Читаем без скачивания Летающая голова - Гай Себеус

Так родилась хоролуга.

6

Направив в сторону Пирита огненные клинки, горожане потребовали ответа: что стало с его отцом, их архонтом? И что означают все последующие события?

Они старались не грубить и не перехватить с агрессивностью, чтобы на всякий случай не напугать подростка, сына архонта. Но и мечи не опускали, показывая, что их устроит лишь немедленное и убедительное объяснение.

Пирит был готов к подобному разговору. Не смутившись и ни на миг не замедлив реакции, он прямо с коня объявил о том, что его отец, архонт Тан-Тагана Клеарх, …призван богами! И если кто из них, невежд, пожелает выразить своё неудовольствие этим – пусть попробует! Боги всё видят!

К такому повороту событий свободные летуны Тан-Тагана были не готовы. Горлопаны притихли. А Пирит продолжал.

– Все знают, что исчезновение произошло во время внезапно налетевшей песчаной бури…

– Да-да, буря была! – тут же раздались растерянные голоса.

– …сопровождавшейся солнечным затмением и грозовыми раскатами… – продолжал Пирит голосом опечаленного сына, но достаточно твёрдым, чтобы было понятно, что он – не просто осиротевший мальчик, а сын архонта.

– …точно, было такое! …Так вот, оказывается, что это значило! – разнеслось в толпе.

Тогда Пирит, торжественно подняв открытую ладонь, заявил, что по воле бессмертных Богов, долгие годы прослужив танаидам на земле, их архонт был забран на небо, чтобы помогать оттуда. А все они были тому свидетелями («Да!, Ну, да! Ты тоже помнишь, что творилось на земле и на небе?»). В его отсутствие архонтами станут сыновья. Временно. Поэтому выборов не будет! Теперь, под их управлением, Тан-Таган достигнет небывалого могущества!

Речь юнца была столь же краткой, сколь и самонадеянной. И таганы от его наглости потеряли дар речи. В их городе не принято было наследование должности архонта. Тем более в столь сомнительном контексте.

Боги, конечно, всесильны. И могут в любой момент забрать любого. Таганы искренне верили в подобные вещи. Но и с насильственными смертями они, воины, были отлично знакомы, поэтому и склонны были подозревать именно такой финал жизни архонта Клеарха. Хотя, с другой стороны, тело его так и не было обнаружено…

Может он вернётся? А пока…

Но подчиниться мальчишке?

Ошеломлённые напористостью его малолетнего сына, таганы сдвинулись друг к другу и плечом к плечу стали медленно сужать кольцо вокруг прибывших.

Пирит жестом руки осадил бурлящее в глубине толпы возмущение. И с неподвижным лицом (что скрывалось за ним?) продолжал.

– Те, кто не верят моим словам, пусть посмотрят на крепостные стены. На эти черепа стриксов. Там есть ещё пустые колья! И на коня позади меня. На мою (он помедлил) …жену – Кору.

Пирит был немногословен. Но за его словами стояли смыслы, понятные всем. Хотя рисковал он очень!

Отражение атаки стриксов на город организовал именно он. Факты говорили за себя. Значит, за Пиритом, несмотря на молодость, была сила.

С другой стороны, он приволок пленную жену правителя Корунда и представил как жену. Над этим следовало подумать!

Среди таганов хорошо известны были таланты стриксов, далеко превосходящие возможности людей. Известна была их образованность и утончённость вкусов, зачастую просто недоступная людям, вынужденным отдавать все свои силы и время борьбе за выживание. В Корунд многие люди ходили за советом.

Выходит, у Пирита есть собственный советник-стрикс!

Это было неплохо, это был мощный ход!

Но всё же стриксы считались животными! А значит, низшими существами. И брак со стриксом был неслыханным унижением для человека! Пока таганы метались в сомнениях, Пирит, зловеще нахохлившись, прокаркал.

– Да, я молод. Но отец успел дать мне не только мужество, но и мудрость. Кто поспорит с этим?

Горожане поглядели на черепа, украсившие городскую стену, на грациозную химеру за спиной нахального юнца и …вложили новенькие мечи в ножны. Спорить не решился никто. На стороне сына пропавшего архонта была сама удача. Ему повезло изловчиться и поймать за чуб самого Бога счастливого случая Кайроса.

Был дан знак Огневице, исполнившей в честь молодых архонтов особенно вдохновляющий танец, поддержанный многими молодыми и ловкими красавицами. А к Пириту, наконец-таки из толпы был пропущен кузнец Корвус. Как предвестник начала новой жизни.

С хоролугой, достойной самого архонта!

Петрусу, смирно ожидавшему решения своей судьбы за спиной брата, хоролуги припасено не было. Да он и не претендовал.

