Фрекен Бок рассвирепела и влепила неуд. Валерии жутко захотелось что-нибудь взорвать — например, указку в её руках. Но она всё же сдержалась, приняв во внимание почтенный возраст Катаржины. Пришлось применять приём Тоцкого — представила у себя в руке ледяную глыбу.
Катаржина, пожалуй, была единственной проблемной представительницей профессорского состава, если, конечно, не считать самого проблемного — Тоцкого. Отношения с ним пока оставались очень сложными. А какими они могли бы быть, учитывая его вредность, самодурство и самомнение?
Не далее как вчера он неожиданно вызвал Валерию в свой кабинет на большой перемене. Чувствовала она, что неспроста. Ох, неспроста. Явно ведь не для того, чтобы похвалить за первые успехи в учёбе. Пока шла по коридору, пыталась вспомнить, где накосячила. Вроде бы ничего в последнее время не взрывала, старшекурсников заиками не делала. Но всё равно заранее подготовилась обороняться. И способ защиты выбрала самый действенный — нападение.
Он встретил её грозным взглядом. Начальство редко бывает привлекательным, но у заразы Тоцкого всё наоборот. Ему шёл этот начальственный вид — такой злющий — просто ух! Глаза горят — сейчас начнёт отчитывать. Но Валерия, разумеется, слово сказать ему не дала — первой пошла в атаку.
— Дьер Ян, студенты используют большую перемену, чтобы повторить материал перед следующей парой. А вы лишили меня такой возможности. Поэтому если я получу неуд, это будет и ваша вина! Это будет наш общий неуд!
Тоцкий, бедолага, от такой наглости впал в ступор. Ещё больше нахмурился, но молчал — видно, переваривал информацию об общем неуде. Когда к нему вернулся дар речи, он решил включить в себе дьявола и, обжигая дьявольским взглядом, начал отбивать атаку.
— Я вас позвал поговорить о другом неуде, — рыкнул он. Выдержал театральную паузу, а потом обличительно добавил: — О том, который вы отработали обманом.
— Это вы о стенде?
— О нём. Мне известно, что вам помогли.
И откуда ему, интересно, известно? Кто сдал? Неужели Бланка? Она единственная из группы, кто отнёсся к Валерии не очень дружелюбно. Единственная, кто не помогал в отработке неуда. Но не хотелось верить, что это настучала она.
— Да, мне помогали друзья. Но я не помню, чтобы вы запрещали дружескую помощь. Сказано было: нельзя пользоваться магией, и всё, — с напором высказалась Валерия. — Чётче надо формулировать задания, — добавила она, чтобы добить. — Умение правильно поставить задачу — очень нужное качество, которое необходимо развивать. Особенно руководящим работникам, — она подарила ему назидательный взгляд.
Тоцкий в очередной раз лишился дара речи. Вызывая студентку на ковёр, видимо, не ожидал, что его же ещё и отчитают. Он сделался адски злым — его глаза метали громы и молнии, от него искрило, будто он был под напряжением, и даже волосы взъерошились сами собой. Нет, в ярости он убийственно неотразим.
— Ступайте, — бросил Тоцкий раздражённо.
Валерия вышла из кабинета, поздравляя себя с сокрушительной победой.
Кстати, о её победах уже начали ходить слухи по всей академии. Чего только не говорили. Ведь известно, что слухи, хоть и имеют под собой почву, но пересказанные из уст в уста, начинают жить своей собственной жизнью.
— …землянка размахнулась и ка-а-а-ак выбросит его чернильницу прямо в окно…
— …нет, это была не чернильница, а стационарный кристалл связи, и она его не выбросила, а взорвала прямо на ректорском столе…
— …а я слышала, что она и стол разнесла в щепки…
Ну вот, примерно такие шепотки раздавались за её спиной.
Но больше всего слухи о похождениях Валерии ударили по репутации Кацпера и Шимона. Их откровенно троллили и высмеивали. И эта парочка жутко обозлилась на Валерию. Она постоянно ловила на себе их косые взгляды.
