Читаем без скачивания Овернские влюбленные - Шарль Эксбрайа

- Святая невинность! Разве не по вашей милости отец оказался в столь жалкой роли?

- Какой еще роли?

- Обыкновенной - рогоносца.

- Какие гадкие слова, - насмешливо бросила Соня, - напрасно вы слушаете сплетни.

- Тут и без посторонних ясно что к чему.

- Ну-ну!

Мишель подошла к постели.

- Вот тебе и ну! Зарубите себе на носу, мадам. На ваших любовников мне плевать. Раз отцу нравится, когда его топчут ногами, то это его личное дело! Но Франсуа вам лучше бы не трогать!

- Франсуа?

- Да-да, того самого Франсуа, с которым вы встречались ночью!

- Хотите сказать, что это он меня ударил?

- Вы же отлично знаете, что не он!

- Тогда... это вы?

- Будь это я, вы бы так легко не отделались.

Соня расхохоталась.

- Приятно видеть, моя крошка, как ревность делает из вас настоящую женщину... безоружную, правда.

- Ничего, у меня есть то, чего больше нет у вас: молодость!

Соня пожала плечами.

- Это быстро проходит.

- Да, в этом нетрудно убедиться, глядя на вас!

Мадам Парнак улыбнулась.

- Неплохо... Но успокойтесь, крошка, я вовсе не желаю зла вашему Франсуа...

- Вот это и настораживает!

- Можете думать все что угодно, Мишель, но я еще не в том возрасте, чтобы связываться с сосунками.

- Поэтому-то он все время и крутится вокруг вас.

- По-вашему, я уж и понравиться не могу?

- Конечно-конечно, Франсуа настолько вам безразличен, что вы, замужняя женщина, назначаете ему ночью свидание!

- Причем здесь свидание? Он сказал, что должен сообщить мне что-то очень важное!

- Какой все-таки дурак!

- Это верно, вы составите неплохую пару... если, конечно, не станет возражать третий, ваш отец.

- Как-нибудь разберемся, только не мутите воду!

- Мне-то зачем?.. Но вы забыли одну вещь, Мишель, - Франсуа не любит вас.

- Главное, чтоб вы не лезли, а это уже мое дело! - закончила Мишель и вышла из комнаты мачехи. В холле она наткнулась на Франсуа Лепито.

- Ах, и вы здесь! - воскликнула Мишель, даже не дав ему времени поздороваться. - Какого черта вас сюда занесло?

- Но... я хотел узнать, как себя чувствует мадам Парнак...

- И вам не стыдно?

- Стыдно? - изумился Лепито.

- Какой наглец! Только отец в кабинет, а этот уже шасть к его жене? возмущалась Мишель. - Что вам здесь нужно в конце-то концов? Ну?

- Ничего, обычный долг вежливости. Повторяю, я хотел узнать о ее здоровье.

- Так я вам и поверила! Долг вежливости!.. Вам-то что за дело до здоровья моей мачехи?

- По-моему...

- Молчали б лучше! Одно у вас на уме, развратник! А может, вас, как всякого убийцу, тянет на место преступления?

- Ну что вы несете? Совсем рехнулись? - слабо отбивался Лепито.

- Во-первых, попрошу вас разговаривать со мной вежливо! А во-вторых, нечего из меня дуру делать!

- Совершенно не понимаю, в чем...

- Вы что же, воображаете, будто ваше ночное свидание с мачехой для меня тайна? Это вы ее стукнули?

- Нет-нет, клянусь вам, это не я!

- Жаль! Это единственное, что я охотно простила бы вам! А теперь убирайтесь!

В это время нотариус вышел из своего кабинета и, увидев, что молодой клерк разговаривает с его дочерью, спросил:

- Вы хотели меня видеть, Франсуа?

- Пальцем в небо! - фыркнула Мишель.

- Я... я пришел... вернее, я хотел... узнать, как себя чувствует мадам Парнак.

- Очень мило с вашей стороны, Франсуа.

- Просто нет слов, как мило! - сквозь зубы пробормотала девушка.

Мэтр Альбер рассердился.

- В конце концов это просто невыносимо, Мишель! Какая муха тебя сегодня укусила? Твои замечания нелепы и неуместны.

- Нелепы и неуместны, да?

- Вот именно!

- Что ж, разбирайтесь сами! Почему б тогда не отвести его к Соне? Пусть убедится, что твоя супруга жива.

- Очень хорошо! Как раз это я и собираюсь сделать. Вы идете, Франсуа?

Мишель испустила вопль, похожий на крик бешеного слона, готового вонзить бивни в соперника.

- О-о-о! Полтора идиота!

И, повернувшись на каблуках, она выбежала в сад. Мэтр Парнак покачал головой и повел клерка в комнату жены.

- С моей дочерью что-то неладное. По-моему, она ревнует.

Франсуа показалось, что у него остановилось сердце.

- Ревнует? - прошептал он, побледнев.

- Да, Мишель, наверное, считает, что я люблю ее меньше, чем раньше. Глупенькая! Разве можно сравнивать любовь к жене и любовь к дочери!

