Читаем без скачивания Холера. Дилогия (СИ) - Радик Соколов

Безуспешно. Варя сбегала за водой и принялась нежно вытирать осунувшееся лицо. Наконец, Сергей пришел в себя, огляделся вокруг и его взор приобрел осмысленность. Осунувшийся и исхудавший, как ощипанный цыпленок, он сел на своей пропитанной потом лавке, не зная сам, что случилось и, что делать. Он недоверчиво посмотрел на Саблина, и вопросительно перевел взгляд на Варю.

— Кто это, Варя? — спросил он, убирая ее руку с плеча и медленно вставая.

— Потом, поговорим — ответила она, обратив на недавнего узника улыбающееся лицо. Ей, по-видимому, в этот момент владели самые светлые чувства и она, не выдержав почти пропела. — Освободили мы тебя. Кончилось твое заточение.

На нетвердых ногах, держась за холодную стену и опираясь на плечо девушки, узник двинулся прочь из своей камеры.

Ночевать в избе Демида Саблин не захотел. Все опасения относительно здоровья Сергея развеялись. Он просто ослаб и оголдал. К вечеру Сергей уже чувствовал себя лучше, а вокруг него так и вилась новоприобретенная невеста. Все лиходеи, включая Оксану, были заперты в сооруженную для других и только что освобожденную узником камеру.

До тракта можно было добраться на телеге, но Женька совершенно не умел обиходить коней, да и путь пролегал аккурат через село, где могли возникнуть непредвиденные трудности. Отправляться он решил на лодке, с которой молодые расставались без всякой жалости в отличие от пары вороных и возка. Смотря, как Варя зло говорит о Демиде, Саблин даже думать боялся об ожидающей лиходеев судьбе. Добро же, накопленное разбойниками не долго оставалось бесхозным и нашло, похоже, наследницу. Девушка вообще чувствовала себя хозяйкой и как само собой разумеющееся вступила во владение имуществом, так и не состоявшегося свекра.

Через пару дней девушка хотела отправиться в село и рассказать о случившемся, так что бричка ей была гораздо нужнее. Саблин участвовать в деревенских делах не желал и упросил по возможности не упоминать о его участии. Он даже слышать не собирался о версии, которую Варя собиралась преподнести односельчанам. Поэтому девушка была даже довольна, что Женька уезжает.

Ни о какой благодарности за освобождение Сергея, Женька не упоминал. Досталось столь необходимое местное облачение и ладно. Тем не менее, Варя всучила Демидов сундук с оружием. Саблин вынужден был уступить напору красавицы и принять, навязанные ей подарки. Женькины вещи были упакованы в плетеный короб, который хозяйка расположила на корме баркаса. Оружие разместилось в тайнике на носу. Сюда же Женька планировал поместить и золото, избавившись нескольких стволов.

Сергунька молча лежал на высокой хозяйской кровати и только поражался энергии и деловитости своей на диво хваткой невесты.

Глава 4

Вновь река. Ширина ее уже достигала пары десятков метров. Течение замедлилось и стало едва заметно. До постоялого двора, что на берегу реки возле тракта предстояло идти долгих пять дней. Медлить Саблин больше не желал и решился двигаться даже в темноте. Тем более, что ветер разметал густую мантилью туч и огромная полная луна выглянула чтобы осветить водную гладь. Пугали только деревья, теснившиеся на берегу и простиравшие над водой свои извитые ветви, будто огромные призраки, тянули свои холодные руки к шее неосторожного моряка, да непонятные звуки то и дело вспарывавшие ночную тишь. Примиряло со страхами то, что на середине реки нет опасности встретится с лесным хищником.

Два дня вокруг было полное безлюдье, и только на третий день Женька увидел строения с дымящимися трубами. Лодка, повинуясь веслу, сделала крутой поворот и направилась к той части берега, где валунов торчало поменьше и виднелся старый потемневший причал, почти сплошь заставленный разномастными посудинами. Из бревенчатого домика, стоявшего недалеко от причала, выскочил мальчишка, ловко поймал брошенную веревку и аккуратными кольцами набросил ее на бревнышко.

— Надо бы до Архипа дойти. — Паренек принял мелкую монетку и махнул рукой в сторону аккуратной избушки, притулившейся по соседству с приземистыми почерневшими коптильнями.

— Угу. — Саблин с трудом выбрался на мостки и пошел в сторону лестницы, ведущей наверх. Первые шаги пришлось делать через силу. Ноги пронизали тысячи крохотных иголочек.