Очередной учебный день пролетел быстро, но самое интересное было впереди. Сегодня после занятий намечалось грандиозное мероприятие — жеребьёвка для магического турнира. Волнительное предвкушение владело всей группой, да и Валерии передалось. Хотя жеребьёвка не считалась официальным событием турнира, но традиционно студенты воспринимали её как открытие соревнований. Команды-участницы собирались на огромной лужайке неподалёку от здания академии — соперников посмотреть, себя показать, а также вытянуть жребий — под каким номером выступать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Команда под предводительством Тересы, участницей которой Валерия стала, благодаря самоотверженной борьбе с Тоцким, называлась «Ястребы». Почему так воинственно, Валерия не знала. Но ей нравилось. Пусть они первокурсники, но клювы и когти у них есть. У каждой команды была своя форма, и у «Ястребов», разумеется, тоже. Тёмно-синие юбки у девушек и такого же цвета брюки у парней. Белые блузы и белые рубашки. Форму для Валерии Тереса заказала у коменданта, как только её включили в команду. Шили форму второпях, но, к счастью, успели. За час до начала жеребьёвки один из дежурных студентов принёс юбку и блузу прямо в комнату Валерии.
Всё подошло идеально. Они с Тересой синхронно переоделись и вышли в столовую, дожидаться остальных. Парни уже тоже были готовы — сидели, попивали чаёк в ожидании девушек. Валерия поглядела на бойцов своей команды и почувствовала, как её пропитывает командный дух. В одинаковых одеждах, они были каждый по-своему хорош. Марчел, как всегда, неотразим. Филипп — крут, его мощные плечи безжалостно растягивали ткань рубашки. А шоколадный Муачо, которому форма оказалась неожиданно к лицу, загадочный и таинственный. Валерия так пока и не видела Лема — четвёртого парня в группе. Как выяснилось, как раз в день её появления в академии, ему срочно пришлось уехать домой по каким-то делам. Но с дня на день он должен был вернуться.
Бланка не заставила себя долго ждать — тоже вскоре появилась в столовой. Задерживалась только Моника.
— Дорабатывает образ, — с лёгким сарказмом объяснила отсутствие модницы её соседка по комнате.
Не прошло и пяти минут, как раздался спешный цокот каблуков, и в столовою влетела Моника. Тут же стало понятно, в каком именно направлении шла её работа над образом. Доработке подверглась командная форма. И как это Монике удаётся? Вроде бы та же строгая юбка и та же блуза с длинным рукавом, но смотрелись они на Монике обворожительно-соблазнительно.
— Девочки, как думаете, лучше эту синенькую брошку или эту голубенькую приколоть? — Моника по очереди соединила расходящиеся на груди полы блузки сначала одной заколкой, потом другой.
И хоть вопрос адресовался женской половине команды, мужская проявила ещё больший интерес. И только Филипп смутился и опустил взгляд в чай.
— Лучше совсем без, — не упустил случая подшутить Марчел. — Ты прекрасна сама по себе, без прикрас, — послал он ей свою фирменную ловеласкую улыбочку.
А Тереса пристрожилась:
— Надевай обе и идём. А то опоздаем.
Моника решила показать себя прилежной — послушалась приказа старосты и пристроила обе броши. В оправдание прошептала Тересе:
— Понимаешь, там будет он, дьер Анджей, новый член попечительского совета. Помнишь, я рассказывала? Солидный, состоятельный и, главное, холостой. Это мой шанс произвести на него впечатление.
Валерия заметила, как потухли глаза Филиппа, когда до него долетели слова Моники.
Глава 16. Репетиция
Глава 16. Репетиция
На лужайке, где традиционно проходит жеребьёвка, было так пестро, солнечно и шумно, что создавалось впечатление праздника. Для каждой команды дежурные установили стол. На столах — фрукты, конфеты, графины с напитками, что ещё больше усиливало праздничную атмосферу.
Когда Тереса рассаживала свою команду, большинство участников других команд тоже занимали свои места. Валерия с любопытством смотрела на нарядные формы студентов. Почему-то у всех верх был белым — наверно, такая традиция. Зато юбки и брюки радовали яркими красками — бордовые, насыщено-зелёные, оранжевые, канареечно-жёлтые. Казалось бы, жёлтый цвет больше подошёл бы неопытным участникам, но как раз наоборот — одуванчиковый оттенок предпочли старшекурсники. Валерия видела, как Кацпер и Шимон с серьёзными минами на лицах щеголяли в жёлтых штанах. Чувствовалось, что парочка по-прежнему таит злобу на Валерию. Они бросали в её сторону пренебрежительные взгляды.
