Детей…
Во сколько лет мама перестала мне помогать натягивать колготки? В пять? Максимум! А тут… И сам монолог Фриды меня смутил. Если помощь с одеждой можно было списать на статус принцессы и какой-нибудь этикет, то снисхождение и жалость в голосе старушки я слышала точно.
Скорее всего, у леди Тасии наблюдалось отклонение в развитии, о причинах которого я затруднялась сказать. Тут могло быть, что угодно: от родовой травмы до психического расстройства или даже заболевания. Ясно одно — герцога пытались надуть, подсунув ему умственно-неполноценную супругу. Эх, и при такой-то внешности! Жаль девочку стало до слез.
Я перехватила руки Фриды, когда она натянула заботливо согретый чулок до колена.
— Что? — растерянно спросила она, явно не ожидая от воспитанницы этого.
— Простите, но я сама! — попыталась отобрать чулок.
Да где там! Тонкие, крючковатые пальцы вцепились в вязку, и оторвать их не представлялось возможным.
Глава 7–2
— Деточка… — ее глаза увлажнились. — Магистр Арбери сказал, но… Вы не помните свою старую нянюшку?
Конечно, оберегала меня Фрида, как раненая тигрица своего тигренка, но откровенничать с ней у меня не было желания, хотя и обидеть пожилую даму не стоило.
— Извините, но нет. — Для убедительности я еще головой покачала. — Но одеваться с этого дня стану сама, договорились?
Няня почившей леди бросила на меня еще один внимательный взгляд и разжала руки.
— Боги с вами, — пробормотала она. — Авось все к добру сладилось, как предрек ваш покойный дедушка.
— Я его совсем не помню, — сообщила я, что, собственно, было неоспоримой правдой. Все знакомые остались на Земле, в прежнем мире.
— Любил он вас, — с грустью произнесла Фрида. — Все надеялся, что головка ваша после смерти матери просветлеет. Как вы леди Скари мертвой обнаружили, так и позабыли все и замолчали. Только недавно совсем простые фразы говорить начали. С тех пор, как при дворе батюшки вашего послов арсов этих увидели. Сначала вы все причитали и плакали, а когда успокоились, то отвечать нам стали. Как же покойный герцог, дед ваш, радовался! Он и настоял, чтобы вас замуж за Агиара выдали, и брак по доверенности заключили. Чтоб, значит, ни невеста, ни жених друг друга до свадьбы не видели. Только не вышло ничего. Вы на супруга смотреть не желали, так кричали, что он сам решил дать вам время успокоиться. Как же, девочка моя, вы на стене-то очутились? Я и отошла всего на несколько минут, чтобы отварчика вам принести и сдобы свежей… Хорошо, что герцог спасти вас успел…
Пока говорила, нянька поднялась с колен, нашла мое почившее платье, покачала головой, дошла до столика, где, по всей видимости, был накрыт завтрак, и стала хлопотать над ним. Ее действия были такими отточенными, как у сиделки, которая давно присматривает за тяжело больным. Но самое главное, болтала она по привычке, не ждала ни моих ответов, ни моей реакции.
Ужасная ситуация. Я быстро натянула чулки и просторную нижнюю рубашку. На платье покосилась с опаской и все же решила, что бревном, плывущим по течению жизни, быть не желаю.
— Фрида, вы меня слышите? — окликнула нянюшку.
— Конечно, госпожа. Желаете умыться или… — она обернулась и застыла.
Я в это время надевала туфли и мужественно сражалась с незнакомой застежкой в виде перламутровой шестикрылой бабочки. Она больше походила на цветок, чем на насекомое, а, инкрустированная розовыми самоцветами, смотрелась дорого и изящно.
— А леди Скари это… — было трудно называть совершенно чужих людей своими родственниками, но пора привыкать. — Она моя мать?
И тут до служанки все же дошла некая истина. Из ее рук выпала чаша, наполненная ягодами, и спелые лиловые ягоды покатились по белоснежной скатерти, оставляя красноватые следы.
— Вы вернулись, госпожа моя… Вернулись, как магистр и предрекал… — выдохнула она и опустилась на стул с резной спинкой, потому что, по всей видимости, ноги ее не держали. — Да, девочка, леди Скари, ваша матушка.
