдых. Знаешь, приезжайте с мужем ко мне в Куинс. Я быстро состряпаю бифштексы с острым соусом чили, который так любит Ричи.

— Большое спасибо, тетя Патти. Мы обязательно приедем, — проговорила Кейт, раскрывая «Таймс» на разделе «Городские новости».

В глаза тут же бросился заголовок: «ИЗВЕСТНЫЙ ФИНАНСИСТ НАЙДЕН МЕРТВЫМ В СВОЕЙ КВАРТИРЕ».

— Тетя Патти, — сказала она, притягивая газету ближе, — извините, но мне нужно идти. Большое спасибо. Я позвоню вам позднее.

Кейт быстро просмотрела заметку о смерти Билла Пруитта. В ней говорилось о его связях с фондом «Дорогу талантам», членстве в различных элитарных клубах — «Йель», «Столетие» — и о том, что он был президентом совета Музея современного искусства. Пруитта обнаружили в его в квартире в ванной. В ванной? У него случился инфаркт?

Кейт немедленно позвонила Ричарду. Возможно, он уже знает. Барабаня пальцами по столу, прислушивалась к гудкам в трубке. Ответила секретарша. Ричард на суде по делу одной фирмы с Уолл-стрит, которое в последнее время занимало очень много времени.

Партнеры судились друг с другом. Алчность выступает против еще большей алчности, как называл этот процесс Ричард.

Кейт возвратилась к статье, прочла еще раз, и тут загудел домофон. Молодой консьерж Райан сообщил, что для нее доставили пакет и сейчас он принесет его наверх. Кейт знала, что парень использует любую возможность, чтобы с ней пообщаться.

Через минуту Райан стоял на пороге, лаская взглядом плечи Кейт. Это вынудило ее туже подтянуть пояс махрового халата.

Конверт был стандартный, из плотной манильской бумаги, без обратного адреса. Просто наклейка с ее фамилией, напечатанной прописными буквами.

Внутри находился коллаж размером примерно с обычную почтовую открытку. Какая-то странная мозаика из обрезков цветной бумаги, наклеенных на картон. Что это? Приглашение на выставку какого-то художника? Кейт перевернула коллаж. Ничего. Если это приглашение, то очень странное. Она потрогала пальцем поверхность, почувствовав неровности.