Читаем без скачивания Нашествие - Александр Воробьев

– Да, ребята, людей нам тут не найти. – Нахалов ступал сторожко, поводя стволом вслед за взглядом. Игорь же, не чувствуя опасности, шел, держа автомат стволом вниз.

– И зачем нам местные?

– Как зачем? Тебе охота ноги ломать? Взяли бы аборигена за горло, он бы нас к ветке и вывел.

– Резонно, но как ты заметил, аборигены смылись, будем искать сами.

Они прошли метров сто, когда наткнулись на ведущие к северу от станции пути. Игорь подошел поближе и склонился, разглядывая полотно дороги. Судя по ржавчине, как минимум в этом году ими не пользовались, но рельсы находились в относительно сносном состоянии и состав бы выдержали. Вот только один вопрос – а куда собственно ведут эти пути? Впрочем, это уже не их проблемы. По крайней мере выяснилось, что эта ветка соединяется с основной железной дорогой менее чем в сотне метров от начала завала. А уж проложить сто метров объездного пути не так и сложно, ремпоезду вполне по силам уложиться до рассвета. Правда вкалывать придется всем, но вкалывать куда как лучше, чем быть замеченными и уничтоженными.

Щепелин, передал данные разведки дальше по команде, выслушал ответ и поманил Игоря к себе.

– Молодчина, это именно та ветка.

– Но как же резервная зона развертывания?

– Никак. Абликов принял решение уйти подальше от Питера и расположиться где-нибудь в укромном месте. Резервное базирование, хех – Старлей горько усмехнулся. – Проснись парень, нет больше армии, нет государства, ничего больше нет. Какое тут к черту место резервного базирования, самим бы выжить. Ладно, хватит болтать, иди работай!

А дальше началась самая настоящая каторга. Разбирать завал они не стали, резонно рассудив, что на это не хватит ни сил не времени. Вместо этого было решено проложить полторы сотни метров временного пути. Расчистить и выровнять полотно, накидать шпал, нанизать на них рельсы. Работа не казалась сложной, но все время подкидывала новые и новые сложности. Сто потов сойдет, пока без привычки сошьешь толстенными костылями рельсу и шпалу, так, чтобы они выдержали хотя бы один поезд.

Закончили за полчаса до рассвета, когда небо на востоке уже начало наливаться багрянцем разрождающегося утра. Поезд, опасно накренясь, прошел по скрипящим, чудом держащимся рельсам и выехал на заброшенную ветку. Вперед пронеслись два БТРа разведки, что неотступно следовали за эшелоном, теперь им требовалось обнаружить подходящее место для нового поселения. Как бы то ни было, а жизнь продолжалась.

Игорь, утомленный тяжелой работой и последствиями контузии, проспал всю дорогу, все три с половиной часа, пока поезд неторопливо катил под жарким весенним солнцем. Ни людей, ни тем более пришельцев за все это время никто не видел. Редкие деревеньки, что поезд миновал за время пути, казались вымершими, а может, так оно и было. Русский люд всегда в случае опасности уходил в леса, возможно и на этот раз…

Как и в прошлый раз, разбудила его остановка поезда. Приехали? Или опять завал? Нет, кажется таки приехали. Поезд остановился на высоком берегу лесного озера, поросшего по берегам корабельными соснами. Лепота. Метрах в полтораста тянулась ухоженная асфальтовая дорога, но воздух был тих и свеж, напоен лесными ароматами. Казалось и нет никакой войны. Хотя, какая это война, скорее побоище.

Прерывая поток горьких мыслей, раздалась команда.

– Разгружаемся!

Работа закипела, горы окрашенных в зеленое ящиков перекочевывали с платформ на прогретый мох соснового леса. Впервые за всю дорогу открылись теплушки и наружу, настороженно озираясь, стали вылезать прижимающие к себе детей женщины. Игорь присвистнул, жен комбатантов оказалось куда как больше, чем он ожидал. Гораздо больше, чем солдат и офицеров разбитой части, на самый первый взгляд не менее восьми-девяти сотен человек. С учетом потерь во время бомбардировок, в военном городке должно было остаться куда как меньше людей. Или командование взяло «на борт» и посторонних гражданских? Вполне может быть, у кого поднимется рука оставить на смерть девушку с крошечным младенчиком? А ведь есть еще БТРы, отправленные в город за семьями офицеров, еще сотня человек. И почему остановились здесь, в лесу? Неужели прикажут рыть землянки?

