бы он послушался, сделался бы нашим наместником и прислал бы нам сразу то, что мы просили, то мы его ни в коем случае не стеснили бы, вызвали бы тех лиц из сановников и военачальников, которые по [нашему] разумению были нужны, и двинулись бы на Багдад, дабы царство мусульман стало находиться под нашим и [нашего] брата /
9/ началом. Однако брат не нашел для себя пути благоразумия и вообразил, что наши, рабов [божиих], предначертания равносильны предопределению творца. Ныне, поскольку дело дошло до того, что он обретается вольно[99] в крепости. Кухтиз, его ни в коем случае нельзя отсылать в Гузганан, и было бы некрасиво брать его с собой [сюда], поскольку он заключен, ибо ежели бы он прибыл в Герат, мы с ним в таком [его] состоянии не могли бы свидеться. Самое лучшее для него — в почете и уважении пребывать в той крепости [вместе] со всеми своими домочадцами и таким числом людей, какое ему там надобно, ибо нет указа задерживать кого-либо из его людей. Хаджиб Бек-тегин, человек рассудительный, пусть находится у подножия крепости со своими людьми. Должность тегинабадского правителя[100] и должность шихне Буста мы пожаловали ему, пусть пошлет в Буст своего наместника. И еще большие будут ему милости, коль поусердствует на службе, ибо мы намереваемся из Герата пойти в Балх и провести там эту зиму. Когда минует праздник нового года, мы отправимся в Газну и уладим, как должно, дело брата, потому что для нас нет человека дороже его; пусть обо всем этом узнают, ежели будет угодно Аллаху, велик он и всемогущ».
Когда это письмо было выслушано, все сказали: «Господин поступил тогда совершенно справедливо, что отправил посла, а теперь [поступил] еще справедливей. Каково мнение хаджиба на сей счет?» — Тот ответил: «Это письмо, ежели вы скажете, нужно бы послать эмиру Мухаммеду, дабы было ему ведомо, что по повелению государя он остается здесь и что пристав /10/ и страж его объявлен, мы же все от его дела отстранены». — «Обязательно надобно послать, чтобы он знал, в чем дело, и впредь вел разговоры с хаджибом Бек-теги-ном», — сказали [все]. — «Кто же отнесет [письмо] к нему?» — «Да любой, кого назовет хаджиб». Хаджиб назвал законоведа Небиха и войскового судью Музаффара и сказал: «Ступайте к эмиру Мухаммеду и представьте ему это письмо. Посоветуйте ему, обойдитесь с ним любезно и расскажите, что мнение государя султана насчет его очень хорошее, а когда мы, слуги, прибудем к высочайшему двору, то сделаем его еще лучше. Дня через два-три мы все отсюда уйдем, и дела, мол, твои теперь зависят от хаджиба Бек-тегина, а он человек благоразумный и мудрый, будет блюсти право твоего величия, и то, что тебе нужно будет сказать, говори ему».
Оба эти человека отправились к Бек-тегину и сказали ему, по какому делу пришли, что без его приказа никто не смеет входить в крепость. Бек-тегин назначил к ним своего кедхудая, и они вошли в крепость, предстали пред лицо эмира Мухаммеда и выполнили обряд приветствия. Эмир спросил, каковы вести от брата и когда рать пойдет к нему. Они ответили: «Известия от государя султана все весьма благоприятны. Рать выступит дня через два-три, а следом за ней — старший хаджиб. Вот ради этого и пришли [твои] слуги», — и они вручили эмиру письмо. Эмир прочитал и слегка насупился. Небих промолвил: «Да будет долгой жизнь эмира! Султан ведь брат, он будет блюсти право эмира и будет оказывать любовь. Не следует огорчаться, нужно быть довольным судом господа, велик он и всемогущ». И много еще таких же добрых слов сказал [Небих]. «Короче говоря, бывает так, как должно быть. Надобно вернуться к радостям жизни, ибо говорят: /11/ «существует судьба, а бог милостив».
Эмир обошелся с ними ласково и сказал: «Не забывайте меня». Они возвратились обратно, и то, что было, рассказали старшему хаджибу Али.
Люди все разошлись и стали готовиться ехать в Герат, поскольку [старший] хаджиб дал позволение на отъезд. Он также распорядился принять в расчет жалование и содержание эмира Мухаммеда и приказал тегинабадскому амилю, чтобы тот хорошо заботился [об эмире], так чтобы не было неисправности. Позвал он к себе и хаджиба Бек-тегина, вручил ему жалованную грамоту с печатью[101] государя на [исправление] должности шихне в Бусте и правителя Тегинабада. Хаджиб встал, повернулся лицом в сторону, где пребывал государь, и облобызал землю. Хаджиб Али позволил ему удалиться, похвалил и сказал: «Оставь свой хейль, а прочих воинов, которые с тобой у подножия крепости, отошли в войсковой стан, чтобы они отправились с нами. Будьте благоразумны и бдительны, дабы никакой беды не случилось». Тот поблагодарил и вышел. Воинов, находившихся при нем, он отослал в стан, призвал кутвала крепости и сказал: «Теперь, когда рать уходит, нужно быть особо осторожным. Без моего позволения никого в крепость не пропускать!» Все дела упрочились, и люди начали отправляться на служение в Герат.
О ТОМ, ЧТО ПРОИСХОДИЛО С ЭМИРОМ МАС'УДОМ ПОСЛЕ КОНЧИНЫ ЕГО РОДИТЕЛЯ ЭМИРА МАХМУДА, ДА БУДЕТ БЛАГОВОЛЕНИЕ АЛЛАХА НАД НИМИ, ВО ВРЕМЯ ЦАРСТВОВАНИЯ ЕГО БРАТА В ГАЗНЕ ДО ЗАКЛЮЧЕНИЯ ЕГО В ТЕГИНАБАДЕ, О РЕШЕНИИ ЕГО ДЕЛА И ВОСШЕСТВИИ НА ПРЕСТОЛ ЦАРСТВА В ГЕРАТЕ, ДА БУДЕТ МИЛОСТЬ АЛЛАХА НАД НИМИ ВСЕМИ!
В прочих историях нет такой пространности, ибо они смотрят на события проще и упоминают лишь небольшую [их] часть. Я же, взявшись за сей труд, хочу воспроизвести историю полностью и вымести прах из всех углов и закоулков, дабы ничто из происходившего не осталось сокрыто. И ежели сия книга растянется и усугубит за чтением скуку читателей, горячо прошу их милость не относить меня к числу докучливых людей, потому что нет ничего, чего не стоило бы прочитать, ни одна, наконец, повесть ведь не лишена соли, которая не стоила бы внимания.
/12/ То, что было сделано эмиром Мас'удом в Рее[102] и Джибале[103] до взятия им Исфагана, я уже соразмерно изложил в [месте, отведенном] остатку жизни его отца, эмира Махмуда, и сделал из этого отдельную главу, как [читатели] уже видели и читали. Как пришел к концу срок царствования его брата, эмира Мухаммеда, и как его посадили в крепость Кухтиз, [тоже] уже объяснено, [а равно, как] пришел ответ на письмо, написанное эмиру Мас'уду, в коем он повелел, чтобы [рать и сановники] явились ко двору в Герат, и они стали готовиться к отбытию. Как