В окне домика уже светился огонь. Пригнув голову, Женька нырнул внутрь и, в два шага преодолев сени, вошел в единственную комнатку. Помещение было крошечное с одним узеньким слюдяным окошечком. Большую часть пространства занимала кирпичная печь с изогнутой трубой. На столе горела дешевая жестяная лампочка. На лавке у стола сидел хозяин и прихлёбывал чай из стакана, закусывая самодельными сухарями.

Саблин с поклоном обратился к бородатому мужику.

— У меня, владетель, до тебя дельце есть небольшое… — Женька понимал, что от него могут ждать на берегу реки.

— Присаживайся гость нежданный, — проговорил Архип, ничуть не удивленный словам гостя. — Ну как меня зовут, ты знаешь, мальчонка сказал, небось. Тебя то, как величать.

— Молчун… Беспамятный. — Заученно буркнул Женька. — Вот рыбки привез. Почем возьмешь?

— Даром не приму. — Архип со скукой в голосе повторял уже не раз произнесенную фразу. Свежую рыбу привозили для него местные мужики. Как раз столько, сколько надо для загрузки коптильни. Они не погладят по головке, коли он будет брать по дешёвке у стороннего продавца то, чего в избытке у деревенских. Враз подстрелят. Тут с этим не шутят. — Ежели желаешь, ушицу себе приготовь… Лук с картошкой подкину на бедность.

Архип промышлял торговлей копчеными рыбами, а случись, то колбасами да балыком. Дело он вел справно, и трудовая копейка начала наполнять мошну. Тут и подросший сын отцу в помощь. Все вроде наладилось, успокоилось и тут как снег на голову. Собирай хозяин приданное. Пришел срок выдавать замуж старшую дочь. Об этом сейчас болела голова и у Архипа, и у его жены.

— Вот. — Саблин осторожно развернул тряпицу и вынул из нее небольшой деревянный ящичек. Лак на верхней крышке оказался весь в трещинках и частично осыпался, выдавая либо халтурную работу краснодеревщика, либо неаккуратность владельца. В одном месте крышка и вовсе изрядно протерлась, обнажая затертые волокна дерева, а в другом была словно погрызана. Поместив товар на столике перед лампадкой, Женька откинул крышку.

— Так. — Архип рассмотрел в углублении хищный лик пистолетов, походивших на зализанные острые коряги так и норовившие ткнуть острым концом в бок, стоит неосторожному путнику их не заметить. Оружие, как и шкатулка тоже было не новым. Однако, Архип не мог оторвать глаз от опасных игрушек. Они словно приковали его к себе.

— Вещь! — Женька не хотел многословием сбить чудо узнавания «своего» оружия.

— Да. — В раздумье проговорил Архип, чувствуя, как на лбу у него выступила непрошеная испарина.

— Видишь, тут же шомпол, пулелейка, мешочек для пороха, запас пуль, пыжи.

— Угу. — Только тут покупатель смог оторвать взгляд от стволов, словно привязавших к себе и рассмотреть в углублениях перечисленные вещи.

— Давай покажу. — Женька хотел взяться за рукоятку одного из парных пистолетов.

— Сам. — Архип отстранил протянутую руку и опять стал внимательно рассматривать оружие перед неверным светом лампочки. Только теперь он уже любовался хищной красотой, совсем забыв о госте, который щурился из-за его плеча на отблески, едва пробегавшие по темному металлу.

— Сколько же ты за них хочешь, Путник? — Спросил, приходя в себя, Архип.

— Совсем не дорого. — Саблин потер рукой гладко выбритый подбородок. — Паспорт и подорожную. Здесь я их показывать никому не буду. Сяду на лодку и нет меня. Я через постоялый двор, что на тракте иду. Переселенцев дождусь, с партийным старшиной договорюсь, да в город уеду. Достанешь?

— Ну, это можно. — Архип кивал головой, уже обдумывая как добыть нужные бумажки. — Пошли, переночуешь пока у меня, а за твоей лодкой малой присмотрит. Все одно за дымом смотреть.

Село вытянулось длинной змеей вдоль неширокого притока. Раскинулось по обе его стороны. Живописно усеяло бревенчатыми избами холмистые берега. Было в поселении дворов сорок, не менее. Крайнее подворье как раз и принадлежало Архипу. Он громко постучал кулаком в закрытую калитку. Во дворе кто-то завозился и с трудом скинул тяжелый деревянный брус, служивший запором. Видать набухшая после дождя деревяшка никак не хотела вылезать из скоб.

Из глубины двора слышался злобный лай, тут же сменившийся радостным повизгиванием стоило лайкам учуять хозяина.

— Батюшка, сделал бы ты что-нибудь с энтим с запором-то… — Голенастая, совсем еще молоденькая девушка укоризненно смотрела на отца. Намучились мы с ним. Купи ты уже нормальный крюк. — она сладко лизнула Женьку бесстыжим взглядом.