положил на тарелки гостям – выглядело угощение весьма сиротливо и вряд ли смогло бы насытить даже хрупкую Василису, не говоря уж о здоровяке Емеле.
– Всё, что есть, – развёл руками хозяин и вдруг пожаловался: – Это всё он, проклятый!
При этих словах Емеля едва не подпрыгнул от негодования. Кто-то напал на этих славных людей и всё отнял?! Да он этих негодяев на краю света найдёт и головы им оторвёт! А потом заставит вернуть всё, что они утащили у этих славных людей...
– Дедушка, да кто ж это тебя обидеть посмел?! – Емеля торопливо дожевал свою половинку картофелины и грозно ударил кулаком по столу. – Покажи – я его мигом проучу!
– Да кто виноват... Леший! – с горечью пояснила старушка. – Взял да и проглотил весну. Посередь зимы лето наступило. А сажают-то всё весной! Вот поля-то и пустые.
Емеля, с трудом проглотив последний кусочек, застыл на месте. До него стало доходить, что он натворил с помощью волшебной щуки. Выходит, он сам во всём и виноват? Думал, что первое желание испортил, а второе просто так истратил – а оно вон как обернулось! Из- за его глупости теперь столько людей страдают... А он-то, дурачок, совсем недавно радовался, как славно всё устроилось, что сейчас лето, а не зима! О посевах и урожае даже и не подумал... И как теперь всё исправить? Осталось ещё одно желание – значит, можно загадать, чтобы зима вернулась... Да только станет ли от этого лучше? Похвалят его или начнут проклинать пуще прежнего?
– Ну что, Емеля, проучишь этого лешего? – невесело усмехнулась Василиса, с намёком посмотрев на него.
Тот молча отвёл глаза, не зная, что ответить, хотя обычно за словом в карман не лез. Аукнется ему это несчастное второе желание! А всё потому, что сначала не подумал хорошенько...
Старик взглянул на хозяйку, поднялся и неспешно подошёл к ней, заметив, что она никак не может вдеть нитку в иголку. Забрав у неё иглу и глядя в ушко на просвет, он стал сам пытаться вдеть нитку, при этом не переставая ворчать.
– В огородах ни капусты, ни морковки! – с тоской сказал хозяин. – Молодые в город потянулись на заработки, а мы со старухой прошлогодние запасы доедаем.
Наконец старик передал жене иголку с вдетой ниткой и ласково улыбнулся ей. Та с благодарностью улыбнулась в ответ – слов им уже не требовалось, за долгую жизнь они научились понимать друг друга с полувзгляда.
Емеля и Василиса даже засмотрелись на них. Эти милые люди, несмотря на обрушившиеся на них невзгоды, не ожесточились и не озлобились, а продолжают трогательно заботиться друг о друге. Вот и с ними, с незнакомыми путниками, последними запасами поделились, ничего не ожидая взамен...
Распрощавшись с гостеприимными хозяевами, Василиса с Емелей вновь отправились в путь за границу, к каменному городу, где обитали Обжирала с Оппивалой, владельцы скатерти-самобранки. Емеля тяжело вздохнул: она бы сейчас пригодилась!
Василиса посматривала на него, но помалкивала: иногда лучше ничего не говорить, а дать возможность осознать ошибку самому – так лучше дойдёт. Емеля шагал с виноватым видом, старательно отворачиваясь от своей спутницы, и тоже не произносил ни слова, хотя обычно любил поболтать. Василисе даже стало его немного жаль, и она решила поддержать расстроившегося парня.
– Хорошие они, как ниточка с иголочкой... – ласково проговорила она.
– И у нас с Анфисой так же будет, – упрямо заявил Емеля.
– Ага... – разочарованно протянула девушка.
Похоже, напрасно Василиса переживала – этот парень совершенно непробиваемый. Думала, увидев старичков, которые и спустя многие годы продолжают относиться друг к другу с любовью и нежностью, несмотря на любые неприятности, он что-то поймёт, – да куда там! Опять о своей Анфисе речь завёл. Неужели не видит, что царская дочка ему совсем не пара? Да и ей он не нужен – забавляется капризная девица, специально невыполнимые задания даёт, чтобы от нежеланного жениха поскорее избавиться. Но убеждать его бесполезно – сам должен понять...
– Ты вспомни, как она на меня первый раз посмотрела! – тем временем мечтательно продолжал Емеля. – Взгляд отвести не могла! А второй раз...
– А зачем тебе жениться? – прямо спросила Василиса, перебив его излияния.
Парень осёкся, повисла неловкая пауза.
– Ну как... – наконец собрался он с мыслями. – Как без семьи-то? Я в кузнице работать буду, – решил он, удивляясь самому себе: никогда раньше работа кузнеца не казалась ему привлекательной. – Детишки пойдут. Анфиса с ними возиться будет. Щи-борщи варить.
– Щи-борщи?.. – иронически переспросила Василиса и недоверчиво хмыкнула.
– Ага, – простодушно кивнул Емеля, но призадумался.
С фантазией у него всегда было хорошо, и воображение живо нарисовало яркую картинку будущей семейной жизни. Он представил комнату в царском тереме. За длинным столом сидела шеренга ребятишек разного возраста, у всех красовались на головах маленькие короны – царевны и царевичи, их с Анфисой детишки! Во главе стола важно восседал Емеля – отец семейства.
– Эх, милая, нам бы супца, – запросто обратился он к стоящей возле стола Анфисе.
– Супца? – сдвинула брови жёнушка. – Будет тебе супец, – зловеще пообещала воображаемая Анфиса и, размахнувшись, ловко метнула поварёшку прямо Емеле в лицо...
Он в ужасе зажмурился, а когда снова открыл глаза, выдохнул с облегчением: ни царского терема, ни детишек, ни Анфисы. Чистое поле кругом, ветер колышет траву, дорожка под ногами стелется, и Василиса шагает рядом, весело усмехаясь – похоже, догадалась, о чём он только что думал. Эта девушка всегда каким-то чудом знала, что у него на уме. Впрочем, понятно каким – она же волшебница, бывшая щука...
Вспомнив об ухе, которую он так и не успел сварить, Емеля пробурчал себе под нос:
– А зачем мне щи-борщи? Я и сам готовлю неплохо... – Подняв глаза, он обнаружил, что девушки рядом нет, и, оглядевшись, заметил, что она прячется за стоящим чуть в отдалении от дороги толстым деревом. Поняв, что он её увидел, Василиса пустилась бежать по тропинке через луг, а Емеля со всех ног бросился её догонять, не понимая, что она задумала. Решила поиграть с ним? – Василиса, погоди! – крикнул он.
Девушка, лукаво улыбаясь, и не подумала останавливаться. Тогда Емеля припустил во весь дух, и остаток пути до границы они преодолели быстро.
Приблизившись к пограничному мосту и увидев деревянную табличку «КОНЕЦ РУССКИХ ЗЕМЕЛЬ»,
