Читаем без скачивания Английский путь - Джон Кинг

Они занимались сексом и пьянствовали. Они дрались и употребляли наркотики. Большинство наркопритонов было тогда в Ист-Энде. Но все это было на заднем плане, личным делом каждого. На Пиккадилли и в Сохо было полно проституток — накрашенных куколок и секс-клубов. Секс-пати для людей, оторванных войной от привычной жизни. Все было, но они держали это при себе. Все знают что это было. Но не нужно говорить об этом слишком много. Это не английский путь.

Гарри забыл о фильме, как только вышел из кинозала. Он уже не думал о фильмах про войну, потому что скоро они должны были прибыть в Хоук, и он отправился в дьюти-фри купить что-нибудь. Боковым зрением он заметил заблеванных Spice Girls и поспешно отошел в сторону; они были свежевымыты и свежепричесанны, заняты своим хихиканьем и не увидели его. Круговорот вещей в природе; Гарри обратил свой взгляд на цены. Нужно было срочно что-то заточить, он никак не мог сделать выбор, когда на плечо опустилась чья-то тяжелая рука (сейчас он обернется и увидит полицейского, который скажет, что он арестован). Он быстро обернулся и столкнулся с кукольными грабителями, занятыми подрезанием джина и водки. Хайстрит и Биггз обслуживали себя сами. Оба в слюни; экономят денежки.

— Бар под завязку, там, наверное, сотни две англичан, — прокричал Биггз. — Все пьяные, я думаю, что без неприятностей не обойдется. Обстановка понемногу накаляется.

— Если так все начинается, то что будет дальше? — отозвался Кен. — На этом пароме повод долго искать не нужно.

Прежде чем Гарри успел ответить, они уже свернули в сторону, спотыкаясь и подталкивая друг друга, ведут себя как парочка сопливых пионеров. Гарри решил оставить шоколад в покое. Он посмотрел на продавщицу; она вроде ничего не заметила, будучи занята, отпуская кому-то блок папирос. То, как ведут себя Хайстрит и Биггз, приведет их к вязьме. Здесь камеры, и должны быть секьюрити. Гарри был трезв и отправился в бар. Он хотел бы уже быть на суше и вовсе не мечтал о том, чтобы разгуливать рядом с парочкой мелких воришек. Он окончательно заебался. Тот фильм был полным говном. Почему бы им не поставить что-нибудь вроде «Жестокого моря»? Джек Хоукинс в Северной Атлантике. Да, это ужасно, пересечь Ла-Манш, избежав торпед немецкой подводной лодки, и потонуть из-за неплотно задраенного люка.

Скопище людей и вещей распространяло вокруг массу запахов. Все они смешивались в одно целое — запах сосисок и ветчины из буфета, бензина и машинного масла из автохранилища, выпивки из бара, парфюмерии из дьюти-фри, мочи и блевотины из сортиров, плюс пот всех этих мужчин и женщин, собравшихся вместе Он прошел через турникет и отправился в бар, надеясь найти Картера и остальных. Скоро они будут в Амстердаме и поселятся в отеле поблизости от красных фонарей. Гарри мечтал провести ближайшие два дня, наслаждаясь шмалью, холодным лагерем и какой-нибудь голландской королевой красоты. Но не сегодня. Он хотел закинуть шмотки в отель, найти бар, в котором можно спокойно выпить и дунуть.

КТО ВЫ, КТО ВЫ, КТО ВЫ ТАКИЕ, ЕБ ВАШУ МАТЬ … КТО ВЫ ТАКИЕ, ЕБ ВАШУ МАТЬ?

Это было первое, что он услышал, зайдя в бар, и Гарри увидел, что часть пассажиров начинает нервничать и отходить в противоположном направлении. Он уже видел все это раньше. Вытянутые, шокированные, испуганные лица добропорядочных среднеев-ропейцев, столкнувшихся лицом к лицу с цветом английского хулиганья. Они столкнулись с Экспедиционным Корпусом, и то, что они увидели, им явно не понравилось. Захватчики были пьяными, шумными и постепенно становились все более агрессивными. Короткие стрижки, татуировки, джинсы, куртки, разбитые стаканы, песни, Юнион Джеки и Святые Георги заставляли нервничать франца-иностранца. Гарри засмеялся. Может быть, это просто добрый юмор, но песня действительно не выглядела слишком дружелюбной, и он подумал, кто бы это мог быть.

ПРИВЕТ, ПРИВЕТ, МЫ — ПАРНИ ИЗ ПОРТСМУТА.

Вот и ответ.

ПРИВЕТ, ПРИВЕТ, МЫ — ПАРНИ ИЗ ПОРТСМУТА.

Он кивнул.

И ЕСЛИ ТЫ ФАН «САУТГЕМПТОНА», СДАВАЙСЯ ИЛИ УМРИ, МЫ — ПАРНИ ИЗ ПОРТСМУТА.

Портсмутские парни всегда ездили за сборной. Если они пересекались с мобом «Миллуолла» или «Саутгемптона», это всегда означало хорошие шансы, что поездка добром не кончится. Услышав ответный заряд, он заинтересовался, кто это — «Миллуолл» или «Саутгемптон».

