Читаем без скачивания Особь - Александр Варго

Начальник местного МЧС был не столь категоричен. Ведь, в отличие от правоохранителей, он владел ситуацией куда лучше.

– В Южном округе действительно участились случаи нападения неких неизвестных пока грызунов на людей, – сообщил он. – Зафиксировано несколько вспышек немотивированной агрессии. К сожалению, с летальными исходами. Однако все возможные экспертизы так и не установили причинно-следственной связи между укусами и внезапными изменениями в поведении населения…

Реплики чиновников из санэпидемстанции и горздравотдела прозвучали в приблизительно таком же ключе: мол, никаких оснований для паники не наблюдается, ситуация целиком и полностью под контролем. А главное, никто до сих пор так и не предоставил ни единого доказательства существования этого загадочного животного.

– Господин мэр, – слово взял моложавый брюнет. – Вы позволите высказаться мне?

Градоначальник мельком скосил глаза в бумажку с фамилиями приглашенных на заседание.

– Суровцев Мефодий Николаевич. Главный зоолог Центрального зоопарка, – представил он гостя и, недовольно взглянув на ученого, поинтересовался: – Ну, а вы что имеете нам всем тут сообщить?

– Минуточку… – Суровцев вышел за дверь, но спустя минуту вернулся с весьма объемным предметом, прикрытым плотной светонепроницаемой тканью. – Пока, насколько я понимаю, никто из собравшихся здесь не верит в существование афганской крысы, научное название которой – Rattus Pushtunus. Да, это действительно малоизвестное и почти не изученное животное зафиксировано пока лишь однажды британским ученым МакКормиком. И животное это, к сожалению, появилось и у нас. Два дня назад мне с трудом удалось отловить такой экземпляр в одном из подземных коллекторов Южного округа. Прошу взглянуть!

Мефодий Николаевич эффектным жестом сдернул ткань. Предмет, скрывавшийся за материей, оказался высокой и прочной клеткой, сваренной из толстой металлической арматуры. За прутьями, свернувшись в клубок, по-кошачьи мирно спало некое существо, действительно напоминающее обычную серую крысу. В позе спящего зверька не было даже намека на агрессивность. Тонкие лапки с полупрозрачными розоватыми пальчиками прикрывали острую морду с жесткими, словно из лески, усиками. И лишь тонкий голый хвост нервно подергивался, будто бы крысу терзал во сне какой-то кошмар.

– И это… тот самый страшный зверь? – Милицейский генерал даже поднялся из-за стола, чтобы лучше рассмотреть Rattus Pushtunus. – И вот эта безобидная лабораторная крыска… наделала столько шума? И это из-за нее мы тут столько времени потеряли? Да одного хорошего кота – и от десятка таких только мокрое место останется!

Взглянув на Суровцева с начальственным превосходством, он отодвинул кресло и вразвалочку подошел к клетке. Казалось, сейчас правоохранитель откроет клетку, брезгливо возьмет безобидного грызуна за хвост и просто выбросит в форточку. Взгляды присутствующих невольно сфокусировались на афганской крысе.

И тут Rattus Pushtunus неожиданно поднял тонкие веки с пушистыми ресницами и встал на все четыре лапы… По кабинету пронесся возглас неподдельного ужаса: огромные голубые глаза немигающе уставились на людей, и каждый мог поклясться, что глаза эти действуют почти гипнотически. Милицейский генерал поспешно отпрянул от клетки, мэр мегаполиса схватился за сердце, начальник МЧС даже на всякий случай отодвинулся в кресле подальше от стола.

Мерзкая тварь неторопливо приподнялась на задние лапки и уперлась передними в мощные прутья клетки. Так она и простояла минуты три – недвижная, словно чучело в мастерской таксидермиста, и оттого еще более страшная. Омерзительный голый хвост нервно забил по полу. Продолжая немигающе смотреть на присутствующих, грызун угрожающе ощерил передние двойные резцы. Чиновники смотрели на животное со все возрастающим страхом; ничего подобного они не ожидали увидеть. В кабинете воцарилась полнейшая тишина: можно было услышать, как под потолком звенит комар.

Несколько минут крыса так и стояла, упершись передними лапками в прутья и щеря бритвенно острые резцы. Никто не пытался выскочить из кабинета, никто даже не шелохнулся… Словно ледяное дыхание ужаса сковывало движения людей. За окнами тревожно зашелестела листва, и порыв ветра дунул в водосточную трубу, извлекая из жести заунывные звуки.

Rattus Pushtunus медленно перевел взгляд страшных глаз на милицейского начальника и запищал с внезапной агрессией. Теперь длинный хвост ритмично бил по полу клетки, рыжеватая шерстка на загривке встала дыбом, и только огромные люминесцентные глаза продолжали смотреть на человека с откровенным презрением и ненавистью. А крыса пищала и пищала все пронзительней, и от этих адских звуков у людей мороз пошел по коже…

– Боже… – только и сумел вымолвить правоохранитель и схватился за сердце…

…Милицейского генерала увезли на «Скорой». Однако заседание после небольшого перерыва все-таки было продолжено. Естественно, общая тональность кардинально изменилась. Теперь ни о «мистификации», ни о «нагнетании нездоровых сенсаций» не могло быть и речи. Центр внимания, как и следовало ожидать, сфокусировался на биологе: ведь он, как профессиональный ученый, один мог дать ответы на множество возникших вопросов.

