Спала девушка урывками, а когда бодрствовала не знала чем заняться. Наконец, ей пришло в голову достать из сумки документы и начать на оборотной стороне писать всё, что с ней произошло. Писательского таланта Лея за собой не ощущала, но продолжала покрывать словами листы бумаги. Это помогало не сойти с ума от звучания молитв со стороны Ирины. Похоже, у соседки окончательно сорвало крышу.
Когда стало не о чем и писать больше, то настало время мрачных раздумий. Мысли то убеждали воспользоваться помощью Дайны, то находили адекватные причины просто подчиниться судьбе. Будь это обычный побег, где никого не надо было трогать, или если бы именно ей не пришлось делать такой серьёзный моральный выбор, то сомнения сразу бы отпали. А так… Может, Ира права? Может, не стоит доверяться? Ведь и правда, вряд ли все проблемы закончатся от одного перемещения домой… Да и домой ли?
«Следует уточнить при соглашении, чтобы это были окраины какого-либо знакомого населённого города», — решила Лея.
А то перекинут её на середину Тихого Океана! Или, если просто сказать в Россию, то вполне можно оказаться в самых дебрях тайги. Страна-то большая и великая. Да и высоту указать было бы не лишним… Мысленно добавилось уже столько пунктов, что появились обоснованные сомнения в возможности вписать их и на пару страниц мелким почерком. И всё равно ведь всего не предусмотреть! Так что оставалось только надеяться.
В остальном ладони у Леи почти зажили, плечо с каждым пробуждением болело всё меньше. Синяк начал переливаться зеленовато-жёлтым оттенком. Дайна всё время молчала — видимо, новый надсмотрщик являлся более бдительным. Так что она только огрызалась и подзадоривала демонов, когда те спускались принести еду. Рохжа отвечали ей в том же духе, но словесный контакт не затягивали. Наконец, когда серокожие ушли в очередной раз, пленница заговорила:
— Надеюсь, ты не свихнулась, как твоя подруга, человек? Не передумала?
Лею, как раз терзали очередные сомнения. Она уже склонялась к мысли, что всё‑таки не стоит ничего пробовать, как вдруг услышала собственный голос:
— Не передумала.
— Тогда не будем терять время. Ты знаешь, где у вас, людей, находятся почки?
— Примерно, — признаваться в истине было почему-то стыдно. — Очень примерно. Где-то внизу.
— Приложи ладонь тыльной стороной к спине, где кончаются рёбра. Отступи справа от центра позвоночника около пяти сантиметров. Это та зона, что нужна.
— Именно справа?
— Ты не знаешь, что такое право и что такое лево? — кажется, собеседница была готова и к такому грустному обороту событий.
— Знаю, конечно. Просто у людей по две почки.
— Какие познания. И, конечно, ты знаешь, что одна из них расположена немного ниже другой? Поэтому при ударе около рёбер для начинающего лучше бить по правой стороне. Меньше шансов попасть в кость, — язвить Дайна умела. Будь на месте Леи кто‑нибудь другой, может, уже было бы начало ссоры, но девушка в своей жизни уже привыкла «не замечать» шпильки. Как и в любых неприятных ситуациях, она проглотила сказанное, оставив желание обидеться и расстроиться на вечер перед сном. — Нож обоюдоострый?
— Нет. Он же канцелярский!
— Да вот как-то не доводилось канцелярскими пользоваться… Тогда держи острым лезвием вверх. И бить будешь снизу вверх. Так выше вероятность нанести повреждение. Нужен колющий удар. Как нанесёшь, сразу проворачивай нож, одновременно стараясь зажать противнику рот и нос. Вряд ли мальчишка уже настолько обучен, что сумеет остановить внутреннее кровотечение.
Богатое воображение Леи нарисовало ей, как она, хищно ухмыляясь, почему-то в военной форме, с банданой на голове и соответствующей раскраской на лице, втыкает остриё в серокожего демона. Тот медленно падает, вокруг разливается лужа синей крови, а сама молодая женщина зачем-то ставит свою ногу на грудь поверженному врагу и издаёт крик Тарзана… И тут побеждённый демон ловко хватает её за ногу, опрокидывая, и с воплями: «Я бессмертен!» впивается зубами в открытое горло… Ужас! Отогнав пелену жуткого видения, девушка спросила:
— А у демонов разве так же органы расположены?
