замашки изверга есть только у Волка, а тут на тебе! У Сойки дети не сдали экзамены не потому, что отлынивали от тренировок или уроков. А потому что жестче экзаменаторов только Охотники, и то, по причине, что там несдача экзамена равносильна смерти. Сдаешь или умираешь, как бы жестоко это не звучало, но это жизнь. А тут обнаруживается, что Сойка может посоревноваться даже со Старым Маком.
— Лаврентий! — раздается громкий крик Сойки. — Заходя в новое помещение, ты не подпитал доспех. НЕ СДАЛ! И попробуй только сказать, что у тебя мало сил…
— Но почему? Он же был полон на девяносто девять процентов! — возмутился парнишка.
— Но не на все сто! Ты не сдал! — повторила она. — Назначаю тебе двенадцать уроков по строению доспехов и их использованию.
Даже я охренел… Доспех парня, и правда, был практически полон, но Сойке было наплевать. Все было сделано не идеально, а значит, он умер.
Так я учил своих людей, и так учат они новое поколение. На самом деле, кажется, что один процент — это мелочи. Но когда тебе не хватает именно его, и ты умираешь, то это не фигня. Однако, ведь группа теряет одного человека, который мог держать меч в руках, и тоже могут погибнуть, даже несмотря на то, что они сделали все идеально.
— Кира!!! ДУРА ТЫ НАБИТАЯ! ТЫ ЗАЧЕМ СТРЕЛУ ПОДНЯЛА⁈ ААААА⁈ НЕ СДАЛА!!! — снова орет Сойка, негодуя.
Она явно воспринимает этот экзамен, как настоящий бой. Даже несмотря на то, что противники здесь мирные. Они питаются, в основном, падалью, и нападают крайне редко на людей.
Ту, которую звали Кирой, не стала спорить, а лишь молча опустила голову. Тоже обычная ошибка. Девушка посчитала, что боеприпасы не стоит растрачивать, и пошла забрать стрелу, которая не сломалась. Сигнальные стрелы часто остаются на месте, но поднимать их довольно глупо. Их задача подсветить путь твоей группе, и они расходники. Если хочешь сохранить её, то попроси физика это сделать, а не иди сама туда с луком. Если на тебя кто-то там выпрыгнет из-за кустов, то ты даже не успеешь достать свой меч. Но это все мелочи. Очень все неоднозначно, ведь дети не чувствуют никакой угрозы, оттого и действуют в такой расслабленности.
Самое опасное существо для них сейчас — это Сойка и я… Но на мне личина одного из гвардейцев, которого они никогда не видели. Я играю роль обычного статиста, чтобы лично посмотреть, как они действуют в боевой обстановке.
— Александр… Они очень стараются, не суди их строго… — вдруг подошла она ко мне, и стала заступаться за подростков. — Они просто не видят прямой угрозы, вот и тупят. Я уверена, что через несколько месяцев у них будет всё в порядке.
Хотя она и орет на них, но делает это из-за заботы о них. Кто бы и что не говорил, но у Сойки очень доброе сердце. Я слышал историю, когда один гвардеец высмеял пацана, который на полигоне учился сражаться с макетом. Ну, как высмеял. Пошутил, что парень держит своё оружие, как беременный пингвин. Сойка об этом узнала и устроила показательный спарринг, в котором знатно поваляла его по земле, и обратила внимание, что держит оружие таким же самым хватом. И если ему это кажется смешным, то он может обратиться к Бурбулису, ведь это одна из техник владения меча, которую тот передал для школы.
Обычная ситуация… Взрослый мужчина совершил поступок, не подумав, как это может повлиять на подростка. Даже обидеть не хотел, а лишь повеселиться. За что и поплатился. И за такое у нас, конечно, не увольняют, а лишь проводят разъяснительную работу. Ведь у каждого человека свой характер, и это нормально. Но эта история имела интересный конец. Через месяц, примерно, этот самый человек пришел к Волку и попросил о переводе. Теперь он работает в школе Сойки учителем по физподготовке.
— Знаешь… А ведь я знаю, в чем дело, — вдруг я сказал Сойке.
— Да? Их нужно больше гонять? — загорелись ее глаза решимостью превратить их жизнь в сплошные муки.
— Нет! — покачал я головой. — И так не представляю, когда они умудряются спать. Всё дело в том, что ты и остальные их слишком хорошо обучили.
— Слишком? — она не поняла, о чем я говорю. — А так бывает?
— Бывает… Они переросли слабых врагов, а других просто не видели, вот в чём проблема. И сейчас я её решу.
Ученики как раз доходили до кристалла, который нужно было разрушить, как в «игру» вмешался я.
Не знаю, травмирую их или нет, но надеюсь на лучшее. Все же тренируют их, ой, как неслабо, и кровь они уже видели, как и смерть. Обучение проходит по такому же принципу, как мы тренировали легионеров в нашем Ордене.
— ТАМ!!! — вдруг крикнула Кира, указывая в сторону.
На её луке уже была сигнальная простая артефактная стрела. Она не думала, а просто выпустила её в твердую скальную породу, и та там и осталась, мигая красным и показывая направление. Дальше за этой стрелой туда отправились и остальные. Две осветительные и одна боевая. Она еще не знала, что там двигалось, но уже решила убить это. Вот только… Кожу змеевидной сороконожки так просто не пробить. Она очень гибкая и быстрая, и просто увернулась от стрелы, а ещё на её теле есть броня.
— СКЫЫЫЫЫЫ!!! — завыла тварь противным голосом, от которого ушам становилось больно.
— Гена, анализ! — раздались команды ребят.
— Тварь неопознанная, раньше таких не видели и не изучали, — отвечает парень в круглых очках. — Он делал всё быстро, и не стоял на одном месте, а двигался, как и нужно было. — На твари есть панцирь, значит, атака в пасть и в глаза! В ближний бой не вступаем.
Довольно неплохо всё было проделано, и я отметил этого паренька. На вид он — обычный книжный червь, а на деле — даже не дрогнул.
— СТОЯТЬ! Это опасный монстр! — говорю я ребятам, и рывком выпрыгиваю вперед. — Сейчас я его убью!!!
Хоть я и бегу вперед, но слежу через Шнырьку, что они делают.
— Идиот… — дает услышать Шнырька мне чей-то шепот с явным удивлением.
А дальше я добегаю до твари, и в один удар… Умираю…
Она просто и без затей ударила меня своим хвостом
