«Ты желаешь мне мужества, если буду в бою. Спасибо. Хоть ты знаешь, что я в этом деле не отличусь. Но что смогу — сделаю».
Человек скромный, даже застенчивый, лишённый малейшей рисовки и показного, скорее гражданский, чем военный, Коля Майоров в то же время был наделён большой внутренней силой, мужественной убеждённостью, которые прорывались наружу, когда он читал свои стихи. Мне рассказывали уже после войны, что Коле предлагали уехать в Ярославское военное училище. Буквально в последнюю минуту отказался он и от возможности отправиться на фронт с агитбригадой, куда его устроили было. Он выбрал бой, передовую. Он не мог иначе.
В марте 1942 года в ответ на моё письмо родные Николая написали мне, что получено извещение о его гибели: «Убит 8 февраля 1942 г. И похоронен в деревне Баренцево Смоленской области». Много лет я хотела разыскать эту деревню, но только летом 1958 года попробовала это осуществить.
Ни одной деревни Баренцево в Смоленской области не оказалось, нет её и в тех районах Смоленщины, которые отошли к Калужской области после войны. Есть на Смоленщине, в 20 километрах к югу от Гжатска, деревня Баранцево, состоящая всего из нескольких старых изб. Там мне показали сровнявшуюся с землёй могилу двух советских солдат, убитых в конце зимы 1942 года. Но кто они — не известно. Вполне возможно, что один из них и был Николай Майоров, политрук пулемётной роты 1106-го стрелкового полка 331-й дивизии. В платёжной ведомости этого полка за февраль Майорову причиталось что-то получить, но подписи его нет… Он ведь был убит 8 февраля. (Об этом я узнала в архиве Советской армии в Подольске летом 1958 года.)
Не удалось разыскать и однополчан Коли, которые могли бы сказать, как он погиб и где похоронен. Два года назад в газетах и по радио заговорили о подвиге Саши Виноградова и его одиннадцати товарищей, погибших под Москвой, на 152-м километре Минского шоссе в феврале 1942 года. А ведь Коля Майоров воевал тоже в тех местах и примерно в то же время. Может, выход книги Коли Майорова поможет разыскать его однополчан, выяснить подробности его последних дней.
* * *
И ещё одна, пожалуй, наиболее важная задача: как найти пропавшие стихи и поэмы Николая, как узнать, где он оставил свои вещи, уходя добровольцем в армию 19 октября 1941 года.
В первый день войны к Коле из Иванова приезжал его младший брат, Александр. Было ему тогда лет семнадцать. Он вспоминает, как вместе с братом заходил к одному товарищу, у того лежал Колин чемодан с книгами, и Николай просил брата увезти некоторые книги домой. Александр предложил забрать всё, но Николай только рукой махнул: до барахла ли теперь?
Были поиски, были догадки, но без результата… Но, видимо, не всё ещё потеряно — не все ещё возможности проверены.
* * *
Коля Майоров обещал многое. Поэт яркого, самобытного таланта и исключительной трудоспособности, он рос буквально на глазах. И не его вина, что так мало удалось донести до людей. Но и это немногое не забудется, как не забудутся и те, что в бой «ушли, не долюбив, не докурив последней папиросы».
М. Соколов. Берег с лодками
Библиография
Майоров Н. П. Мы. Книга стихов / Предисл. П. Антокольского. (В кн. также: Памяти поэта. Воспоминания Д. Данина, И. Пташниковой, В. Жукова, Н. Глазкова, М. Львова). М.: Молодая гвардия, 1962.
Майоров Н. П. Мы были высоки, русоволосы / Предисл. А. Туркова. Ярославль: Верхне-Волжское кн. изд-во, 1969.
Майоров Н. П. Мы / Предисл. Н. Банникова. М.: Молодая гвардия, 1972.
Аннинский Л. А. Николай Майоров: Возьми шинель — покроешь плечи // Аннинский Л. А. Красный век. Эпоха и её поэты [в 2 кн.]. М.: ПРОЗАиК, 2009. Кн. 2. С. 280–291.
Голубев Н. А. Ивановские тетради Николая Майорова / Н. Майоров // Откровение: лит. — худ. альманах. № 20. Иваново: Талка, 2014. С. 327–351.
Голубев Н. А. Она помнит губы и голос поэта // Откровение: лит. — худ. альманах. № 17. Иваново: Талка, 2011. С. 141–154.
Жуков В. С. «Мы были высоки, русоволосы…» // Тропинки памяти. Воспоминания и статьи о писателях-ивановцах. Ярославль: Верхне-Волжское кн. изд-во, 1987. С. 151–159.
Куликов Б. П. Николай Майоров. Очерк жизни и творчества. Ярославль: Верхне-Волжское кн. изд-во, 1971.
Куприяновский П. В. Голос поколения // Куприяновский П. В. В широком потоке. Иваново: Кн. изд-во, 1963. С. 132–136.
Немировский А. И. О Николае Майорове (Воспоминания) // Откровение: лит. — худ. альманах. № 2. Иваново: Талка, 1995. С. 125–137.
Ружина В. А. Нам страх и подлость были не к лицу… / Н. Майоров // Поэзия. Вып. 20. М.: Молодая гвардия, 1977. С. 147–153.
