– Нет, – безмятежно произнесла Изабель, – ничего страшного. Вы можете ехать, если хотите.
Девушка зашла в свою комнату, проходя мимо ошеломленной сестры. Эбби еще пару секунд стояла на месте, осмысливая сказанное сестрой и, тепло улыбнувшись самой себе, ушла в свою комнату. Она не верила своим ушам: Иззи простила ее.
8
<<Утро выдалось нелегким. Во – первых, чтобы поехать на экскурсию, нужно было встать в семь, а это не так-то легко сделать, если всю ночь корчишься от недосыпа; во-вторых, меня разбудила Эбби. Нет, пора установить сигнализацию в свою комнату, ну, или хотя бы замки. Не личное пространство, а проходной двор какой-то.
– Иззи, вставай, – нежные ручки погладили меня по плечу. – Вставай, а то мы опоздаем.
Я что-то невнятно пробормотала. Если мне не изменяет память, то это были слова-проклятия сквозь подушку.
– Давай, chéri58… – рука переместилась с плеча под одеялом на оголенную щеку. – Просыпайся.
Я не знаю, что на меня нашло, тот факт, что меня назвали «милой», или же, не менее «милые» слова пробуждения, но я тут же почувствовала себя бодрой и полной сил. Мои глаза мгновенно открылись, и я резко уселась на кровати. Конечно, первое, что я произнесла, было…
– Милая? – я вскинула бровь. – Серьезно?
Эбби немного поежилась. Может, общались мы и мало, но очередную «порку» от меня, она чувствовала за милю. Когда же она никак не прокомментировала этот пик нежности со своей стороны, я глубоко выдохнула и сделала над собой немалое усилие, чтобы говорить ровно и спокойно.
– Ладно, не парься. Что у нас на завтрак?
– Maman59вчера приготовила завтрак на случай, если утром мы проснемся раньше.
– Значит, вперед, на кухню, – бодро сказала я.
Наш. по истине «французский», завтрак включал в себя белый хлеб, запеченный в духовке в смеси кардамона, мякоти банана и воды. На самом деле, в рецепт входит и молоко, но из-за вегетарианского рациона моей сестры, нередко приходится чем-то жертвовать. Как сейчас, например. Поэтому, молоко мама заменила водой. Не знаю, чем отличается первоначальный рецепт от извращенного нашего, но я бы не отказалась от нормальной еды, содержащей молоко и другие животные продукты. Именно поэтому я постоянно пропадала в «Лофи» и других кафетериях, где было не очень дорого и, главное, было мясо и молоко. Это была и одна из причин, почему я была вынуждена любить школьную столовую. Она была моим спасательным кругом. Кроме печеного хлеба и предложенного к нему гарнира в виде арахисовой пасты и кленового сиропа, на столе было готово мое любимое кофе и чай для Эбби.
– Ты же говорила, что мама еще спит, – нахмурилась я.
– Oui, c’est ça60, – подтвердила Эбби и уселась на свое законное место.
– Тогда, кто приготовил кофе и чай?
– Moi61, – смущенно призналась Эбби и уткнулась в свою кружку с чаем.
В этот момент я чуть не подавилась собственным кофе
– Ты что?
Не может быть.
– Как ты это сделала?
Должна была признать – кофе был такой же вкусный, как мамин.
– Ну… – она неуверенно поставила кружку и посмотрела на меня.
С каких это пор она такая робкая?
– Я видела, какую консистенцию выбирает мама, сопоставила с твоими предпочтениями в кофеине, добавила пару ложек сахара и…
– Все, – я остановила ее рукой, – можешь не продолжать. Я поняла.
Что ничего не поняла. Даже к готовке кофе она подходит с научной точки зрения. Блеск.
– И… Спасибо.>>
Если находиться в одном помещении с Эбби для Иззи было проблемой, то находиться в одном помещение с Оливией – было просто катастрофой. С самого момента их встречи у крыльца их дома, она начала гнуть свою обычную палку.
– Ты даже на экскурсию в музей не можешь одеться прилично, – с легким презрением заявила она, когда сестры подошли к ней и, стоящей рядом, Моник.
– Какие-то проблемы, куколка? – Иззи одарила ее ядовитой улыбкой.
– Нет. Просто не понимаю… Ты гот, что ли? Нельзя же постоянно ходить в черном, как на кладбище.
Иззи бы не сказала, что она была одета, как на кладбище. Она даже не была уверенна, что в таком вообще туда ходят. На ней была черная кожаная куртка с металлическими заклепками на вороте, черная майка с нарисованным на ней белым черепом, такого же цвета облегающие джинсы и каблуки. Волосы, как всегда, были распущены, а с ушей свисали серьги-кольца. На этот раз она не побрезгала и подвела глаза черным. Не так, чтобы зайти за гота, но близко к этому.
