Денис в бассейн так и не полез. Посмотрел, как Маргоша, тут же забыв про него, стала догонять Оксану, обрызгав с ног до головы всех вокруг, и пошел купить пива, чтобы отвлечься от горьких и неспокойных мыслей. «Срок!..» Да мало ли о чем она могла говорить… У нее такие дела в бизнесе… Может кого-то на счетчик поставили, или налоговая дала какой-то срок, может, еще что… На воре шапка горит… Как будто весь свет только тем и занят, что в животе у одной девушки растет его, Дениса, ребенок!
Денис выпил, не отрываясь, одну бутылку пива и сразу же купил вторую. Главное, не загонять самого себя в тупик. Не спросила Оксана, где он был, и ладно. Самому ему вчерашняя встреча с Лорой казалась чем-то нереальным, какой-то глупостью. Ну, он чего-то наболтал, маловразумительного, она послушала… Вот зачем только он деньги дал… Не приняла же она это всерьез? Ну то есть… Он-то говорил серьезно, проблема есть, да еще какая… Но поняла ли она, что убивать никого не надо? То есть вообще, кто заикался об убийстве и о чем-то плохом? Кто его знает, как она поняла… Просто пообщалась бы с Аленой, как женщина с женщиной… Убедила бы… Хотя в чем теперь убеждать? И вообще, он так плохо вчера соображал, после трехчасового мотания по жаре, после нескольких бутылок пива, да еще это вино, сломавшее его вконец… Он и сегодня никак не мог собрать мысли хотя бы в одно место в голове. С одной стороны ему – «трень!», с другой – «брень!». Только на одной мысли вроде сосредоточится, другая, противоположная, ее тут же выгонит…
Денис допил вторую бутылку пива и решил, что надо сегодня позвонить Лоре и как-то объяснить, что…
Что точно надо объяснить, он еще не решил, но ему вдруг стало как-то не по себе. А если она вправду киллер? Он ведь об этом и просил Женьку… Задание… Не зря же она все приставала к нему – «сформулировать задание»? Это, что, получается, он «заказал»… Да нет! Ничего он не заказывал. Он же просто – сказал. Мы же часто говорим: «Ох, не буду больше пить никогда!» или: «Чтоб ты сдох!» К примеру… Вот и он сказал, что этот ребенок не должен родиться.
Его ребенок. Его собственный ребенок.
Денис почувствовал, что ему вдруг стало тошно, плохо, заныло сердце, повисла перед глазами паутина с блестящими точками… У него так уже бывало, раза два за последний год. Сейчас сильнее застучит сердце, пересох-нет рот, на голову как будто наденут горячий темный колпак, и он на несколько секунд перестанет видеть и слышать… А потом все пройдет… Надо позвонить ей, этой Лоре… Что еще за Лора?… Зачем…
– Я просила тебя не пить столько, да еще с утра! – зазвенел над головой голос Оксаны, которая решила, что он уснул.
– Мне… плохо, Оксан… – еле ворочая языком, пробормотал Денис.
– А мне – хорошо, наверно! Если бы ты знал, как мне хорошо сейчас. – Жена пихнула его в плечо. – Вставай давай, позорище! Ты что пить-то так стал, а? Еще этого мне не хватало!
– Да я… нет… – Денис с трудом встал, стараясь не шататься. – Мне правда нехорошо стало.
– Да? – Жена быстро взглянула на него. – Ну, пойдем в номер. Жарища невозможная. Маргоша! – обернулась она к дочке, которая молча стояла чуть поодаль. – Догоняй!
* * *
Алена уснула поздно. Ей снилось, что звонит мобильный, и она все никак не могла его во сне найти. Пошла в темную прихожую, а ее маленькая прихожая вдруг оказалась огромной, с несколькими закрытыми дверями. За одной из них горел свет, и Алена все хотела туда дойти, но сколько бы ни шла, дверь никак не приближалась… Пока наконец не проснулась и не услышала, что звонит обычный городской телефон. Алена нащупала в темноте трубку.
– Алё…
В трубке молчали, но было слышно, что на другом конце провода кто-то есть и дышит. Алена зажгла свет над диваном и взглянула на определитель. Номер не определился.
– Денис, это ты? – тихо спросила Алена, тут же почувствовав, что это не он.
В трубке все так же громко дышали. Что-то стукнуло в коридоре. Алена прислушалась. Стук повторился. Похоже, стучали во входную дверь. Девушка положила трубку на место и подошла к двери. Не сразу, но заставила себя посмотреть в глазок. Конечно, никого не увидела. Кто-то встал так, чтобы его не было видно, и постучал еще раз. Алена набралась смелости и громко спросила:
– Да? Кто там? Дядя Гриш, если вы, денег не дам.
Ей никто не ответил, но она явственно различила шорох и с ужасом увидела, как на входную ручку кто-то давит с той стороны.
– Ну хорошо…
Алена решила открыть, чтобы побороть собственный ужас. Повернула один замок, помедлила секунду… И быстро заперла дверь на все замки, накинула цепочку и отошла.
Она легла в постель и прислушалась. Стук не повторился, но шагов она тоже не слышала. Значит, кто-то так и стоит там, за ее дверью…
Через некоторое время в подъезде хлопнула входная дверь, и вскоре отъехала машина.
Алена потушила было свет, но сон ушел окончательно. Снова включила бра над диваном, взяла книгу, попробовала читать. Она почувствовала, как по щекам текут слезы, стекая в уши. Алена вспомнила, как однажды насмешила этим Дениса. Он смеялся и вытирал ей рукой слезы… проводил пальцем по бровям, по носу и говорил… говорил… всякие нежные глупости, которые почему-то казались ей обещаниями.
– Ты родишь мне мальчика, и это свяжет нас на всю жизнь… И ты никуда уже не убежишь от меня на своих красивых ножках…
– А если девочку?
– Если девочку… То тебе придется рожать еще и мальчика, и это свяжет нас на всю оставшуюся жизнь, и ты никуда не убежишь от меня…
* * *
Оксана несколько раз пыталась привлечь внимание Дениса, но он сидел отсутствующий, катал шарики из серого и белого хлеба и складывал из них орнамент. Два белых, серый, три белых, серый сверху…
– Деня, ты хорошо себя чувствуешь? – не выдержала Оксана.
Денис ответил быстро, не поднимая глаз.
– Не так хорошо, как ты, но тоже ничего.
Оксана терпеливо продолжила, стараясь, чтобы не прорвалось раздражение:
– А что ты не ешь ничего?
– Худею. – Денис наконец взглянул ей в глаза, налил себе вина и подмигнул Маргоше. – Очищаюсь телом и душой. – Он поднял бокал над головой. – За здоровье… потомков! Присоединяйся, мамочка!
Оксана покачала головой:
– Я лучше вечером… Давай сегодня куда-нибудь на концерт съездим?
Маргоша, до этого молча наблюдавшая за родителями, отправляя в рот кусочки хлеба, тут же энергично подхватила:
– Давайте! Ура! Пап!..
Денис допил вино и тут же подлил себе еще.
– Я сам вам концерт покажу, хотите? Прямо сейчас… – И неожиданно запел, достаточно громко: – Илларион, Илларион, уехал в Сион, Илларион, Илларион…
Оксана, внимательно посмотрев на него, проговорила:
