Заседание совета проходило в классе Дотти, но из класса Мэри принесли дополнительные столы, чтобы усадить каждого, кто посчитал необходимым принять участие. Мэри не сомневалась, что присутствовал, по крайней мере, один родитель каждого из ее учеников. Когда она вошла в помещение, все взгляды обратились на нее. Женщины смотрели возмущенно, мужчины – враждебно, но с любопытством, что разозлило Мэри еще сильнее. Какое они имеют право смотреть свысока за ее предполагаемые грехи, и в то же время представлять грязные подробности?
Опираясь на стену, стоял высокий мужчина в форме помощника шерифа, который не сводил с нее прищуренных глаз. Мэри захотелось узнать, не собираются ли ее арестовать за сексуальные преступления. Нелепость! Ладно бы она выглядела не маленькой невзрачной мышкой, а легкомысленной красоткой. Тогда, по крайней мере, их подозрения имели бы хоть какой-то смысл. Она заправила выбившуюся прядь в узел, села и сложила руки, позволяя сделать первый шаг нападавшим.
Уолтон Исби прокашлялся и открыл заседание, без всякого сомнения, ощущая важность своего положения при стечении такого количества заинтересованных лиц. Мэри барабанила пальцами по другой руке. Совет занимался рутинными делами. Сколько можно! С нее довольно! Она решила, что не будет больше ждать. Лучшая защита – нападение.
Как только закончили рассмотрение очередного вопроса, и мистер Исби снова прочистил горло, Мэри встала и отчетливо сказала:
– Мистер Исби, прежде чем вы продолжите, я хочу сделать заявление.
Он выглядел пораженным, красное лицо председателя еще сильнее покраснело.
– Это… хм… в общем, необычно, мисс Поттер.
– Это очень важно.
Она удерживала голос на одном уровне, который всегда использовала для изложения материала ученикам, и поворачивала голову из стороны в сторону, чтобы видеть всю классную комнату. Помощник шерифа оттолкнулся от стены и, как все присутствующие, не отрывал от нее глаз. Так кусочки металла притягиваются к магниту.
– У меня есть сертификат на индивидуальное обучение учеников, и знания, которые получают дети на частных уроках, так же законны, как полученные в общественной школе. В течение прошлого месяца, я проводила занятия с Джо Маккензи у себя дома…
– Держу пари, что проводила, – пробормотал кто-то.
Глаза Мэри сверкнули.
– Кто это сказал? – решительно спросила она. – Как вульгарно!
Комната погрузилась в молчание.
– Когда мне на глаза попалось школьное дело Джо Маккензи, я была возмущена, что молодой человек с таким интеллектом бросил школу. Возможно, вы не знаете, но он был лучшим в своем классе. Я встретилась с ним и убедила брать частные уроки, чтобы догнать одноклассников. Через месяц он не только догнал, но и превзошел их. Кроме того, я связалась с сенатором Аллардом, который проявил к Джо неподдельный интерес. Выдающиеся достижения в учебе позволили Джо стать кандидатом на рекомендацию в Военно-воздушную академию. Он – гордость нашего города, и я уверена, что все вы окажете поддержку молодому человеку.
Видеть ошеломленные взгляды присутствующих в классе было очень приятно. Мэри села с холодным самообладанием, о котором неустанно твердила тетя Ардит. По рядам прокатился гомон. Хотя тетя Ардит не преминула бы сказать, что леди могла бы доказать свою точку зрения по-другому.
Шепот шелестел в тех местах класса, где люди склоняли друг к другу головы. Мистер Исби без остановки перекладывал перед собой три станицы, пытаясь найти нужные слова. Другие члены совета наклонились друг к другу.
Осматривая класс, краем глаза Мэри заметила тень за открытой дверью. Едва заметное движение. Если бы она в это время не смотрела в ту сторону, то пропустила бы его. Потребовалось всего одно мгновение, чтобы различить очертания высокого мужчины. Кожу Мэри начало покалывать. Вульф! Он находился в коридоре и все слышал. Она видела его впервые после памятной встречи в ее доме. Но даже нечеткого очертания хватило, чтобы ее сердце забилось чаще.
Мистер Исби прочистил горло, шум в классе затих.
– Это – хорошие новости, мисс Поттер, – начал он. – Мы не считаем, что вы подаете плохой пример для нашей молодежи, но…
– Говори только за себя, Уолтон, – раздраженно прервала его Фрэнки Бичем дрожащим от старости голосом.
Мэри снова встала.
– Уточните, пожалуйста, чем именно я подаю плохой пример?
– А разве можно считать правильным, что в вашем доме глубокой ночью находился молодой человек? – выкрикнул мистер Херст.
– Джо покинул мой дом ровно в девять часов после трех часов уроков. Это вы подразумеваете под «глубокой ночью»? Если совет не одобряет место занятий, я готова использовать для вечерних занятий помещения школы. Не имею никаких возражений перенести сюда все уроки.
Мистер Исби, в глубине души добрейший человек, выглядел обеспокоенным. Члены совета снова склонили друг к другу головы.
После минуты горячих обсуждений, они выпрямились. Харлон Кечел вытер вспотевшее лицо носовым платком. Фрэнки Бичем возмущенно хмурилась. На сей раз слово взяла Сисили Карр.
– Мисс Поттер, ситуация не так проста. Возможно, шансы Джо Маккензи поступить в Военно-воздушную академию и высоки, вам лучше знать, но, правда в том, что мы не одобряем ваши длительные занятия с ним один на один.
Мэри подняла подбородок.
– Почему?
– Так как вы прибыли в наш город недавно, то вряд ли понимаете, как у нас обстоят дела. Маккензи имеют отвратительную репутацию, и мы опасаемся за вашу безопасность, если вы будете продолжать иметь с ним дело.
– Миссис Карр, вы говорите чепуху, – грубовато, но искренне ответила Мэри. Тетя Ардит не одобрила бы ее слова. Мэри думала о Вульфе, который слушал из коридора клевету на себя и на своего сына. Она почти ощущала, как он усмиряет свой горячий нрав. Вульф не позволит себе принять происходящее близко к сердцу, но ей было больно осознавать, что он все слышал.
– Вульф Маккензи помог мне в опасной ситуации, когда моя машина сломалась, и я застряла в снегу. Он был добр и внимателен, даже отказался от платы за ремонт машины. Джо Маккензи – выдающийся ученик, который, кроме учебы, упорно трудится на ранчо отца, не пьет, – она надеялась, что не ошибается, – и всегда ведет себя уважительно. Я считаю их обоих своими друзьями.
Мужчина, спрятавшийся в тени коридора, сжал кулаки. Маленькая дурочка, разве она не понимает, что такие слова будут стоить ей работы? Вульф знал, войди он в классную комнату, вся враждебность немедленно перекинется на него, и начал двигаться к двери, чтобы отвлечь внимание от Мэри, но снова услышал ее голос. Неужели до сих пор не научилась вовремя промолчать?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
