Я бросил письмо на стол.
- Стоит ли волноваться, Зак? Подумаешь, еще одно агентство. Ну, а их заявления... Разве ты не говоришь, что обеспечиваешь услуги только самых лучших? Но ведь ты не ждешь, что тебе поверят?
Нет, - признал он, - то есть отчасти, между нами говоря. Но это-то по-настоящему серьезно. Они сманили моих действительно первоклассных ребят оплатой и премиями, которые мне не по карману. А теперь они предлагают чародейство всем, кто пожелает, по расценкам, которые оставят без работы остальных. Я разорен, говорю же вам!
Да, не весело. Фельдштейн был приятным человечком, который старался, правда, выжимать побольше центов ради жены и пяти черноглазых ребятишек, на которых надышаться не мог. Но я не сомневался, что он утрирует; у него была склонность к мелодраме.
- Не беспокойся, - сказал я, - Можешь на меня твердо рассчитывать, да и на большинство других своих клиентов тоже. Эти молодцы всех чародеев к рукам не приберут - те слишком независимы. Погляди на Дитворта. Он вылез со своей ассоциацией. И что у него вышло?
- Дитворт... а-ах! - Он хотел сплюнуть, но вовремя вспомнил, что находится в моем кабинете. - Так эта же компания - он. Дитворт!
- Откуда ты взял? В списке он не значится.
- Навел справки. Вы думаете, у него ничего не вышло, раз вы дали ему по рукам? Они устроили совещание директоров ассоциации - а это Дитворт и две его секретарши - и проголосовали за передачу контрактов новой корпорации. Дитворт якобы уходит, бездоходную ассоциацию возглавляет его подручный, и Дитворт заправляет обеими компаниями. Вот увидите! Если бы мы могли увидеть документы «Магии», так вы бы убедились, что контрольный пакет у него. Это уж точно!
- Не думаю, - сказал я медленно.
- Вот увидите! Дитворт с его сладкими разговорчиками о бескорыстном служении и высокой требовательности не должен был бы связываться с корпорацией «Магия», верно? А вы позвоните туда и спросите его!
Вместо ответа я набрал номер, указанный в письме.
Девичий голос произнес:
- Доброе утро. Корпорация «Магия».
- Будьте добры, соедините меня с мистером Дитвортом.
Она довольно долго мялась, а потом сказала:
- Кто его спрашивает?
Тут замялся я. Говорить с Дитвортом я не хотел, мне просто надо было установить факт. В конце концов я ответил:
- Передайте ему, что звонят из приемной доктора Бидла.
- Но мистер Дитворт должен был быть у доктора Бидла полчаса назад. Он не приехал?
- А! - отозвался я. - Возможно, он у шефа, а я просто не видел, как он вошел. Извините! - И я положил трубку.
- Выходит, ты прав, - признал я, оборачиваясь к Фельдштейну.
Но он был так расстроен, что совсем не обрадовался своей правоте.
- Послушайте, - сказал он, - может, закусим вместе и все обсудим?
- Я собирался в торговую палату на званый завтрак. Ты тоже член палаты, так поехали вместе и поговорим по дороге.
- Ладно, - он скорбно вздохнул. - Наверное, скоро мне это будет не по карману.
Мы опоздали, и двух мест рядом за столом для нас не нашлось. Казначей сунул мне под нос кружку для штрафов и «закрутил ей хвост», требуя с меня десять центов за опоздание. Кружкой служила простая сковородка с велосипедным звонком на ручке. За все провинности мы уплачиваем штрафы, что пополняет общественный фонд и служит источником безобидных шуток. Казначей подставляет сковородку и крутит звонок, пока провинившийся не выложит десять центов.
Я торопливо вытащил десятицентовик и опустил его на сковородку, а Стив Хэррис, владелец автомобильного агентства, завопил:
- Правильно! Пусть-ка шотландский скупердяй раскошелится!
- Десять центов за нарушение тишины и порядка! - объявил Норман Сомерс, наш председатель, даже не повернув головы. Казначей встал перед Стивом, и я услышал звяканье монеты, а затем дребезжание звонка.
- Что там еще? - спросил Сомерс.
- Стив опять за свое, - устало сообщил казначей. - На этот раз магическое золото.
Стив бросил на сковородку синтезированную монетку, которую сотворил для него какой-нибудь знакомый чародей. При соприкосновении с холодным железом она, естественно, улетучилась.
- Еще двадцать центов за попытку всучить фальшивые деньги, - постановил Норман. - Наденьте на него наручники и позвоните в прокуратуру.
Стив завзятый любитель розыгрышей, но с Норманом его номера не проходят.
- Можно мне хоть завтрак доесть? - Стив ну просто изнывал от жалости к себе. Норман промолчал, и Стив уплатил все штрафы.
- Веселись, Стив, пока можешь! - посоветовал Эл Донахью, владелец закусочных для автомобилистов. - Вот заключишь контракт с «Магией», и больше розыгрыши с чарами устраивать не будешь.
Я навострил уши.
- Кто сказал, что я стану с ними связываться?
- Никуда ты не денешься.
- Да зачем мне?
- Зачем? Потому что это прогрессивное начинание. Возьми хоть меня. Я предлагаю разнообразнейшие исчезающие десерты во всех моих ресторанах. Можешь съесть разом хоть три, и не переешь, и не прибавишь в весе ни унции. Так вот: я на них терял деньги, но шел на это ради рекламы и привлечения женской клиентуры. И вот корпорация «Магия» предлагает мне то же самое, но за такую цену, что мои десерты начинают приносить прибыль. Естественно, я подписал с ней контракт.
- Естественно. А что, если они повысят цены, когда наймут или выгонят из города всех компетентных чародеев?
Донахью засмеялся самодовольным противным смехом.
- У меня есть контракт.
- Вот как? На какой срок? А пункт о расторжении ты прочел?
В отличие от Донахью я его прекрасно понял. Такое я испытал на себе. Лет пять назад портлендская фирма начала у нас в городе скупать мелкие предприятия и снижать цены - продавали цемент за тридцать пять центов мешок вместо обычных шестидесяти пяти и разорили оставшихся конкурентов. А потом начали полегоньку поднимать цену вплоть до доллара двадцати пяти центов за мешок. Ребята здорово нагрелись, прежде чем поняли, как их обработали.
Но тут мы все замолчали, потому что встал почетный гость, старик Б. Дж. Тимкен, крупнейший подрядчик. Он произнес речь о «сотрудничестве и служении». Оратор он не ахти какой, но очень неплохо говорил о том, как бизнесмены могут служить обществу и помогать друг другу. Мне даже понравилось.
Когда аплодисменты стихли, Норман Сомерс поблагодарил Б. Дж. и сказал:
- На сегодня все, господа, если только кто-то не хочет представить новый вопрос на обсуждение...
Встал Джедсон. Я сидел спиной к нему и только тут увидел, что он здесь.
- Мне кажется, господин председатель, - заявил он, - такой вопрос есть, и крайне важный. Прошу разрешения на несколько минут, чтобы обсудить его неофициально.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