Синий город

1

Коре пришлось склонить голову, чтобы войти в гостевой шатёр.

Это было совершенно невозможное жильё для стриксов, дышащих огнём! Но другого Пирит пока не мог ей предложить.

Собственно, это была целая цепь шатров, предназначенных для различных целей и соединённых переходами. Шатров, устеленных овчинами, украшенных ткаными полосами. Кора удовлетворённо кивнула, отметив для себя преобладание всех оттенков розового в убранстве жилища. Цвета розового Корунда в синем Тан-Тагане.

Что ж, её судьба сделала очередной крутой поворот – именно так решила она отнестись к происшедшему, – чтобы не сойти с ума от горя и растерянности.

Оставшись совсем одна, Кора расслабила осанку и буквально «стекла» всем телом на низкое сиденье. Однако тень, мелькнувшая в пространстве соседнего помещения, заставила насторожиться.

Зеркало. Конечно, всего лишь навсего обычное зеркало, – а она, глупышка, так испугалась!

Непривычная к убранству помещений зеркалами, химера-стрикс внимательно осмотрела и даже обнюхала отполированную до сияния медную поверхность. Раздавшийся короткий смешок, явно презрительного свойства, снова вздёрнул нервы до предела.

Из-за пёстрого тканого полога за ней наблюдал человек.

Если бы химера умела задавать вопросы, она спросила бы: «Кто ты?» Но она стояла молча. Тогда гость представился сам.

– Я архонт. Твой повелитель, дорогая, – незнакомец неплохо владел тембром стриксов. Зови меня Петрус. Мы с тобой будем часто видеться!

– Не думаю. Я люблю одиночество, – Кора не намерена была прощать насмешку. К тому же, только теперь она узнала в этом юнце того самого ноющего спутника Пирита. Здесь он выглядел совсем иначе. По-хозяйски.

– Ты уверена, что вправе выбирать?

Кора не была уверена, что Пирит встанет на её сторону, против брата, поэтому промолчала. Но Петрус не собирался уходить.

– Пирит представил тебя женой. Но мы все понимаем, что это не может быть правдой, – ответом был удивлённый взгляд. – Впрочем, об этом позже. Я пришёл спросить, как ты перенесла дорогу? Здорова ли? Я врач, я смогу помочь! О, летучая мышка!

Кора была удивлёна, как её любимица спокойно перешла из клетки на руку незнакомца. Раньше такого за ней не наблюдалось! А Петрус, оглаживая пальцами крохотное тельце, раскрывал крылья, осматривал головку. Мышка попискивала, не изъявляя никакого неудовольствия.

– Осторожно, она недавно поранилась! – не удержалась Кора. – И ранка ещё не затянулась.

– Вот видишь, а ты говоришь, что моя помощь не нужна! – новый знакомый со смешком ловко сложил мышкины крылья, впустил зверька в плетёную клетку и снял её с крюка.

Когда он вышел, у Коры осталось странное чувство, что приходил он лишь за этой клеткой.

2

Проживание в шатрах, даже убранных зеркалами и тканями, Кора сочла унижением для своего достоинства. О чём не замедлила сообщить Пириту. Кроме того, с её размахом крыльев очень неудобно было взлетать, не имея достаточного возвышения.

Пирит, заметив, что его пленница-химера вянет от тоски, сам предложил ей ночные прогулки. Только просил не пугать горожан, летать незаметно. Сам летун, он понимал страсть Коры к полётам. А смена жилища, ну, что ж…

– В Тагане полно турлучных домов. Если желаешь…

– Турлучный – это из камыша, обмазанного глиной? – в самой формулировке Пирит услышал презрительный отказ.

– Ну, прости, я живу в таком же. А твой Розовый дворец я не в силах перенести сюда.

– Меня вполне устроит Синий дворец.

– Это какой же? – не сразу понял Пирит.

– Тот, который достоин будет архонта Тан-Тагана.

– Я воин, а не строитель. И хороший воин, не забыла? – разозлился Пирит.

Кора не забыла. Но и уступать не собиралась. Быт – это форма протекания каждодневности. А к быту стриксы относились серьёзно.

– Я сама построю этот дворец. Мне только нужны рабы, – упрямо задранная голова химеры не оставляла выхода. Задачу надо было решать. Пирит облегчённо вздохнул, что не требуется большего.

– Рабов – пожалуйста! Этого добра я тебе дам сверх меры, – и поскорее ушёл, чтобы не услышать дальнейших просьб благородной пленницы.

Пирит сдержал слово. Рабы поступали регулярно, потому что воевал он много. Первая удачная схватка со стриксами будто открыла перед ним шлюзы военных побед.