— Подожди, но не ты ли говорил, что нам сюда срочно надо?
— Я как-то подумал, что всё нормальные люди вот так вместе приезжают в магазин.
Лёля хихикнула. Морщинка на лбу разгладилась.
— Мы с тобой сейчас такие смешные, Шур. Правда! Давай список что ли придумаем. Что нам надо? Хлеб? Молоко? Крупа? Ты на завтрак что будешь? Кашу или сырники?
— Я тебя буду. И потом кофе, — он сгреб её в объятия.
— Шурка, ты ж вроде серьёзный человек, доктор наук целый, — выговаривала ему Лёля, попутно подставляя губы для поцелуев.
— Вспомнил. Ты любишь, чтобы был план. Лааадно. На завтрак овсянка, тосты, масло, варенье. Чего у нас нет?
— Масла. Остальное есть.
— И варенье?
— Угу. Земляничное. Даша привезла.
— Даша — это которая Дашута?
— Да. Она. И они жаждут с тобой знакомиться.
— Они? Их много? Хорошо. Буду знакомиться, — легко согласился Кузьмин.
Он сейчас перезнакомился бы хоть со всеми её родными. Лишь бы она продолжала вот так по-девичьи улыбаться и позволяла себя целовать.
— Не отвлекай меня. Что дальше? Ты где обедаешь? — Александр сделал строгое лицо. Лёля опять хихикнула.
— В столовой. Если успею.
— Блин, такая же фигня. Значит на обед ничего не берём. Переходим к ужину. Рыба? Мясо? Курица? Овощи?
— Мясо. И овощи, — решительно записала в список Лёля.
— Добавь шоколад, вафли, сгущёнку и печенье.
— Это всё кому?
— Это на работу тебе и мне.
— А если я не влезу в юбку после этого? Разве это полезная еда, доктор?
Рядом с ними притормозила тележку женщина. Делала вид, что разглядывает банки с рыбным консервами, а на самом деле "грела уши". На фразе про доктора сделав два шага в их сторону.
— Давай серьёзно. Про юбку. Мне без юбки нравится больше. И без кофты.
Слушательница явно засмущалась и отодвинулась. Но не ушла.
— На сгущёнку у меня вообще отдельные планы, — продолжал глумиться Кузьмин, поглядывая на тётку боковым зрением.
Лёля не сразу поняла, что тот откровенно хулиганит. Но теперь с трудом сдерживалась, чтобы не захохотать в голос.
— Так вот сгущёнку, если без одежды, использовать куда удобнее. И шоколад. Особенно если растопить, а потом капать им. Так мееедленно.
Лёля уже давилась смехом. Тётка стала задним ходом отползать от них и спустя несколько секунд скрылась из виду.
— Шурка, ты хулиган! Загнал меня в краску!
— Тебе стыдно перед кем-то?
— Мне странно, что мне совсем не стыдно перед кем-то. Но если мы сейчас же не пойдём на кассу и не окажемся одни, я за себя не ручаюсь!
— Ого! Так вот, как это работает! Тогда бежим! По дороге берём все по списку.
Они закинули в тележку всё, о чем договаривались, на крейсерской скорости. Выскочили из магазина. Почти бегом добрались до машины. В бессознательном состоянии Кузьмин дорулил до Лёлиного дома, припарковался, и они взлетели на третий этаж. Пакеты были забыты в коридоре. Этим двоим не понадобилась сгущенка.
Уже ближе к ночи Лёля сообразила, что тетради сами себя не проверят. Выползла из-под тяжёлой мужской руки. Села на кухне. Включила лампу. Попыталась сосредоточиться.
Её привычная жизнь летела в огромную пропасть с большой высоты. Было жутко и радостно одновременно.
Большим усилием воли она взяла себя в руки. Налила огромную чашку чая. Открыла детские работы. Взяла ручку. Надела очки.
Александр очнулся несколькими минутами позже от звука входящего сообщения. Семченко советовался по вновь поступившему пациенту. Ответил интерну. Убедился, что дело не срочное и не требует его немедленного вмешательства.
Вышел в коридор. Тихо встал возле кухонной двери. Любовался. И боялся спугнуть накатившее ощущение, что он наконец дома.
Глава 33
Говоря Кузьмину о том, что с ним хотят познакомится её подруги, Лёля думала о другой стороне этой медали.