– Конечно, – притворно согласилась с девушкой Изабель, – это не мое шикарное розовое платье. Кто это? Дольче и Габанно? Кажется, у кого-то было трудное детство, раз ты все еще носишь одежду а ля «мне пять лет».
Иззи не знала, что она такого сказала, но была готова поклясться, что вывела Оливию из себя, переборщив с запланированным. Та просто пылала ненавистью, готовая наброситься на рыжеволосую в любую секунду.
– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, – прошипела она.
– Ну… – вмешалась Моник. Она видела, что назревает нешуточный конфликт. – Может, уже сядем в машину?
– Я думаю, что стоит, – подхватила идею Эбби.
Девушки молча разместились в салоне Оливии Дюран, за это решение Иззи обещала еще расквитаться и с сестрой и с подругой, пригласившей не званных гостей.
Как только Иззи уселась на свое место, она достала наушники и была готова включить любимую музыку, но кто-то схватил ее за руку.
– Что это было?
Девушка повернула голову и увидела возмущенный взгляд Моник.
– Ты о чем? – нахмурилась она.
– Я про Оливию, – шепнула она, аккуратно оглядываясь, будто сидящим впереди девушкам было до них дело. – Я думала, мы с тобой все обсудили.
– Думаешь, это я первая начала? – вскинула бровь Изабель. – Ты стояла рядом и все сама прекрасно слышала.
– Не важно, кто начал – важно, кто продолжил.
– Хватит с меня твоей философии, – отмахнулась от подруги девушка. – Ты мне не мамочка и, даже, не отец.
– Ведешь иногда себя как ребенок, ей богу, – скрестила руки на груди Моник.
– Уж простите, – беспомощно вскинула руки Изабель. – Проблем в моей жизни так много, что следить за своим поведением просто нет времени.
Она сделала новую попытку вставить наушники в уши.
– Ты думаешь, что за тобой правда следит этот парень? Что был в первый школьный день в кафе?
Иззи не нужно было даже оборачиваться к подруге, чтобы понять, насколько тревожной она сейчас выглядела.
– Да, я считаю. Но это не имеет значения, если мне никто не верит.
– Знаешь, Иззи, это не шутки. Если все и, правда, так серьезно, не стоит ли обратиться в полицию?
– И что они сделают? Обсмеют меня? Если не закроют в камере и не позвонят моим родителям. Нет. Здесь нужен другой подход.
– Боюсь, у тебя уже есть план? – предположила Моник.
Если это так, то беды не миновать.
– Вот именно, – самодовольно заявила Изабель. – План. А не одна теория.
– И что же это за гениальное решение?
– Я буду всем видом ему показывать, что не боюсь и не собираюсь играть в его игры.
– Тебе не кажется, что этим ты его только спровоцируешь? – подняла одну бровь смуглянка. – А, психолог?
А вот об этом она не подумала.
– Ну, не все же реагируют так, – оправдывала свою ошибку Айнур-старшая. – И, к тому же, я только ускорю неизбежное.
– Только будь осторожна, – вздохнула Моник.
Если Иззи что-то решила, то ее уже не остановить.
Оливия завела мотор и красная «Ауди» двинулась с места. Все внимание девушек переключилось на меняющийся вид за окном.
Вокруг музея образовалась нехилая очередь. Все они были не старше девушек, кто-то даже пришел с родителями, и всем не терпелось увидеть временные и основные выставкимузея франко-акадской истории. Их немногочисленная группка зашла где-то посреди толпы, заняв место около экскурсовода.
– Постоянная экспозиция музея под названием «L» Aventure Acadienne» или «Франко-акадское приключение» представляет собой динамичную и оснащенную новыми технологиями презентацию истории франко-акадского населения в Атлантической Канаде и его культуры, – воодушевленно начала экскурсовод.
У Иззи складывалось впечатление, что женщина сама прожила все вести с лишним лет и наблюдала все события о которых желала поведать – судя по ее возрасту, и почему ей еще так вздыхать и размахивать руками – она была из той эпохи.
– Наш музей предлагает свежий взгляд на франко-акадскую историю. Наша экскурсия поделена на две основные части: хронологический раздел, начинающийся в 1604 года, а также часть, где вы более подробно ознакомитесь с бытом, религией, фольклором, культурой и искусством. Наша главная задача показать, что франко-акадское приключение далеко от завершения.