Сердюк В. Е. Выше смерти. Страницы жизни Николая Майорова // Сердюк В. Е. Судьба писателя. Воспоминания и размышления. Иваново: ИД «Референт», 2011. С. 48–101.
Таганов Л. Н. Ивановское братство поэтов-фронтовиков // Таганов Л. Н. «Ивановский миф» и литература. Иваново: Листос, 2014. С. 250–294.
Терентьев В. П. Тайна поэта с «божьей искрой» // Ивановская газета [Ив. обл.]. 2013.16–18 января.
Список репродукций
1. Секирин Николай Петрович (1899–1963).
Рисунок к картине «В госпитале». 1945. Бумага, карандаш. 42x30,5.
2. Пророков Борис Иванович (1911–1972).
Листы из альбома для рисования. 1928. Бумага, уголь, карандаш. 24x24,5 (Фонд Б. И. Пророкова).
3. Юдин Лев Александрович (1903–1941).
В деревне. 1940. Бумага, офорт. 11x14,5.
4. Цуп Дмитрий Павлович (1908–1995).
Иваново после дождя. Из серии «Иваново». 1940-е. Бумага, карандаш, уголь. 29,5x38,5.
Интерьер.1950-е. Бумага, карандаш. 25,7x20.
Городская улица. Из серии «Иваново». 1940-е. Бумага, карандаш. 30x35.
Интерьер. У окна. 1950-е. Бумага, карандаш. 20x22.
На железнодорожных путях. 1950-е. Бумага, карандаш. 20x22.
Утреннее солнце. Уславцево. 1964. Бумага, карандаш. 40,7x59,5.
В мастерской художника. 1950-е. Бумага, карандаш. 19x15.
Поле осенью.1962. Бумага, карандаш. 40x60,5.
5. Лукин Борис Николаевич (1913–1987).
Улица. 1932. Бумага, тушь, кисть, перо. 34,2x23,5.
6. Соколов Михаил Ксенофонтович (1885–1947).
Ландыши. Бумага, тушь. 22,5x17.
Женский портрет. 1920. Бумага, перо, тушь. 42x29,7.
Пейзаж с деревом. Бумага, пастель. 29,7x20.
Дама. Из цикла «Прекрасные дамы». 1930-е. Бумага, тушь, перо, акварель. 31,2x22.
Дама с птицей. Бумага, сангина. 36x25,5.
Берег с лодками. Бумага, карандаш. 28x30,2.
7. Кулагин Фотий Михайлович (1917–1977).
Мужской портрет. 1940-е. Бумага, карандаш. 16x11.
Женский портрет. 1940-е. Бумага, карандаш. 22x15,5.
8. Софронова Антонина Фёдоровна (1892–1966).
Два деревца. 1927. Бумага, тушь, перо. 19,6x17,6.
Радуга над городом. 1928. Бумага, тушь, перо. 19,6x17,6.
9. Серов Василий Васильевич (1911–1993). Демобилизация. 1945. Бумага, карандаш. 24,9x33,4.
10. В офоормлении перёплета использована репродукция рисунка Д. П. Цупа «Демидовская улица весной» (из серии «Иваново»). 1949. (Бумага, карандаш. 31,5x43,5).
11. На переднем и заднем форзацах: Цуп Д. П. Листы из альбома эскизов «Иваново». 1947. (Бумага, картон, карандаш, сангина. 20x28, 2x1,2).
Примечания
1
Вступление к несохранившейся поэме «Ваятель», написанной в 1939–1940 годах. Константин Титов (одноклассник и друг Н. Майорова) свидетельствовал: «Поэма навеяна встречами со скульптором Степаном. Фамилии его я не помню. Помню только, как ходили к нему в мастерскую-гараж, беседовали об искусстве и выпивали».
В черновике к стихотворению «Творчество» остались строчки:
А жизнь научит правде и терпенью,Принудит жить, и, прежде чем стареть,Она заставит выжать всё уменье,Какое ты обязан был иметь.
Интересна творческая лаборатория поэта: шестая строка публикуемого стихотворения имела вариант: «Нести всю тяжесть каждодневных бдений», десятая — «к которым приложился сам Бетховен».
Сохранился также черновой фрагмент поэмы «Ваятель»:
В Москве у Земляного валаВ часовенке иль в бывшем гараже,Где с потолка течёт, где света мало,Где штукатурка рушится обвалом,Он поселился в нижнем этаже.В квартире пахло прежними жильцами.Ваятель был скуласт и неумел.<…>И плитняком наполовину застлан,Светился пол нечищенный. СлегкаПахнуло деревянным масломОт жёлтого, как лето, косяка.— Затворнику не надо лучше места, —Он пробурчал спустя пяток минут.Он не имел пока ещё невесты,И, стало быть, не надобен уют.
Другой отрывок из «Ваятеля» («А небо будет яростно и мглисто…») вспоминает Ирина Пташникова. — см. Воспоминания Ирины Пташниковой (наст. издание). — Здесь и далее примеч. Н. А. Голубева.
2
«На реке» — единственное стихотворение Н. Майорова, напечатанное при жизни автора в сборнике: Парад молодости. Физкульт. стихи и песни / 2-й Всесоюзный день физкультурника. М.: Физкультура и спорт, 1940.