СОСАТЬ, ПОМПИ 62 , ПОМПИ, СОСАТЬ.

Гарри вошел как раз вовремя: «Саутгемптон» и «Портсмут» встретились на небольшом участке, внезапно превратившемся в танцпол. Их было примерно по десять человек, и все нефутбольные люди отхлынули в сторону вслед за Гарри, пытаясь уйти с линии огня. Несколько бутылок с лагерем приземлились за стойкой, брошенные другими пьяными англичанами, наслаждавшимися зрелищем с задних рядов, так что работникам бара пришлось броситься на пол. Еще одна бутылка угодила прямо в ряд бутылок с виски, бутылки и стаканы разлетелись вдребезги с оглушительным звоном. Он заметил, как Гэри Дэвисон и еще двое из его моба, не теряя времени шустрят с кассой, возникнув откуда-то сбоку. Туда-сюда, как скаузерс. Все это произошло в считанные секунды, находиться здесь трезвым было дико, дико и смешно, даже несмотря на всю ненависть, с которой прыгали друг на друга «Портсмут» и «Саутгемптон», персональную ненависть, вскормленную историей и бесконечными битвами на дерби, плюс подогретая лагерем кровь. Гарри приступил дальше, какой-то чел перелетел через стол, и двое парней начали окучивать его по ребрам и голове, впряглись приятели чела, другие англичане начали крушить стулья и столы в углу бара. На заднем плане Гарри заметил флаг Билли Брайта с надписью CHELSEA на поперечной полосе и самого Билли, который возился со своим магнитофоном, уссываясь, и пытался подобрать подходящий к случаю саундтрек, но никак не мог найти нужную кассету. Когда Гарри посмотрел влево, он увидел там похожие флаги, висевшие на окнах — SWINDON, ARSENAL, WEST BROM было написано на поперечных красных полосах, и огромный Юнион Джек, надпись на котором гласила KENT LOYALISTS. Гарри разглядел все это в считанные мгновения, махач распространялся по бару, другие англичане продолжали спокойно пить, не мешая оппонентам с южного побережья выяснять отношения, клубы портовых городов сражаются на море, разлеталось все больше столиков, звон бьющихся стаканов смешивался со звуками зуботычин и пинков. Юнец в кожаной куртке с короткострижеными светлыми волосами, спотыкаясь, пятился назад, на щеке — достаточно серьезно выглядящий порез, кровь льет ручьем, остановился, видно, в шоке, двое зрителей дают ему платок остановить кровотечение. Гарри посмотрел нa paнy и покачал головой.

С обеих сторон были раны и синяки, никому не удалось погнать противника, возникла минутная пауза, во время которой стороны переводили дыхание, выкрикивая оскорбления, стюарды попытались вмешаться и разрядить обстановку, но только сами попали под горячую руку. Остальные англичане ждали развития событий, зная, что это личные дела, но в то же время это не есть хорошо, поскольку если они не будут все вместе, то в Европе у них не будет шансов. «Саутгемптон» и «Портсмут» должны забыть раздоры и объединиться. Гарри это очень хорошо понимал, во всем виноват стресс, вызванный пересечением пролива, и на минуту он представил, а что, если все англичане вместе прыгнут на стюардов, этих типов в белых рубашках, захватят паром и сами приведут его к берегу. Но момент уже был упущен, и какое-то подобие спокойствия было восстановлено.

Томми Джонсон и остальные парни шли к выходу, Том смеялся, говоря, что лучше побыстрее свалить с парома, а не проводить в Хоуке несколько часов вместе с матросами и теми недоумками, которые сейчас глазеют на махач и которых потом будет допрашивать полиция. На хуй надо, сказал он Гарри, на хуй надо, и они двинулись прочь. Гарри обернулся, бар был разбит, флаги сняты и унесены. Том тащил пьяного Фэйслифта, тот таращился на «Вест Хэм», один из которых был точной копией Фэйслифта, и его оттаскивал некий эссекский вариант Тома.

Гарри шел следом за остальными парнями. Когда они прибудут в Хоук, голландские полисы будут ждать. Им не нужны неприятности. Голландия — либеральная страна, но только пока дело не касается полисов. У них хватает своих хулиганов, чтобы смотреть на это сквозь пальцы, и они давно перестали воспринимать англичан как добродушных эксцентриков. Хорошо бы пересечь Ла-Манш без потерь, но Гарри понимал, в чем дело. Это следствие того, что они –островная раса. Ла-Манш — внутри каждого из них. Естественный барьер, отделяющий Британию. Если бы Гитлер смог нейтрализовать RAF, то преодолел бы его. Но Люфтваффе не смогли сделать этого, и небольшой участок воды сохранил Англии свободу. Гарри помнил эти фильмы. У них нет границ, только с Шотландией и Уэльсом. Неудивительно, что европейцы изобрели фашизм, ведь им все время приходится сражаться, чтобы сохранить свою индивидуальность среди искусственных границ.