— Уровень магии, — шёпотом пояснила она. — Чем больше золотой пыли — тем сильнее потенциал.
— Спасибо, — Лита улыбнулась. — Лита. Литиция Келисавва-Вербенсклетт.
— Марта. Марта Инбрисс.
— Тебе не тяжело? — Лита кивнула на упитанного ежа.
— Да нет… Жаль будить Ульриха. Он ещё не оправился.
— Не оправился? От чего?
— От зелья. Бабушка говорит — это бывает с фамильярами.
— Странно. С моим всё нормально было.
— Уверена?! — зашипел Уж Лите в самое ухо так, что она поморщилась. — Да я едва не умер!
— С тобой всё в порядке? — участливо спросила новая знакомая.
— Да… Да, конечно!
Больше они не разговаривали. Выпускницы по очереди подходили к придворному магу. Золотых пылинок было…немного. Члены комиссии поджимали губы, вздыхали, перешёптывались, сверялись с кипой каких-то бумаг… Наконец они вешали на шею успешно прошедшей испытание девушке цепочку с искрящимся кулоном. Ради этого кулона все они учились восемь долгих лет. Все, кроме Литы. Это — лицензия. Право на существование. Гарантия, что не умрёшь с голоду, ибо если ведьма действительно принадлежит по крови к колдовскому роду, она должна предоставлять королевству магические услуги — таков закон. Родиться ведьмой — не такое уж и счастье, если разобраться…
— Ты уснула, эй? Нам пора!
Лита вздрогнула. Уж был странный. То болтает без умолку — шипит в ухо, щекочется, заставляя гримасничать — то молчит. Весь бал молчал. А тут…
— Литиция Келисавва-Вербенсклетт!
Она вздохнула и пошла к Мартишу Эрлину. Вот идёт она к нему, несёт ужа на вытянутых руках, а колени трясутся. Она не боится, что её потенциал не дотянет до определённого уровня. Быть того не может. Тогда чего? Чего она так боится? Почему этот человек так действует на неё?
Всё это время придворный маг его величества ни разу не поднял глаз. Опустив голову и спрятав лицо под капюшоном, стоял с вытянутой рукой. Но стоило Лите подойти — Эрлин выпрямился. Резким движением скинул плащ, и посмотрел ей в глаза.
— Съела что-то не то на балу?
Склонив голову на бок и сложив руки на груди, маг приподнял брови.
— Я?
— Ну, не я же.
— Нннет… С чего вы…
— С чего я взял? Ты просто пылаешь! Ещё чуть-чуть — спалишь Академию. А постройке, между прочим, не одна тысяча лет.
— Сколько?
— Хочешь знать точно?
— Да.
— Триста шестьдесят шесть.
Со стороны магического совета академии послышалось недвусмысленное покашливание.
— В чём проблема? — недовольно протянула Атарина Ридея.
— Никаких проблем, — процедил Мартиш Эрлин. — Мне нужна колба. Принесите.
— Зачем она вам, Эрлин? — преподавательница откинулась на спинку креста.
— Ладно. Справлюсь сам, — вздохнул маг.
Эрлин щёлкнул пальцами. Атарина Ридея перестала смеяться и даже побледнела. Меж пальцев колдуна тут же появилось то, о чём он только что просил. А потом… Потом случилось нечто очень, очень странное…
Глава 12
ЛитаЗолотой песок. Магия в чистом виде. Если написать о нём трактат — не хватит пергамента всего королевства. Перьев не хватит. Не хватит чернил. Самое большое число книг в библиотеках — о Золотом песке. Самые удивительные легенды — о Золотом песке. Если в составе зелья нет Золотого песка — это и не зелье вовсе! Так…целебный отвар.
У тёти Петти всегда в запасе увесистый мешочек, и чтобы так оно и было, запас необходимо пополнять, а это… Не просто! Можно сосредоточиться и отдать все силы, что есть. За день получишь несколько крупинок на донышке колбы. А можно и по-другому. По звёздам, по приметам особым — вычислить день и найти горстку в тайном месте. На конце радуги или на шляпке гриба за секунду до того, как исчезнет последний закатный лучик. Под кустом цветущей кнолии, что цветёт в полночь, раз в десять лет. В чашечке кпавки, если цветка коснётся отражение полной луны в лесном озере. С крыльев первого полёта бабочки.
