— Но она…
— Фреми… ты же не собираешься воскрешать Маджина, да?
Фреми кивнула.
— У тебя есть особая причина, чтобы сразиться с возрожденным Маджином.
— Так и есть.
Адлет взглянул в сторону Нашетании и раскинул руки.
— Понимаешь, Нашетания? Она точно убийца Шести Цветов. Но обстоятельства изменились.
— И ты в это веришь?
— Я верю ей. И я понимаю: ее желание убить Маджина истинно. Пусть раньше она и была врагом, но теперь она точно союзник.
— Но…
— Если ты хочешь сражаться дальше, то я буду на стороне Фреми.
Нашетания обдумывала ситуацию мгновение. Пока она это делала, Голдоф сказал:
— Осмелюсь спросить, Принцесса, но можно ли доверять Адлету?
— Ты атаковал меня не так давно. Так в чем дело?
— Я защищаю принцессу. Все, представляющие угрозу ее жизни, враги.
— Понятно. Но можешь сейчас попросить Нашетанию убрать мечи?
— Адлет, называй ее Принцессой! — сказал Голдов, вспылив.
— Сражение между вами ничему не поможет. Я понимаю Адлета-сана. Раз ты настаиваешь, придется уступить. Голдоф, поступим так, как хочет Адлет, — решила Нашетания, убирая меч.
Неспешно Голдоф опустил оружие. Адлет с облегчением выдохнул.
— Но… пожалуйста, будь осторожен, — продолжила Нашетания. — Ты очень доверчивый.
— Все в порядке. Я же самый сильный человек в мире. Меня не обманешь.
— Все равно мне это не нравится, — ответила Нашетания.
Адлет взглянул на Фреми.
— Твои подозрения, что тебя убьют, должны рассеяться. Опусти оружие.
— Уже, — сказала Фреми, возвращая ружье на место под плащом.
— Фреми-сан. Я скажу тебе это сейчас: хотя я не верю тебе, я верю Адлету-сану.
— Наивная девочка ты, раз доверяешь такому парню.
Хотя Нашетания и Фреми опустили оружие, напряжение из воздуха не исчезло. В то же время Голдоф смотрел на Адлета глазами, полными враждебности.
Ситуация заставлял Адлета нервничать, и теперь он задумывался о том, смогут ли нынешние Герои Шести Цветов сразиться с Маджином.
Часть третьяВчетвером они отправились туда, где их ждала Мора. Когда Фреми согласилась идти с ними, Адлет вернул ее сумки. Они двигались по лесной тропе; Нашетания и Голдоф шли рядом, Адлет — чуть в стороне от них, а Фреми еще дальше, сохраняя большое расстояние между ними и собой. Их места показывали, казалось, и отношения между ними.
— Эй, Фреми.
— Что?
— Я ведь спас тебя. Ты не думаешь, что нужно сказать пару слов благодарности.
— Не вижу причины благодарить тебя.
Адлета передернуло от холода слов Фреми. А затем Нашетания понизила голос, чтобы та не подслушала:
— …Адлет-сан.
— В чем дело? — ответил вопросом Адлет, но она отозвалась холодным взглядом. — Прости, что бросил тебя, но у меня не было другого выхода. Я думал, что будет плохо дать Фреми убежать.
Она продолжала холодно смотреть на него. Адлет поежился.
— Прошло всего полдня. Похоже, мы с тобой все же нашли общий язык.
— Почему ты так говоришь? — Нашетания закрыла ладонью рот. На ее лице была хитры усмешка, но ее взгляд был другим. Ее глаза были полны ярости.
— Какой бы ни была причина, по которой ты ходишь за ней, разве в этой ситуации можно просто сказать «Понятно», и все? Ладно, Фреми довольно красива. Я завидую.
— …Ой!
— Да, да, я знаю. Возможно, все мужчины в мире любят таких девушек, которые заставляют их защищать себя, да?
— Об этом, Нашетания…
— Да, да. Пойду и сделаю что-нибудь. Хмф, — после этих слов, полных сарказма, она отстранилась от Адлета.
— …Ты правда принцесса?
— Меня часто об этом спрашивают, но так и есть, — Нашетания оглянулась.
«Да что с ней такое?»
В воздухе между ними повисло напряжение. Фреми старательно игнорировала всех, а Голдоф смотрел, как Адлет говорит с Нашетанией, с мрачным видом. Адлет надеялся, что тот не будет с таким видом всю дорогу до места, где их ждет Мора, потому что это мрачное настроение уже переходило и к нему.
«Почему Голдоф вообще уставился на меня?» — Адлет приблизился к нему и попытался заговорить с ним.
— Со всеми проблемами мы даже не познакомились нормально, но, надеюсь, мы сработаемся. Я — самый сильный человек в мире, Адлет Майа.
— Ах, — тон Голдофа был полон злости.
— Убийца Шести Цветов, Фреми. Ты на нее охотишься, да?
— Так и есть.
— Я понимаю, что тебе не нравится эта ситуация, но забудь об этом сейчас. Пойми и прими обстоятельства.
— О чем ты? Я только следую приказам Принцессы.
«Странный».
Похоже, злился он не из-за Фреми.
«Тогда почему он ненавидит меня?»
— Я сделал что-то плохое на турнире? Я ранил твоего наставника? Я должен за что-то извиниться?
— Нет, тебе не нужно извиняться.
Его предположения не подтвердились.
«Тогда в чем проблема?»
Пока он думал об этом, Голдоф сам заговорил с ним шепотом, чтобы не услышала Нашетания.
— …Адлет. Как ты смог победить принцессу?
Все встало на свои места, когда Адлет услышал эти слова. Он оглянулся и перевел взгляд с Нашетании на Голдофа, сравнивая их лица.
— Что? Ты беспокоишься, что мы подружились?
— Бе…беспокоюсь? Нет…
— Остынь. Это не то, о чем ты подумал. Будешь беспокоиться о таких вещах, она поднимет тебя на смех.
— …Ух, что ты говоришь? Не будь глупцом.
Он был простым. И ему не нравилось лишь то, что Адлет и Нашетания стали друзьями. Хотя по внешности Голдофа сказать можно было одно — ему было около шестнадцати. Он оставался внутри ребенком.
— Старайся изо всех сил защитить принцессу. Она многое рассказывала, но она, похоже, доверяет тебе. Только ты можешь ее защитить, — сказал Адлет.
— Точно, только я могу.
Хотя Адлет сказал это как лестный комплимент, выражение лица Голдофа позволяло понять, что он уже не такой недовольный. С ним было легко управляться. И этим он отличался очень сильно от Нашетании и Фреми.
— …Но враг не придет, — пробормотал Голдоф.
«Вот это правильно» — подумал Адлет.
Все было слишком мирным.
«Почему мы говорим о таком бреде, если мы так близко к территории Воющих Демонов, где живут Кьема?» От этих мыслей все начинало казаться более угрожающим.
В этот момент Фреми, что шла в полной тишине, сказала:
— Любопытно.
Они втроем повернулись к ней, а она смотрела на небо позади себя.
— Какое-то время позади нас кружили летающие Кьема.
Адлет выхватил из кармана бинокль и посмотрел в указанном направлении. Действительно, несколько птицеподобных существ кружили на горизонте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