Однако и сам Мефодий Николаевич знал не так много, как ему хотелось. Он сообщил, что существо это недостаточно изучено академической наукой, но пока удалось прояснить главное: Rattus Pushtunus – животное двуполое, способное к быстрому самовоспроизводству, и репродуцироваться оно может с угрожающей скоростью. Что наверняка уже и случилось в многочисленных подземных коллекторах мегаполиса. А уж о количестве расплодившихся тварей можно лишь догадываться. Равно как и о количестве укушенных людей.

– Повторяю: ситуация выходит из-под контроля, – молвил Суровцев. – Если уже не вышла. Необходимы какие-то неотложные и радикальные меры. Только это нас всех спасет.

Вопросы собравшихся звучали все тревожней, и теперь в интонациях не было и тени сарказма.

– А вирус агрессивности действительно неизлечим?

– Какой образ жизни они ведут, дневной или ночной?

– Какие у них естественные враги?

– Как с ними вообще можно бороться?

Мефодий Николаевич обвел городское начальство бесстрастным взглядом.

– Пока нами достоверно установлена причинно-следственная связь между укусами людей и резкими изменениями их психосклада, – отчеканил он официально. – С самого начала эпидемии и до вчерашнего дня у жителей Южного округа зафиксировано сорок девять случаев вспышек немотивированной агрессии. Думаю, что и за сегодня как минимум еще три-четыре. Практически все люди, у которых наблюдались подобные вспышки, в скором времени погибли: автомобильные катастрофы, самоубийства, огневой контакт с сотрудниками правоохранительных органов. Жертвы крысы словно бы сами искали собственную смерть. То есть налицо полная потеря чувства опасности. Причину агрессии ни я, ни ведущие эпидемиологи назвать пока не могут. Но, боюсь, следующей жертвой Rattus Pushtunus может стать каждый из нас, тем более что никакого эффективного средства борьбы с этой заразой пока не найдено…

Глава 13

На следующий же день по всем городским телеканалам было озвучено обращение к жителям мегаполиса: мол, примите меры предосторожности, в Южном округе действительно появился странный зверек, внешне напоминающий крысу, укусы которого ведут к необратимым изменениям в психике.

Градоначальник, который самолично редактировал текст обращения, распорядился, чтобы общая тональность была сдержанной: сеять среди населения панику не хотелось. Однако видеокадры жуткого существа, продемонстрированные по телевидению, были красноречивей всяких слов…

И уже спустя сутки Rattus Pushtunus стала в мегаполисе темой номер один. Многие смутно припоминали, что слышали рассказы соседей о «тушканчике»; многие вроде бы сами наблюдали подобных существ. В блогах и интернет-форумах то и дело появлялись новые фотоснимки афганской крысы, и теперь самые законченные скептики поверили, что это не мистификация или продукт «Фотошопа».

Паника если и возникла, то ненадолго. Кое-кто на всякий случай переехал за город, на дачи. Кто-то – подальше из Южного округа, к родственникам и знакомым в других районах. Врачи «Скорой помощи» зафиксировали несколько десятков сердечных приступов и инфарктов: якобы пострадавшие видели странное зубастое существо с огромными голубоватыми глазами.

Те же, у кого не болело сердце и не подпирало давление, бросились в аптеки – скупать крысиную отраву килограммами. Раздел «Зоотовары» в газетах бесплатных объявлений стал едва ли не самым читаемым: строчки «отдам котят в хорошие руки» подчеркивались многократно. У мусорных контейнеров исчезли все коты – их просто разобрали по квартирам.

Королем рынка стали крысоловки самых разнообразных конструкций и видов. Их десятками выставляли в магазинах прямо с утра, и уже к обеду в продаже не оставалось ни одной. Караванами покатили фуры с дешевыми китайскими капканами – их гирляндами вывешивали во всех ларьках на городских базарчиках. За какую-то неделю устройство для ловли грызунов стало обязательной деталью быта, особенно у жильцов нижних этажей. Владельцы богатых коттеджей за кольцевой предпочитали навороты посерьезней – продвинутые сигнализации с датчиками движения и самораскрывающимися сетками, чуткие напольные сенсоры и даже целые комплексы с портативными видеокамерами и дистанционным управлением. В загородных особняках появилась неожиданная мода на питонов – кто-то пустил слух, что эти гигантские змеи – самые страшные естественные враги крыс. Правда, за все это время не было зафиксировано ни одного случая поимки жутких существ; и домашние питомцы, и хитроумные приспособления создавали скорей иллюзию защищенности.