Способный молодой человек быстро продвигался по служебной лестнице военно-морского флота ЮАР. Да и в плане личной жизни у него все складывалось вполне удачно: он женился на англичанке Джанет Коггин и получил в качестве свадебного подарка 5 тысяч фунтов и три «ролсс-ройса» в полное распоряжение. Но внутренне он не мог забыть унижений молодости, когда его как сына эмигранта не приняли в сословное общество Южной Африки с его расовыми предрассудками. Просто безбедное существование не удовлетворяло его тщеславия, а желание «показать этим бурам, на что он способен» и ненависть к системе апартеида подтолкнули Герхарда к сотрудничеству с советской разведкой.
Первый шаг был сделан в 1962 г., когда Герхард, находясь в командировке в Лондоне, пришел в советское посольство и потребовал встречи с военным атташе. Именно с этого времени он стал числиться в списках ГРУ как агент Феликс. Вербовка Герхарда явилась большой удачей для ГРУ — ведь он был не только молодым перспективным офицером ВМФ, но и входил в самые высокие военные и правительственные круги ЮАР. Так, среди его друзей числились будущий премьер-министр Питер Бота и командующий ВМФ Бирманн. Поэтому не стоит удивляться, что профессиональной подготовке Герхарда в ГРУ уделялось самое серьезное внимание. За все свое время работы на советскую разведку он пять раз приезжал в Москву, где проходил курсы переподготовки, а связь с ним поддерживалась только путем непосредственных контактов в нейтральных странах. Информация, которую Герхард передавал в Москву, касалась НАТО, британских морских вооружений, включая ракетные, французской ракетной системы «Экзосет» и многого другого.
Во время рождественских каникул 1968 г. Герхард познакомился в Швейцарии с 27-летней Рут Йор, работавшей секретарем у известного швейцарского адвоката. Через год она стала его второй женой, а еще через год Герхард признался ей, что работает на советскую разведку. Подчинившая все свое существование карьере мужа Рут восприняла его признание совершенно спокойно и не стала задаваться вопросами о правильности его выбора. Более того, она начала регулярно выполнять роль связника, передавая собранные мужем материалы его оператору в Швейцарии, куда часто ездила навещать свою мать. Как и Герхард, она дважды бывала в Москве, где ее обучали необходимым навыкам для приема и дешифровки сообщений из Центра. В ГРУ она проходила под псевдонимом Лина.
Ценность Герхарда для ГРУ чрезвычайно возросла после того, как он получил звание коммодора и был назначен заместителем начальника военно-морской базы Саймонстаун по материально-техническому обеспечению. У него в подчинении находилось более 2700 человек, и он отвечал за строительство и боеспособность всего военно-морского флота ЮАР. Благодаря новой должности Герхард получил неограниченный доступ ко всем секретам этой самой большой базы электронного слежения в Южном полушарии. Расположенная на стыке пригородов Кейптауна, Констанция и Муизенберга, она была оснащена самым современным западным оборудованием, позволяющим следить за кораблями и самолетами во всей Южной Атлантике и улавливать и расшифровывать сигналы с советских кораблей, находящихся в районе Владивостока.
Однако в январе 1983 г. Герхарда и его жену Рут арестовали по обвинению в шпионаже в пользу СССР. Причиной их провала стало предательство высокопоставленного сотрудника управления научно-технической разведки ПГУ КГБ В. Ветрова, который по своему служебному положению имел доступ к информации, получаемой от агента ГРУ Феликса. Суд над Герхардом и его женой состоялся в августе 1983 г. и продолжался четыре с половиной месяца. 31 декаюря 1983 г. был вынесен приговор — Дитера Герхарда приговорили к пожизненному тюремному заключению, а Рут Герхард — к 10 годам.
В 1990 г. Рут Герхард досрочно освободили, и она поселилась у матери в Швейцарии. Герхарду тоже повезло благодаря заступничеству Б. Ельцина. После публикации в январе 1992 г. в газете «Известия» статьи журналиста Б. Пиляцкина о нем президент России обратился к де Клерку с просьбой об его досрочном освобождении.[34] Обращение возымело действие, и 27 августа 1992 г. Дитер Герхард вышел на свободу.
Советская военная разведка по-прежнему обращала очень серьезное внимание на Скандинавию. Основным направлением деятельности резидентур ГРУ в скандинавских странах являлась работа по «главному противнику» — США. Но добывали они и «внутреннюю» информацию, касающуюся, например, вопроса об объявлении Балтики зоной, свободной от ядерного оружия, последних достижений в научно-технической области и т. д.
Наиболее известным агентом ГРУ в Скандинавии в это время был швед С. Берглинг, которому мировая пресса посвятила огромное количество публикаций.