Если Соня и удивилась, увидев Франсуа, то никак не выдала своего недоумения.

Эдмон Шаллан и Ансельм Лакоссад разрабатывали план действий на завтрашний день. Неожиданно дежурный сообщил, что с комиссаром хотел бы поговорить мэтр Парнак.

Нотариус снисходительно поздоровался, как и подобало богатому буржуа в разговоре с полицейским.

- Господин комиссар, я позволил себе побеспокоить вас, чтобы просить, не щадя сил, искать виновника покушения, которое едва не стоило жизни моей жене.

- Поверьте, мэтр, мы делаем все возможное, но у нас слишком мало исходного материала. Мадам Парнак не сообщила вам никаких подробностей?

- Нет. Жена ничего не помнит. Она вышла в сад, надеясь облегчить тяжелый приступ мигрени, и неожиданно получила страшный удар по голове и сразу потеряла сознание.

- Крайне скупая информация, мэтр. Согласитесь, что нам будет довольно трудно добиться результата... Я лично считаю, что виновен какой-нибудь бродяга, задумавший ограбить домик мсье Дезире, после того как узнал, что хозяин умер и там никого нет... Внезапно встретив мадам Парнак, он ударил ее исключительно из чувства самозащиты... Впрочем, мог быть и другой вариант...

- Да? Какой же?

- Допустим... кто-то и в самом деле хотел убить вашу жену.

- В конце-то концов, ну кто ж это может так ненавидеть Соню, чтобы желать ей смерти?

- Пока я не могу ответить на этот вопрос, мэтр, и вы сами понимаете почему. У вас есть враги?

- Насколько мне известно - нет. Завистники наверняка есть, но вряд ли кому-то из них может прийти в голову убить мою жену.

- Позвольте задать вам несколько нескромных вопросов, мэтр. Уж простите, но это необходимо.

- Прошу вас. Мне нечего скрывать. Жизнь Альбера Парнака прозрачна как горный хрусталь.

- Вы богаты, мэтр?

- И впрямь странный вопрос, но я все же отвечу. Да, я богат, особенно теперь, когда получаю наследство брата - его состояние гораздо значительнее моего.

- Вы уже составили завещание?

- Разумеется. Оно лежит у мэтра Вальпеля.

- Не согласились бы вы сообщить мне его содержание? Обещаю хранить профессиональную тайну.

- Право же, не вижу никаких причин напускать туману. Все мое состояние в равных долях переходит жене и дочери, а после смерти одной из них все получит другая. Но откуда такой интерес к моему имуществу и наследникам?

- По правде говоря, еще не могу сказать точно, почему это нас заинтересовало. Мы бредем на ощупь и, как слепые, то и дело останавливаемся, ожидая, пока кто-нибудь подскажет дорогу.

- В таком случае будем надеяться, что сострадательный прохожий скоро появится... Мне было бы весьма жаль, господин комиссар, если бы пришлось просить ваше начальство несколько оживить ход расследования. До свидания, господа.

- Будьте осторожны, - бросил вслед нотариусу Шаллан, - особенно по ночам. После того как с вашей женой случилось несчастье, лишние предосторожности не повредят.

- Предосторожности?

- А вдруг тот, кто напал на вашу жену, вздумает приняться за вас?

- Какая ерунда!

Однако в голосе мэтра Альбера не было уверенности. Когда он ушел, комиссар обернулся к Лакоссаду.

- Что вы думаете об этом типе?

- Могу лишь с удовольствием повторить фразу Публия Сира: "Лишь людская алчность сделала из Фортуны богиню".

- Да, кажется, наш нотариус - хорошее тому подтверждение.

Франсуа Лепито возвращался домой в полной растерянности. Ссора с Мишель, а потом свидание с Соней так потрясли молодого человека, что на некоторое время он совершенно утратил способность размышлять. Клерк даже не заметил, что Софи Шерминьяк поджидает его у порога, и обратил на нее внимание, лишь когда не в меру страстная вдова крепко схватила его за руку и втянула к себе в комнату. Франсуа почувствовал себя так же, как, видимо, чувствует себя рыба в щупальцах осьминога. Софи усадила его на стул, заставила проглотить стаканчик "Аркебюза", от которого молодой человек мучительно закашлялся, и, пока он переводил дух, бросилась в атаку.

- Ну, Франсуа, пора с этим кончать!

Тот ошарашенно уставился на вдову.

- Кончать? С кем?

- Как это с кем? Со всеми, кто решил вас извести: с полицейскими, конечно, но прежде всего с этой бесстыжей распутницей.

- Мадам Шерминьяк! - округлив глаза, выдохнул Франсуа.

- Ни слова больше! Я знаю все! Мадам Парнак заманивает вас в сети. Но я этого не допущу! Она еще не знает Софи Шерминьяк!

- О чем? Я ни слова не понимаю...

- О, я знаю, у вас душа дворянина и вы не можете обвинить женщину! Но вы не должны угодить в ее ловушку. Тем более что любите другую и любимы ею!