Я так и думала. Осталось выяснить еще один момент, чтобы поставить точный диагноз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А кем был мой дед?
Глаза старушки блеснули. Няня знала его хорошо. Это было видно невооруженным взглядом. Фрида ценила и уважала почившего предка леди Тасии.
— О, магистр Тануш Толди — государственный деятель, правая рука короля, великий ученый и, конечно же, целитель, как многие ваши предки по линии матушки, моя госпожа. Он видел то, что от других скрывали боги, и творил не магию, а настоящее искусное волшебство! Даже на смертном одре он думал о вас, надеялся, что дар Толди вновь придет в наш мир…
Тут она охнула, подскочила и вновь закудахтала:
— Вам необходимо позавтракать. Герцог был столь любезен, что приказал накрыть стол из самых любимых ваших блюд. И магически озаботился, чтобы все блюда дошли до вас горячими и свежими…
Что и требовалось доказать! Совершенно очевидно, что дед был не только хорошим магом, но и настоящим врачом. Вряд ли в этом мире медицина делилась на узко профильные разделы, но о психологии старичок знал и диагноз поставил верно.
— Фрида… — позвала я. — А когда умерла моя мать?
Моя интуиция подсказывала, что это случилось, когда леди Тасия была еще ребенком. Возможно, подростком. И если сейчас ей на вид не больше восемнадцати или двадцать, то…
— Одиннадцать лет назад, — вздохнула няня. — Жаль, что память к вам так и не вернулась. Вы же тогда сами нашли ее тело под стенами башни и слуг позвали. Только потом упали в обморок. Сначала мать бросилась с башни, а теперь и дочь… Хвала всем богам, что герцог Агиар оказался рядом.
Картина прояснилась. Скорее всего, леди Тасия не просто нашла труп матери. Вполне возможно, она видела, как Скари прыгнула… Или ей помогли прыгнуть. В любом случае, это так напугало девочку, что организм сам принял решение заблокировать воспоминания. Эх, жаль, что психологию хирургам читают урывками. Как же это называлось? Кажется, диссоциативная амнезия, причиной которой явилась психо-травматическая ситуация.
А если Тасия еще и не говорила… Не мудрено, что с ней обращались как с умственно отсталой. Интересно, ее успели хоть чему-то научить? Например, грамота. Очень бы хотелось прочесть хоть что-то о мире, в котором мне предстоит жить.
А что я помнила о методах лечения диссоциативной амнезии? Нужен психологический толчок. Его может дать имитация пережитой ситуации. Проблема в том, что в случае с Тасией никто не знал, что ее так напугало или шокировало.
Глава 7–3
Судя по тому, как принцесса реагировала на арсов, кто-то из этого народа был причастен к той трагедии. И да, Тануш Толди все просчитал. Он знал, что нужен толчок, чтобы девушка пришла в норму, и создал для внучки шокирующую ситуацию.
Я бы поступила так же. Но что-то родственник не учел.
Да, она должна была вспомнить, но почему-то вместо этого полезла на башню повторять подвиг Икара. И почему она так поступила? Я не знала! Жаль, что мне не досталось даже крупицы ее воспоминаний. Или все же досталось? Язык же я понимала, а это уже не мало.
— Садитесь быстрее за стол, леди! — приказным тоном произнесла Фрида. — Скоро прибудет магистр Арбери. Некрасиво заставлять пожилого человека ждать.
Еще бы «ай-яй-яй» добавила! Позволить и дальше ей командовать собой я не могла.
— Мне потребуется одежда, соответствующая случаю. И пока вы за ней сходите, я успею позавтракать.
Лицо у Фриды сделалось таким удивленным, а левая бровь смешно дернулась.
Вопросов у нянюшки оказалось два. И один страшнее другого. Оба не сулили ничего хорошего и наталкивали на мысль, что трудности с аклиматизацией предстоят и немалые. Хотя… А кому легко? Мне и на Земле не приходилось сидеть сложа руки.
— Позавтракать… сама?.. — растерянно спросила старушка.
Получается, что Тасию еще и с ложечки кормили! В очередной раз пожалела о том, что не располагаю данными памяти погибшей девчонки. Оставалось верить на слово. Уверена, в таком вопросе Фрида не стала бы лукавить.