Рано или поздно ей придётся увидеться с его семьёй. Мама и отец — ещё пол беды. Дочь будет у неё учиться. И тут мух от котлет нужно будет отделять всем. И ей, и Кате. А ещё двадцати девяти её новым одноклассникам. И всем коллегам. Вот задачка то. С бесконечным пока количеством переменных.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Можно было бы конечно "подумать об этом завтра". Но Склодовская была из тех, кто предпочитает иметь план. И план "Б" на случай провала первого плана.
Вот про то, как она будет рассказывать матери о своём новом мужчине, она даже думать не могла. Тут только Господь всемогущий мог управить. Ну, или стоило сначала поговорить с папой. Тот дочь всегда выслушивал. И даже если не соглашался, всегда поддерживал и прикрывал.
Кире удалось застать Склодовскую в кабинете одну рано утром.
— Лёлик, пока не набежали бандерлоги, колись, что за шикарный мужик? Я изнемогаю от любопытства. Но Дашута грозилась мне карами небесным, если я тебя побеспокою.
— Это заведующий кардиологией из больницы. Зовут Александр. Доктор наук, между прочим.
— Ого! Аааа, слушай, теперь дошло, где я его видела!
— А ты его уже где-то видела?
— Не ревнуй. Я ж к тебе приезжала. В коридоре там и заметила. В голову не пришло, что такой молодой доктор может быть заведующим.
— Ему тридцать семь, — выдала Склодовская и густо покраснела.
— Судя по твоему румянцу, ощущает он себя сейчас на семнадцать. Максимум на двадцать семь.
— Кирка, прекрати!
— Дурочка, — Виртанен обняла подругу, — Ты такая счастливая, что светом от счастья можно Москву ночью освещать. Кому, как не тебе такого мужчину? Может у него друзья водятся? И вообще, привози его на дачу что ли. Пообщаемся. Не забздит?
— Не думаю. Сказал, что готов знакомиться со всеми.
— Ух ты! Ещё и смелый. Уже уважаю.
В класс стали по одному заходить дети. Разговор пришлось свернуть.
Идея с дачей Лёле понравилась. Осталось обсудить её с Кузьминым. За подруг она не переживала. А вот Федя может быть резок.
Лёля вспомнила, как Вашкин спустил с лестницы её бывшего мужа. С треском. И вещи его метнул следом. Попал. Прямо в голову матерящемуся Паше.
Кузьмин был примерно одних габаритов с Дашиным мужем. Лёлин бывший по всем параметрам проигрывал обоим.
Сейчас она сама себе удивлялась. Что она тогда, десять лет назад, нашла в Павле Еськине? Она же даже фамилию его не взяла. В голову тут же полезла мысль, а стала бы она Кузьминой.
Глупо невероятно. Это только десятиклассницы на последней странице своих тетрадей пробуют, как их имя и отчество смотрится рядом с фамилией любимого мальчика.
Но мозг уже сложил пазл. Ольга Владимировна Кузьмина. Жалко ли было знаменитую фамилию? Вообще не подумала.
Глава 34
Кузьмин завис с телефоном в руке. Четыре пропущенных звонка от матери — это может иметь серьёзные последствия. Проще говоря, она съест ему мозг чайной ложкой.
Интересно, а Лёля умеет доводить до белого каления одними только намёками и вкрадчивыми интонациями? Она, кажется, и не намекает никогда. Лепит в лоб то, что думает. А если вслух не произносит, то у неё вся правда на лице написана.
Вчера она была явно расстроена. Может и не рассказала бы. Но стоило обнять, прижать к себе, как расслабилась, смягчилась. Потом долго и горячо рассказывала, как обидно бывает, когда доверяешь. А тебя обманывают.
Она поручила пятиклассникам донести стопку тетрадей до кабинета. Те посмотрели оценки друг друга и смеялись над теми, у кого оценка так себе. Рассказывала и винила себя, что не предусмотрела такого. И раньше ведь подобное не случалось. Переживала.
Она за каждого из своих учеников волновалась, как за собственного ребёнка. Значит так будет и с Катей. Просто потому, что его дочь будет учиться у Ольги Владимировны.
Мысли вернулись к матери. Откладывать разговор не стоило. Да и Кузьмин был не из тех, кто бегает от проблем. Он два раза шумно вдохнул и выдохнул. И набрал номер.
— Привет, мам. Звонила? — конечно же известно, что она ему звонила и не единожды, но надо как-то начать.