— Нет, у Рохжа там селезёнка.
— А-а-а, — как будто ей всё сразу стало понятно, произнесла Лея. — А бить лучше всего, когда он закроет дверцу внизу решётки и повернется, чтобы уходить?
— В смысле? — кажется, вопрос не на шутку озадачил Дайну.
— В прямом, — не съязвить после стольких выпадов было невозможно. — Лезвие достаточно длинное, я его недавно заменила. Ударит током, конечно. Но как иначе? Вряд ли кто-то откроет дверь, если мне вдруг поплохеет.
— Лично я на это и рассчитывала. Ты наносишь сама себе рану, чтобы всё правдиво было. Твоя подружка кричит. Мальчишка спускается, видит, что порученный ему человек умирает, а бежать за помощью — потерять твою жизнь. Он открывает дверь, чтобы остановить кровотечение, и ты наносишь удар. После чего, как можно быстрее, открываешь мою клетку и… А ты можешь дотронуться до решётки? — осторожность во вкрадчивом голосе поражала.
— Да, меня немного током ударило, но терпимо… А в смысле нанести себе рану?!
Если Лея ещё могла как-то представить, как колет демона ножом, то навредить самой себе. Она же даже смотреть не может, когда у неё кровь на анализы берут. Как будто жизнь из вены выкачивают!
— В прямом, — не осталась в долгу ехидная собеседница. — То есть ты можешь руку за пределы прутьев высунуть?
— Могу, — уверенно сказала Лея. Затем приценилась к расстоянию между прутьями и с сомнением добавила: — Наверное.
— Попробуй, — голос стал необычайно ласковым, и оттого молодая женщина мгновенно насторожилась.
— Зачем?
— Попробуй, — всё тем же голосом настойчиво повторила Дайна.
— Ладно.
Лея, преисполняясь сомнениями, встала. Кости слегка ныли от постоянного сидения или лежания. Ходить не хотелось. Было слишком жарко. А несколько дней в этой духоте ещё и добавили движениям головной боли. Поэтому девушка сперва дотронулась кончиками пальцев до висков, усмиряя лёгкое головокружение, и только затем сделала несколько шагов, отделяющих её от решётки. После этого очень осторожно, стараясь не дотронуться до грозной преграды, она высунула пальцы наружу. Дальше не рискнула, ведь расстояние между прутьями было ненамного больше трёх сантиметров. Не хотелось лишний раз причинять себе боль. Но никаких неприятных ощущений не возникло.
— Всё в порядке, — ответила она демонессе. — Могу, только не знаю насколько, уж очень близко пруты расположены. А так пальцы просунула через решётку — никакого тока. Значит, только если металл задеть бьёт.
— И мы всё ещё сидим и рассуждаем о ножах и демонах, — недовольно проворчала Дайна. — Ты видела, как открывают кормушку?
— Да, только не понимаю как. Замка не видно. Никто ничего не нажимает, как будто всё по волшебству происходит. Я как-то попробовала её ногой толкнуть. Ничего не вышло. Только током тряхнуло.
— Всё намного проще. Посмотри на противоположные камеры, а именно на стенки между ними. Видишь, внизу у основания есть небольшие металлические пластинки?
— Да.
— Это и есть переключатель. Один раз нажмёшь — открыто. Ещё раз — закрыто. Потому ты и не понимаешь как. Мальчишке достаточно лишь прикоснуться носком своей когтистой лапки.
— Ну, да, — чувствовала себя Лея весьма глупо.
— Так вот, в следующий раз как надсмотрщик уйдёт… Вот до чего самоуверенные твари стали! Это их и сгубит, — голос у собеседницы стал весёлым. Кажется, она пришла в прекраснейшее настроение. — В следующий раз попробуешь дотянуться до панели и нажать на неё. Насколько я помню твоё телосложение, проползти через кормушку ты сможешь.
— Смогу, — кисло ответила Лея, критически оглядывая края малой дверцы. По размерам она была сродни коробки от средней пиццы, но задуманное демонессой казалось вполне реальным. — А ты почему так не сделала?
— На меня, как на демона и вообще на любое нормальное живое существо, шнур молний Волнгенче действует.
