— Запирательство бесполезно! — твердо проговорил Инспектор, направляя пистолет в среднюю пуговицу жилета Коко. — Нам всё известно! Где?
Коко нагнулся, с любопытством посмотрел на подвергшуюся угрозе пуговицу и пожал плечами:
— Вы что думаете, он у меня под жилетом?.. Право, я рад бы вам помочь… Если вы так уж интересуетесь львами, идите на терраску, может быть, найдёте что-нибудь себе подходящее, право, не знаю…
Инспектор скомандовал в микрофон, спрятанный у него в усах:
— Блокировать террасу! Окружить дом! Занять все входы и особенно выходы! Эй, на вертолётах! Готовы?
Коко поднял голову и увидел, что четыре вертолёта повисли прямо над двором. Они поддерживали за четыре угла большую сеть того же типа, как та, которой они недавно поймали бесноватого автополицейского.
— Мамочка моя! — ахнул Коко. — Счастливого вам улова, но я всё-таки не рыба и лучше спрячусь под крышу!
Инспектор не обращал больше на него внимания, он разглядел за цветными стёклышками терраски льва.
Не дрогнув, он твёрдой рукой проверил когтенепроницаемую часть своего мундира.
— Эй, на вертолётах! Наготове? Мы сейчас попытаемся его выманить во двор, и тогда действуйте сразу! — Голос Инспектора звучал резко и повелительно.
— Только пусть выйдет, а дальше уж мы знаем, что делать! — ответили пилоты вертолётов. — Давайте нам его!
— Здоровенный львище! — задумчиво пробормотал Инспектор. — Ну-ка, семьдесят седьмой номер, марш, выманивай льва! Подразни, чтоб на тебя бросился.
Железный полицейский послушно взбежал по ступенькам терраски, стал в дверях, высунул язык и начал строить глупые рожи. Лев лениво глянул на него и равнодушно отвернулся.
— Э-эх! — досадливо крякнул Инспектор. — Да выключи ты свою рожу! Ты руками-ногами работай: дрыгай, танцуй перед ним и вроде как бросайся бежать, он и кинется за тобой.
Полицейский стал плясать, кидался бежать, возвращался назад и опять неуклюже приплясывал, болтая железными руками. Лев даже не смотрел в его сторону.
С вертолётов чей-то голос проговорил на весь двор:
— Ничего так не получится! Разве лев будет реагировать на железную приманку? Ему же нужно что-нибудь мясное! Валяйте вы сами, Инспектор.
Инспектор покосился в небо, незаметно поскрежетал зубами, но ничего не сказал. Сделав знак полицейскому прекратить неудачное танцевальное выступление, он осторожно двинулся ко входу на терраску.
— Валяйте, валяйте, не бойтесь!.. Правильно! Теперь получится! — подбадривали его пилоты.
Они-то решительно ничего не боялись там, наверху, и, свесив головы, с любопытством наблюдали, как подвигается дело.
— Всем приготовиться, прикрывать меня с фронта, тыла и с боков! скомандовал Инспектор и, заглянув на терраску, нежным голосом пропел: Кис-кис-кис!.. Иди, иди, погулять во дворик!.. Мяу!.. Мяу, киса!..
Лев сидел в кресле перед столом, накрытым для чая, задумчиво уставясь в чашку. Рядом на тарелке лежало несколько килек. В пепельнице дымила спокойным извилистым дымком кем-то только что оставленная сигарета.
— Кисуля!.. Ух ты, какая большая кисонька?.. Красивая какая!.. — подхалимским тоном пел Инспектор. — Поди сюда, кисюся!..
Лев вздохнул, закинул одну заднюю ногу за другую, протянул переднюю лапу и, взяв прислонённую к пепельнице сигарету, глубоко затянулся, откинувшись на спинку кресла, и выпустил дым из ноздрей.
— Умная киса… — слегка растерянно, но всё ещё льстиво бормотал Инспектор. — Она у нас папироски курить умеет! Пойдём, кисонька, во дворик! Там травка растёт… Там эти… ходят… — Инспектор бормотал уже вовсе какую-то чушь, и глаза у него медленно лезли на лоб от удивления.
Лев протянул лапу, придерживая вилкой кильку, отрезал ножом головку и хвостик, выпотрошил кишочки, придирчиво осмотрел её и, сунув в рот, прожевал и запил несколькими глотками чая.
Обомлевший Инспектор в последний раз, уже без всякой надежды, промямлил:
— Киса… Мяу…
Лев медленно повернул к нему большую гривастую голову и холодно осведомился:
— Где вы тут увидели кошку?
Инспектор обежал глазами всю комнату, заглянул под стол, пытаясь понять, откуда раздался голос, и снова уставился на льва, который молча пожал плечами и снова затянулся сигаретой.
— Да вы присаживайтесь, — вежливо предложил лев и слегка пододвинул стул. — Курите? Пожалуйста, вот сигареты. Вы потеряли кошку?
Инспектор медленно опустился на стул, во все глаза глядя на то, как шевелятся при разговоре усы на морде льва.
