другие приспособления? Так или иначе, никого на сцене сейчас не наблюдалось. Надо сказать, что народу во «Вдохновении» было прилично. Макс даже решил, что они сейчас пойдут искать другой бар, но Джам уверенно махнул рукой, быстро шагая через зал к свободному столику.
— Похоже, наш босс заказал место заранее, — глубокомысленным тоном изрёк Прайл. — С чего бы это?
— Посмотри на стену справа от входа и поймёшь, — грубовато ответил ему Уйлисс.
Оторванный от любимой игрушки, вынужденный целую прорву времени шагать по улицам, геймер стремился как можно быстрее добраться до стула и приземлиться на него. После чего опрокинуть в рот пару-тройку бокалов крепкого напитка. Поэтому, бросив свою загадочно звучащую фразу, шахтёр поспешил следом за начальником. Мэд же, как и остальные шахтёры повернули головы, выискивая, о чём же сказал им их товарищ. Первым догадался всё тот же Прайл.
— Ободранный хвост малбона, здесь же выступает сама Диа Канти! То-то наш босс так сюда бежал!
Макс нахмурился, разглядывая крутящуюся голубую голограмму, которая изображала лицо вполне себе обычной лубасири. Молодая особа, без яркого макияжа или вычурной причёски. Самая обычная внешность. С чего такой кипиш? Отчётливо понимая, что лучше спросить сразу, чем потом попасть впросак, Макс спросил:
— А кто она такая?
— У, парень! Не вздумай задавать такого вопроса при боссе! — тут же ответил ему Прайл, покровительственно похлопав по плечу. — Она известная певица. Не настолько, чтобы выступать перед жителями Золотого Диска, но для местных ребят — очень даже звезда. Давай поспешим. Если я правильно понимаю, концерт начнётся скоро, а смотреть его на трезвую голову…
Прайл с прищуром посмотрел на молодого гопа. Макс нахмурился, слушая товарища.
— Ты ведь никогда не слышал амо-кана?
— Чего?
— Музыка такая. Про любовь. Не слышал? Тогда точно стоит выпить. Она, знаешь ли, на больших любителей. Давай-давай, не тормози. Ты мне ещё спасибо потом скажешь!
Столик, заказанный Джамом, размещался рядом со сценой. Размахивая руками и причитая, начальник быстро рассадил их по стульям. Максу досталось место, где он мог смотреть прямо на сцену. Илли умостился рядом. Судя по довольной улыбке лубасири, он уже вовсю предвкушал предстоящее представление. Макс же, изрядно напуганный словами Прайла, настраивал себя на серьёзное испытание. Вряд ли начальнику понравится выражение отвращения на его лице. А напитки всё никак не несли. Что, если концерт начнётся раньше, чем он успеет «принять на грудь»?
Слава всем звёздным богам, официантка в коротком платьишке появилась уже спустя секунд двадцать. Макс с надеждой посмотрел на Прайла, который явно знал, что именно нужно заказывать. Однако, Джам и тут проявил свой авторитарный характер.
— Принеси нам пару бутылочек кандской серизы, дорогуша. Ну, и закуски лёгкой на твой выбор.
— Это всё? — протянула девушка, подняв бровь и осмотрев их компанию.
Весь её вид говорил, что таким количеством подобную ораву даже разогреть не получится. Не то, что привести в состояние приличного опьянения.
— Пока да. После выступления божественной Дии мы закажем ещё, — устало, будто разговаривал с надоедливым ребёнком, произнёс Джам. — Поскорее, пожалуйста! Я бы не хотел отвлекаться на вас, когда начнётся представление.
Официантка прищурилась, но ничего не ответила. Резко повернувшись, так, что юбка взметнулась вверх, обнажая на мгновение аппетитную филейную часть, она быстро зашагала к стойке, чтобы передать заказ. Джам же осмотрел своих работников и с широченной улыбкой на лице произнёс:
— Что такие кислые? Разве я не хорошо придумал с местом?
Максим перевёл взгляд на Прайла, который, находясь вне зоны видимости босса, скривил лицо, будто его вот-вот вырвет. Гоп поспешно улыбнулся, чувствуя, как в животе нарастает холодный ком, предвещающий суровое испытание. Очень хотелось верить, что ему хватит выдержки, чтобы преодолеть его успешно…
Часть 6
15 января 1 года
Макс поднял узкий стакан, где колыхалась необычная розовая вязкая жидкость. Ближе всего из земных аналогов подходил кисель, какой иногда подавали в школьной столовой. Юноша с подозрением посмотрел на товарищей. Но те уже вовсю пили свои порции, одновременно хватая с принесённых шустрой официанткой тарелок закуску, похожую на чипсы, но непривычного фиолетового цвета.
В своей прошлой, «земной» жизни Максим пробовал алкоголь всего пару раз. Первый — когда, будучи ещё совсем мальцом, лет четырёх, стащил со взрослого стола рюмку с водкой, оставленную без присмотра. Ядрёная жидкость так сильно обожгла горло, что даже отцовский ремень, которым его «приласкали», не затмил собой это жжение. Такой неудачный опыт настолько сильно отпечатался в сознании юного Максима, что он даже не пытался повторить опыт с алкоголем вплоть до выпускного. Известно, что именно выпускной в девятом классе становится тем моментом, который является «водоразделом» между уходящим детством и настоящей взрослой жизнью. А любой мужик должен уметь выпивать. Так говорили одноклассники. И пусть все предыдущие годы эти прыщавые пареньки больше потешались и всячески подкалывали пухлого Макса, он решил поверить им в этот вечер. Ведь выпускной — это время, когда все прежние невзгоды остаются в прошлом.
Дешёвый портвейн показался Максиму противным, но он, подзуживаемый улыбающимися приятелями, выпил один стакан, потом второй. Что было после, юноша не помнил. Зато пробуждение с жутчайшим похмельем, случившееся на следующий день, осталось в памяти ещё крепче, чем та детская попытка.
В общем, не было ничего удивительного в том, что Мэд медлил, прежде чем выпить инопланетного алкоголя. Нет, у него теперь имелось вполне себе взрослое и весьма выносливое тело, во всех смыслах превосходящее то, что осталось на Земле, но… Вдруг история снова повторится? Вдруг он опозорится в глазах теперь уже новых товарищей?
Однако, прослыть трезвенником было намного страшнее. Макс поднёс стакан к губам и, задержав дыхание, сделал большой глоток. Мэд уже давно жил в Империи и начал привыкать к тому, что вся еда и напитки здесь отличаются от тех, что остались на Земле. Пусть даже первые месяцы он питался безвкусными таблетками, но затем, попав на службу Джаму, молодой гоп оторвался по-полной. И сразу убедился, что внешний вид еды чаще всего не соотносится с её вкусом. Поэтому, если напиток выглядел, как кисель, то вряд ли он будет сладким. Так и оказалось. Вкус серизы оказался горьковатым, похожим на пиво. Так ему рассказывали, сам Макс попробовать земное пиво не успел.
«Что ж, вполне неплохо. Пожалуй, я смогу выпить несколько бокалов такого, и меня не стошнит.»
Впрочем, сюрпризы на этом не закончились. Стоило напитку скатиться по пищеводу в желудок, как горькая нотка на языке истаяла. Истаяла, оставив после себя холодок, какой бывает после мятного леденца. Но обдумать эту