Стиг Берглинг родился 1 марта 1937 г. По своему характеру он авантюрист и искатель приключений. Его служебная карьера была замысловатой. Сначала он служил инспектором стокгольмской криминальной полиции, потом с 1968 по 1979 г. офицером ООН на ближнем Востоке, а затем, несмотря на возражения со стороны коллег, его приняли на службу в шведскую полицию безопасности (СЕПО), где он выполнял обязанности офицера связи со штабом обороны.
В 1976 г., когда Берглинг еще находился на Ближнем Востоке, его завербовали сотрудники ГРУ. Они сыграли на его тщеславии, жажде приключений и любви к шикарной жизни. С тех пор он начал делиться с ними секретной информацией. А рассказать ему было что, поскольку и в СЕПО, и в штабе обороны Берглинг имел доступ к документам высшей степени секретности. Например, в 1977 г. он сообщил, что советский военный атташе в Швеции Г. Федосов собирается попросить на Западе политического убежища. В результате Федосова отозвали в Москву, но наказания, как ни странно, он не понес. Вероятно, руководство ГРУ посчитало, что Берглинг несколько преувеличивает, желая обезопасить себя лично от возможности провала.
С Берглингом судьба обошлась так же, как он поступил с Федосовым. Его выдал сотрудник ПГУ КГБ Гордиевский, ставший предателем. В 1977 г. Гордиевскому стало известно, что ГРУ удалось завербовать агента в СЕПО, о чем он незамедлительно поставил в известность своих хозяев из СИС. Англичане немедленно передали эту информацию Государственному управлению полиции Швеции, и его начальник К. Перссон сразу же вылетел в Лондон, чтобы лично допросить Гордиевского. В результате шведская контрразведка вышла на Берглинга, и в марте 1979 г. его арестовали. На допросах он признался, что работал на советскую разведку и в декабре 1979 г. за шпионаж в пользу СССР был приговорен к пожизненному заключению.
Первоначально Берглинг находился в строгой изоляции от других заключенных, но со временем его режим ослабили. Ему даже разрешили заключить брак со шведской гражданкой Элизабет Сандберг и взять ее фамилию и новое имя — Эжен. Дважды — в 1985 и 1987 гг. — Берглинг подавал прошения о помиловании, но всякий раз они отклонялись под давлением СЕПО. Вероятно, именно тогда у него и созрел план побега.
В ночь на 6 октября 1987 г. во время встречи с Элизабет в ее загородном доме в местечке Ринкебю под Стокгольмом, Берглинг обманул охрану и вместе с женой бежал. На двух автомобилях они прибыли в порт Грисслеханн, а оттуда на пароме отправились в Финляндию, в Турку, где вступили в контакт с сотрудниками ГРУ, работавшими под «крышей» советского генерального консульства. Беглецов немедленно переправили в посольство СССР в Хельсинки, где они находились до 10 октября, пока шла подготовка к их нелегальной переброске в Москву. Через советско-финскую границу их перевезли в районе Выборга, причем сам Берглинг ехал в багажнике автомобиля. В Швеции поиски беглецов не увенчались успехом, хотя арендованный Элизабет автомобиль и был обнаружен в окрестностях Хельсинки.
В Москве Берглинг прошел подготовку для выполнения будущих заданий. В качестве тренировки он совершил поездку в Будапешт, откуда вернулся в 1989 г. А в 1990 г. он и его жена с паспортами на имя английских подданных Рональда Чарльза Абая и Сильвии Тин Абай были переброшены в Ливан, где выполняли задания ГРУ.
Однако неожиданно для всех в августе 1994 г. Берглинг добровольно вернулся в Швецию и был вновь помещен в камеру тюрьмы «Халл» для отбытия пожизненного заключения. Причины, толкнувшие его на этот шаг, не известны до сих пор. Его жена Элизабет также вернулась вместе с ним. В отношении нее сразу после побега начали предварительное следствие за содействие побегу. За этой ей грозило наказание в виде двух лет лишения свободы. Но срок давности такого рода преступлений в Швеции 5 лет, и поэтому дело против Э. Сандберг прекратили 1 октября 1992 г. Впрочем, в это время она уже была тяжело больна и в 1994 г. умерла от рака.
Оказавшись в тюрьме, Берглинг вновь начал подавать прошения о помиловании, мотивируя их, в частности, тем, что государства, в пользу которого он шпионил, уже нет на картах мира. Кроме того, у него начала развиваться болезнь Паркинсона. А летом 1996 г. его сосед по госпитальной камере, молодой 22-летний заключенный, нанес ему два удара в голову острым концом вилки. В связи с этим в июле 1996 г. правительство Швеции решило заменить Берглингу пожизненное заключение 23 годами тюрьмы. В декабре 1996 г. Совет по освобождению уголовных заключенных принял решение о досрочном освобождении Берглинга, которое состоялось 17 июля 1997 г.
