Конечно, не исключено, что главным образом дело было в качке… Но в то же время все джентльмены, за исключением ее отца, герцога и, конечно, лорда Юстеса, казались немного раскрасневшимися, а в глазах их появилась поволока, отчего они казались немного туповатыми.
Но в чем бы ни заключалась причина, а лорд Айвен Уолшем решительно направился к леди Дейзи и обнял ее за талию.
— Ты сегодня дьявольски хороша, Дейзи, — воскликнул он. — Давай выйдем на палубу, полюбуемся на луну, а потом я тебя буду любить и целовать.
Леди Дейзи с привычной ловкостью выскользнула из его объятий и шутливо ответила:
— Не смей ко мне прикасаться, Айвен! Ты же знаешь, что я принадлежу Вэриену, а он принадлежит мне!
— Вы в этом уверены? — ледяным голосом осведомилась леди Тэтем.
В голосе светской дамы прозвучал вызов — да и смысл ее взгляда был совершенно понятен.
Возможно, если бы за обедом вина было выпито меньше, леди Дейзи смогла бы найти остроумный ответ. Сейчас же она только яростно проговорила:
— Могу я узнать, что вы хотите этим сказать?
— Вы действительно хотите, чтобы я вам ответила — при всех? — уточнила леди Тэтем.
Теперь ее глаза загадочно сощурились, а губы изогнулись в явно вызывающей улыбке.
— Вы мне ответите, на что пытались намекать, — гневно сказала леди Дейзи, — или я из вас вытрясу ответ!
Тут в салон вошел герцог, который шел немного позади остальных джентльменов. Леди Тэтем кинулась к нему в притворном испуге.
— Спасите меня! Спасите меня, Вэриен! — воскликнула она, припадая к его груди. — Спасите от этой… от этой медузы со змеями вместо волос!
Герцог, который не слышал всего, что только что было сказано, казался изумленным. Поскольку корабль довольно сильно качало, любезность заставила его обхватить леди Тэтем рукой за талию, иначе она упала бы. И тут леди Дейзи дала своей сопернице звонкую пощечину, а сама впала в истерику.
Все присутствующие дамы захлопотали вокруг нее, а герцог, ничуть не смутившись происшедшим, тем временем уселся за карточный стол и пригласил сэра Чарльза и еще двоих джентльменов присоединиться к нему.
И леди Дейзи, и леди Тэтем поспешно удалились к себе в каюты. Беттина, которую ужасно смутила разыгравшаяся в салоне сцена, тоже сочла за лучшее уйти.
Час спустя она уже лежала в постели с книгой, когда в ее дверь постучали. Беттина подала голос, приглашая войти, — и в ее каюту заглянул отец.
— Что-нибудь случилось, папа? — спросила она, удивившись его появлению.
— Дело не в этом, — ответил сэр Чарльз. — Я хотел с тобой поговорить.
Он уселся на край се кровати и при этом вынужден был уцепитьсяза медную спинку — «Юпитер» уже довольно сильно бросало на волнах. Беттина отложила книгу и, широко раскрыв глаза, смотрела на отца.
— Я решил, что после того неприятного эпизода, который тебе пришлось сегодня вечером увидеть, нам надо кое о чем переговорить, — начал сэр Чарльз.
— Я нехорошо поступила, что ушла из салона? — быстро спросила Беттина.
— Нет, наоборот — очень разумно, — ответил сэр Чарльз. — Но я только сейчас, когда эти две дуры устроили сцену, понял, что ты слишком юна для подобных вещей.
Помолчав, он негромко добавил:
— Твоя мать не одобрила бы твоего участия в этом плавании. Ты это понимаешь?
Беттина ничего не ответила, поскольку ей трудно было понять, чего от нее ждет отец.
— Видишь ли, девочка, — продолжил сэр Чарльз после недолгого молчания, — я ведь, кажется, говорил тебе, что у герцога не очень хорошая репутация. Подобных ему людей называли повесами.
— Он просто великолепен, папа! — не согласилась Беттина.
— Слишком хорош собой, слишком богат, слишком привлекателен для женщин, — отозвался ее отец. — И в этом, Беттина, все дело.
— Вы хотите сказать, что рядом с ним женщины всегда ведут себя таким образом? — изумленно раскрыла глаза Беттина.
— Боюсь, что довольно часто, — признался сэр Чарльз. — Не могу понять, зачем ему понадобилось приглашать одновременно и Дейзи, и Инид Тэтем. Разве только из желания позабавиться, наблюдая за их войной.
— А в которую из них он влюблен, папа?
Немного помолчав, сэр Чарльз ответил:
— Видишь ли, тут вообще не следует вести речь о любви. По-моему, Вэриен уже много лет ни в кого не влюблялся. Я даже не уверен, любил ли он в своей жизни кого-нибудь по-настоящему.
— Тогда… я не понимаю…
— Ну, тебе и не положено понимать такие вещи, — сказал сэр Чарльз. — Я осознаю, что мне не следовало вводить тебя в подобное общество прямо со школьной скамьи, но у меня не было выбора. Иначе я сам не смог бы поехать на открытие канала — а мне очень хотелось на нем присутствовать.
— Вы же знаете, как я счастлива, что тоже смогу его увидеть! — воскликнула Беттина.
Ее отец улыбнулся.
— Если бы не щедрость Элвестона, мы бы никогда не попали в Египет.
Беттина ответила ему улыбкой,
— Конечно, нет, папа. Так что мы не должны критиковать герцога, правда?
— Ты — очень разумная девочка, Беттина, — отозвался сэр Чарльз и ласково похлопал ее по руке. — Я тобой горжусь. И в то же время я не могу не чувствовать себя немного виноватым во всем, что происходит сейчас,
— Пожалуйста, не надо так говорить, папа! — умоляюще прошептала Беттина. — Все очень ко мне добры, и я наслаждаюсь каждой минутой нашего плавания. Если никто не будет ссориться со мной и давать мне пощечины, то я могу не обращать внимания, как они ведут себя друг с другом.
— Но это дурно! Тебе не следовало бы видеть подобные вещи, — с тяжелым вздохом проговорил сэр Чарльз. — Дейзи следовало бы вести себя разумнее. Но, с другой стороны, Инид Тэтем из кожи лезет, чтобы устроить неприятности.
— А она очень сильно влюблена в герцога? — спросила Беттина, вдруг почувствовав жалость к экзотической красавице.
— Несомненно, он нравится ей как мужчина, но еще сильнее ей нравятся его герцогский титул и деньги, — откровенно ответил отец.
— Вы хотите сказать, что если герцог будет считаться ее поклонником, то это прибавит ей веса в обществе? — спросила Беттина. — Но… я не понимаю… одной вещи, папа.
Она замолчала.
— Ну, так чего же ты не понимаешь, моя разумница? — поторопил ее сэр Чарльз.
— Я не понимаю, что они в конце концов рассчитывают получить, если сумеют добиться благосклонности герцога. Ведь в конце концов и леди Дейзи, и леди Тэтем замужем — у них есть мужья. Он не может жениться ни на одной, ни на другой!
Сэр Чарльз несколько секунд не отвечал. Беттине показалось, что он тщательно подыскивает слова, чтобы объяснить ей, в чем дело,
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
