— Играть-то будете?
Лиля посмотрела на равнодушное лицо девицы в окошке и кивнула.
— Подождите, — сказала вдруг девица. — Вы играете не одна.
Лиля повернулась и увидела рядом краснолицего молодого человека с маслеными, липнущими к черепу волосенками.
— Я не хочу с ним, — попробовала возразить Лиля. — Я сама.
— По правилам не положено, — не моргнув и глазом, ответила девица.
Лиле, конечно, в голову не пришло спросить у нее правила.
— Ладно, — ответила она, пожав плечами, и с молчаливого согласия своего соперника нажала кнопку.
Рулетка завертелась и замерла между «4» и «5». «4» было у Лили, «5» — у ее противника.
— Невероятный случай! — воскликнула девица в окошке. — Никто не выигрывает. Спорный ход. В таких случаях наша фирма предлагает суперставки, четыреста тысяч рублей и по пятьдесят тысяч с каждого игрока. Это — наш супербанк! — Она торжественно посмотрела на обоих. — Опять же, можно все решить, просто нажав на кнопку, но это слишком скучно для такого случая. Фортуна явно на вашей стороне, — добавила она, обращаясь к Лиле.
Лиля почувствовала холодок азарта. Не то чтобы ей нужны были деньги. Испытать судьбу — вот искушение. Она никогда не играла в казино, просто не хотела. Всегда считала это глупым занятием. Но сегодня что-то зацепило ее.
Она искоса глянула на своего соперника. Обтерханный какой-то тип. С ее деньгами она легко его переиграет.
— Ставлю пятьдесят тысяч, — сказала она небрежно.
— Принято. Пятьдесят тысяч против вас. — Девица положила на стойку электронный секундомер. — У вас минута на размышление. Либо вы поднимаете ставку, либо весь банк уходит к девушке.
На дисплее заскакали цифры. Парень маялся.
— А если она опять поставит?
— Вы проиграли, если не ответите.
Он вынул из кармана пятидесятитысячную купюру и присовокупил к ней еще десять тысяч.
— Ставка бита. Десять тысяч против вас. — Девица повернулась к Лиле. — Ставьте побольше, чтобы вывести его из игры.
— Сто тысяч.
Лиля и не заметила, как вокруг собрались люди. Они подпирали ее со всех сторон, дышали в затылок, и от этого она возбуждалась еще больше.
— Девяносто тысяч против молодого человека.
Лиля видела, как он волнуется. Такого обыграть — раз плюнуть.
— Не пасуйте, девушка. Он уже у вас в кармане, — просипел кто-то над ухом, обдав ее запахом перегара.
Лиля, поморщившись, достала две стотысячные банкноты и зажала их в кулаке. Парень, явно страдая, вынул две бумажки по пятьдесят тысяч.
— Принято. Десять тысяч против вас.
Лиля разжала кулачок. Одна банкнота, закружившись, упала на землю. Лиля не успела среагировать. Чумазый мальчишка с ликующим криком:
— Что с возу упало, то пропало! — исчез с ней в толпе. Передернув плечами, Лиля достала еще одну такую же.
— Сто девяносто тысяч против молодого человека. Вокруг раздался одобрительный гул. Лиля почувствовала себя героиней шоу. Молодая красивая богачка сорит деньгами.
Игра продолжалась. Не успела она и глазом моргнуть, как вся наличность у нее кончилась. Банк раздулся до угрожающих размеров. В пылу игры она как-то не задумывалась над тем, откуда у этого обтерханного парня столько денег.
С неизменным тяжелым вздохом он доставал и доставал из кармана деньги, не переставая причитать:
— Я уже столько вам отдал! А что будет, если у меня деньги кончатся?
— Девушка заберет весь банк, — терпеливо объясняли ему. Он снова душераздирающе вздыхал и лез в карман. Лиля заглянула в свой изящный кошелек от Гуччи, не замечая, что вместе с ней туда заглядывают еще несколько пар глаз.
— У меня нет больше денег, — растерянно сказала она.
— Если нет наличности в рублях, мы с удовольствием обменяем доллары, — весело сообщила девица.
Ей было чему радоваться. Эта смазливая дурочка в обалденном прикиде уже оставила у нее больше миллиона. Какой улов!
Лиля достала сто долларов.
— Обменяйте, пожалуйста.
— Вот это размах! — прошептал кто-то.
От ее сомнений не осталось и следа. Выигрыш во что бы то ни стало останется за ней.
— На сегодня наш обменный курс — четыре тысячи рублей, — сообщила ей девица.
— То есть как? — удивилась Лиля. — Везде почти пять.
— Сожалею. Правила фирмы.
Лиля оглянулась в поисках обменного пункта. Девица сразу поняла, о чем она думает.
— Ближайший обменный пункт на той стороне, по переходу. Но учтите: если вы отойдете от стойки, то будете считаться проигравшей. Правила фирмы.
Подавив в себе раздражение, Лиля резко кивнула:
— Меняйте!
«Если она еще раз скажет: „Правила фирмы“, я просто не выдержу», — подумала Лиля.
Игра продолжалась. Молодой человек уже давно перестал вздыхать и причитать и только с ловкостью фокусника извлекал на свет Божий деньги.
У Лили закружилась голова от нереальности происходящего. Она вдруг почувствовала себя мухой, запутавшейся в паутине. Ей захотелось вырваться из липких пут, все бросить и уйти, но мысль о том, что все ее деньги вот так, с бухты-барахты, перейдут к этому облезлому типу, не давала ей сделать этого. Не бездонный же у него карман, в конце концов!
— Вы — молодчина! — просипел ей в ухо грубый голос. — Такой игры я еще не видел. Богачкой станете, помяните мое слово.
Она уже ничего вокруг не замечала. А зря. Приглядись она повнимательнее и увидела бы, что какой-то парень периодически заглядывает в кабинку, возвращается и незаметно сует что-то в карман ее соперника.
Заметь она это — давно уже поняла бы, что играет против своих собственных денег.
Пятьсот долларов растаяли как дым.
— Двести пятьдесят тысяч против девушки.
Лиля судорожно осмотрела кошелек, хотя заранее знала результат. Пусто. С собой у нее больше ничего не было. Тут она вспомнила, что сигареты так и не купила, а на обочине ее терпеливо дожидается таксист, с которым тоже предстоит расплачиваться. Вадим весь день в разъездах, его не достать. Лиля вдруг растерялась.
Девица указала на секундомер.
— Поторопитесь. У вас осталось двадцать секунд на размышление.
Двадцать секунд, сорок, час — какая разница?
— Я… У меня деньги кончились.
— Но вы же не можете так уйти. Ваш противник совсем измотан. Подумайте, какой куш! Для такого игрока, как вы, мы можем сделать исключение и принять в виде ставки какую-нибудь ценность. Браслет или сережку.
Рука Лили непроизвольно потянулась к уху, остановилась на полдороге. Она обежала взглядом окружающие ее лица. То, что она прочла на них, повергло ее в ужас. Неприкрытая алчность, насмешка, нетерпеливое ожидание. У всех одно и то же выражение.
Ее вдруг как озарило. Они же все здесь заодно, одна шайка, и у всех свои роли. Только что нывший, потный соперник посматривает на нее с плохо скрываемым превосходством. И куда только подевалась его неуверенность!