Нет, не землянки. К толпившимся возле ящиков солдатам вышел сам Абликов, в сопровождении трех офицеров. Остановился, заложив руки за спину. Высокий, полный, крепкий мужчина, несущий на плечах заботу о них,

– За лесом, в километре отсюда, поселок. Мы остановимся там, свободных домов хватает. Всё солдаты, располагаемся на новом месте. Здесь теперь будет наш дом, а свой дом требуется обустроить. Сейчас вас накормят, а после этого мы будем перебрасывать вещи в поселок.

Накормить сразу не удалось, обещанной еды пришлось прождать несколько часов, пока сумели наладить снабжение, распределяя небогатые запасы между спасшимися. Но и после этого нормально поесть ему не дали. В район арсенала отправляли колону из пяти грузовиков и он, как еще не вполне оправившийся от контузии, а потому не вполне пригодный для тяжелой работы, был прикомандирован к личному составу колонны. Белкина отправили вместе с ним.

Колонна состояла из пяти разномастных грузовиков, наспех реквизированных в соседнем совхозе, или подобранных брошенными на проходящем рядом шоссе. Три ЗИЛа, один КАМАЗ и даже приспособленный к перевозке бревен КРАЗ, на который сейчас в спешном порядке устанавливали некое подобие кузова.

Отправку назначили на девять часов утра, рассчитывая, что на место они прибудут в аккурат к полудню. Сонного вида, пожилой, чернявый прапорщик, рассортировал личный состав по двум первым в колонне машинам. Пятнадцать человек охраны, пять водителей и он сам, колонна вышла слишком маленькая, чтобы привезти все необходимые для обустройства вещи, но реальность диктовала свои условия, больше машин пока найти не удалось.

Игорь, дожевывая на ходу запрыгнул в кузов второй машины. Оттащив в свой угол пару пустых мешков, он улегся на это импровизированное ложе и уснул даже прежде, чем машины тронулись в путь. Контузия брала свое, и его постоянно тянуло в сон.

Проснулся Игорь от негромкой музыки, что играла совсем рядом. Магнитофон, у одного из солдат с собой оказался магнитофон и пара кассет. Грубейшее нарушение маскировки, но старший конвоя, прапорщик, спал в передней машине, а люди настолько отвыкли за последние три дня от музыки, что простенькая мелодия «Любэ» казалась им слаще, чем концерт Бетховена для заядлого меломана. Хотя, Игорь тут же понял, что чуть не сморозил глупость, музыка никак не могла быть громче автомобильных моторов. Один из лежащих солдат, судя по эмблеме контрактник, приподнялся на локте и спросил у владельца магнитофона.

– Слышь друг, а запасные батарейки у тебя имеются?

Тот развел руками.

– Вот чего нет, того нет, но эти еще пару часов протянут. Я думаю в городе что-нибудь раздобыть.

Стрелки часов показывали пять часов вечера. Чем ближе к городу они подъезжали, тем больше становилось вокруг следов разрушений. Впрочем, людей наоборот встречалось все меньше и меньше. Толпы беженцев уходили из города. Игорь содрогнулся от пронзившей сознание ассоциации, все так походило на лето сорок первого года. В фильмах про войну, да, точно, он вспомнил, где видел такие выражения лиц у людей. Тупая усталость и страх. Завидев пять грузовиков с солдатами в кузове, люди приободрились, но видя, как мало пассажиров в этих грузовиках улыбки их блекли вновь.

Сергей толкнул его в бок.

– А интересно, почему почти нет встречных машин?

Игорь сдвинул кепку на затылок.

– Гаражи обычно далеко от дома, в таком хаосе до них черта с два доберешься, да и пробки я думаю были немаленькие на улицах, завалы опять же.

– Хм, а как же мы то до складов доберемся?

– Хороший вопрос, ты его товарищу прапорщику задай, у него погоны больше.

Передняя машина резко затормозила, вынудив остановиться и остальных. Игорь высунулся из за борта, на всякий случай пододвинув поближе пулемет. Опасности не наблюдалось, головную машину остановил вышедший на проезжую часть незнакомый офицер в порванном с правого боку камуфляже.

– Куда прете, вашу мать, жить надоело?!

Из кабины высунулся заспанный прапорщик.

– Чего случилось то, товарищ капитан?

Офицер подошел поближе.

– На машинах в город не пробраться, эти летающие хреновины вернулись и патрулируют улицы. Их немного, у пешего есть шанс проскочить незамеченными, но машины они отстреливают на ура.

Прапорщик выругался столь замысловато, что Игорь невольно почувствовал уважение к этому немолодому уже человеку. Капитан удивленно приподнял бровь, оценив мастерство.

– Ну ты выдал, прапорщик. Вы из какой части будете?

– Арсенал ГРАУ, точнее его остатки.

– Это тот что на Блюхера? Бывал у вас. Где дислоцированы сейчас?

Прапорщик нахмурился.