— Нет, не… кошки… У меня дело, если не ошибаюсь… к вам!
— Я вас слушаю, — невозмутимо, внимательно наклоняя голову и насторожив уши, произнёс лев.
— Впрочем, я не совсем уверен… Мне указали ваш адрес, но это как-то странно… Может быть, тут проживает какой-нибудь ваш, так сказать, одно… однофамилец, или, точнее сказать, соотечественник, или… в известном смысле собрат…
— Понимаю, понимаю, — сочувственно кивнул лев. — Вы хотите узнать, нет ли здесь ещё каких-нибудь львов? Может быть, вы знаете фамилию? Или хотя бы имя?
— Да, его зовут Нерон, так записано в ордере на арест. Простите, а вас как?
— Его звали Нерон! — торжественно сказал лев и, пошарив лапой у себя под подбородком, нашёл замок застёжки «молния», потянул, расстегнул шкуру на груди, так что показалась обыкновенная клетчатая рубашка с кожаным галстуком. Потом он откинул назад львиную голову, пригладил волосы и представился: — Капитан Крокус, к вашим услугам. А на плечах у меня всё, что осталось от моего льва Нерона. Это был мой последний лев.
Капитан окончательно выбрался из шкуры и разложил её на двух стульях:
— Вот он, весь тут. Дивной души был лев! — Капитан провёл гребешком, слегка причёсывая гриву. — Отзывчивый. Деликатный… Что поделаешь: нервная система подвела! Сердце! Переработался в цирке! Тяжело! Только и утешение влезешь в эту шкуру, посидишь немножко, вспомнишь старину… Может, выпьете чайку?
Инспектор внимательно оглядел шкуру, засунул даже руку, чтобы проверить, совсем ли она пустая.
— Гм!.. — сказал он наконец. — Значит, ваш лев Нерон сдох?
— Скончался, я бы сказал. Он был такой…
Но Инспектор не стал больше слушать какой. Он круто повернулся и скомандовал отбой.
Пока автополицейские прыгали в машину, Инспектор начал стаскивать с себя когтенепроницаемые штаны, время от времени пожимая плечами и чертыхаясь…
— Я его совершенно врасплох захватил! — докладывал, вернувшись в родное Полицейское управление, своему Шефу Инспектор. — Ловкий малый! Нашёл чем меня обмануть: львом замаскировался. Да ведь как! Вылитый лев! Сидит за столом, чай пьёт, покуривает. Другой на моём месте так бы и подумал: лев как лев!.. Ну, я-то сейчас же напряг все свои проницательные способности и думаю: «Э-э нет, тут нечисто, тут меня вокруг пальца хотят обвести!» Главное дело, что я подметил! Ну, пускай папироски, пускай чай, пускай он даже поболтать может о том о сём — это всё пустяки, это всё возможно: дрессировка, фокусы… Но чтоб лев стал кильки чистить и лопать? Ну, извините, тут я сразу и разгадал, что это обман! Припёр его ловкими вопросами, и он живо вынужден был сознаться, что он вовсе не лев, а обыкновенный человек, по фамилии Крокус. О чём и докладываю. А лев давно сдох, я и шкуру всю исследовал и лично убедился.
— Где же они? — спросил Шеф полиции.
— Кто именно?
— Лев. Шкура льва. Капитан Крокус. Где?
— Я же докладываю: льва вообще никакого нет. Одна шкура! Если предположить, что лев убежал, так сказать, без верхней одежды, то это никак не представляется возможным, потому как без шкуры ему будет чересчур щекотно. Одни мухи житья не дадут!..
Инспектор, оборвав на полуслове, крепко захлопнул рот и вытаращил глаза, увидев, что Шеф прикрыл глаза и открыл рот, чтобы что-то сказать. Это был плохой признак, когда Шеф прикрывал глаза. Едва слышным голосом он произнёс:
— Напрягите свои проницательные способности и угадайте, что вы сейчас услышите.
— Не иначе, как вы сейчас скажете мне: «Ах ты болван!» — чётко отрапортовал Инспектор.
— Угадали. Как вы осмелились вернуться с пустой клеткой? Через час, то есть через шестьдесят минут, здесь будет сам господин Почётный Ростовщик, который теперь лично заинтересовался расследованием этого дела. Что я ему скажу? Что я ему скажу? — И, прошептав всё это. Шеф вдруг рявкнул: — Чтоб через пятьдесят четыре минуты этот лев, Капитан, или шкура льва, или шкура Капитана были тут! Марш!
Глава 14. ОПЕРАЦИЯ «ЛЕВ И КИЛЬКА»
осподин Почётный Ростовщик явился к Шефу полиции на несколько минут раньше условленного часа. Он всегда так делал, чтоб было время пошнырять вокруг да около, кое-что приглядеть и разузнать, прежде чем начнётся заседание.
В парадном зале, где происходили заседания, на стене висел большой портрет Генерал-Кибернатора в круглой золотой раме.