Способов много. Можно встретить крошечных лесных эльфов верхом на улитках, и, если ты им понравишься, они подарят мешочек, а если сильно повезёт, то плюс к тому исполнят любое желание. Правда, в эту сказку вот уже лет сто как никто не верит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что-то не так?
Лита переводила напряжённый взгляд с одной тётушки на другую. Казалось бы — всё хорошо. Она блестяще прошла инициацию. Получила лицензию и целый пузырёк с Золотым песком! Вот только тётки как воды в рот набрали. Совет магов тоже — побледнели все, даже директор! Ридея — та и вовсе позеленела от злости. И что с ними со всеми? Ну, заплясали золотые искры магии над Ужиком, наполнив колбу до краёв — и что? Она — ведьма, Драг — фамильяр. Что в этом такого…удивительного?
Даже Мартиш Эрлин. Вроде с самого начала знал, что так будет — подготовился заранее, чтоб ценному ингредиенту не пропасть, — а туда же! Застыл, как… Как призрак усопшего.
— Что ты, детка! Всё прекрасно, — улыбнулась тётя Руми, вот только голос у неё странно подрагивал.
— Всё не так, — нахмурилась тётя Петти. — Понимаешь? Всё!
— Пет! Перестань портить малышке настроение! Она умница, она…
— Она уже не ребёнок, Румильда, — тихо произнесла Петунья Вербенсклетт, бросив на племянницу обеспокоенный взгляд.
- Да в чём дело-то? Что с вами со всеми? Что со мной не так?!
Они сидели в уютном общем зале, возле самого камина. Изумрудные, бархатные, слегка потёртые гардины, потолок расписан драконами, летящими среди остроконечных горных вершин. Не смотря на бал и традиционную церемонию инициации юных ведьм, здесь было пусто — это была скромная гостиница на окраине столицы. Добираться во дворец не удобно, конечно, зато тихо.
— Не с тобой, — тётя Петт взяла руки племянницы в свои. — С фамильяром твоим. Слишком много удивительного и странного… Слишком много. Во-первых, я никогда не слышала, чтобы Уж…
— Был фамильяром? — Лита высвободила руки и сложила их на груди. — Ну и что? Фамильяром может быть кто угодно!
— Не совсем так, — ведьма прищурилась. — Есть перечень. Список. Очень длинный, правда. В нём перечислены все фамильяры.
— И Ужа там нет?
— Не знаю, девочка. Говорю же — очень длинный.
— Хорошо. Я найду свиток в библиотеке. У меня лицензия с отличием, а это значит — неограниченный доступ ко всем архивам королевства. Если Ужи там числятся — ты успокоишься?
— Ха-ха-ха… Всё-таки ты ещё совсем…ребёнок. Не стоит идти на такие жертвы. Тем более что это всё равно ничего не изменит.
— Тогда что вас так сильно беспокоит?
— Ты — очень сильная ведьма, Лита, — тётя Румильда погладила ярко-оранжевую шёрстку Бергамота. — Мы боимся зависти. Такое количество магии… Тебе никогда этого не простят.
— Отобьёмся, — отмахнулась Петунья. — Это не так страшно.
— Тогда что?! Тётя Петт?
— Мартиш Эрлин. Никто толком не знает — кто этот колдун и откуда взялся при дворе, — проворчала старушка. — Одни слухи. Одни слухи… Даже те, кого я всегда считала людьми здравомыслящими, такое несут! Будто питается он исключительно змеиным молоком.
— Тётя Петт! — Лита застыла, не донеся до рта сладкий пирожок.
— Вот и я о чём! Чушь какая… Будто живёт он двести лет и на лицо не меняется, а молодость продлевает тем, что купается в крови убитых девственниц.
— Бред, — Лита нахмурилась.
— Согласна, — ведьма покачала головой. — А только о количестве магии твоего фамильяра Эрлин знал заранее. И не вся магия, скажу я тебе, становится Золотым песком.
— Не вся? — вот тут Лита удивилась по-настоящему.
— Не вся. В Золотой песок превращается лишь магия умеющего колдовать. А фамильяры сами не ворожат! Они поддерживают. Делятся энергией. Золотистая пыль — суть магической связи меж вами, и только! По крайней мере — это то, что я знаю, девочка. А знает Петунья Вербенсклетт не так уж и мало… С другой стороны, на то своё зелье ты Золотого песка годовой запас извела, если не больше, а змеёныш твой его наглотался будь здоров. Кто знает — может, от этого всё…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
