Хаи, как старший, был представлен Оливии раньше брата, затем настал черед их жен, начиная с Бийю, жены Хаи, а затем Лули, супруги Джинга. Все они приветствовали ее на английском языке, что снова ее тронуло, однако Ланг тут же напомнил им на их родном языке:
— Я предупреждал: Оливия говорит по-китайски.
Они тут же повторили свое приветствие на китайском. Вслед за ними его произнесла Оливия. Все тут же разулыбались от удовольствия.
— Миссис Ланг… — начала было Оливия, но ее тут же перебил смех сразу нескольких миссис Ланг.
— Боюсь, так ничего не получится, — с веселым блеском в глазах заметила жена Хаи. — Миссис Ланг здесь хватает. Пожалуйста, зовите меня Бийю. — И она представила всех остальных женщин: Тинг, Хуан, Донгмей и Нуо.
Оливия немедленно стала центром внимания. Юноши и молодые мужчины украдкой посматривали на спутницу Ланга с тайным восхищением, в то время как девушки и молодые женщины разглядывали ее, особо не таясь. Тот факт, что фигура Оливии позволяет ей носить чеонгсам, казалось, пришелся им по душе.
Вечер проходил в доброжелательной, теплой атмосфере. Сначала все собрались во внутреннем дворе, образованном четырьмя домами. Здесь были накрыты столы с разнообразными закусками — предвестники основного празднества. Но до того как они сели за столы, Бийю проводила девушку в южный дом, где у Ланга была комната, и открыла перед ней дверь в спальню с ванной.
— Если захотите отдохнуть и хотя бы несколько минут побыть одна, — сказала она, — комната в вашем распоряжении. — Заметив взгляд Оливии, которым та обвела типично мужскую спальню, Бийю пояснила: — Когда Ланг остается у нас, он спит здесь, но на сегодня эта комната ваша.
— Спасибо. Тогда, если не возражаете, я хотела бы ополоснуть лицо и немного освежиться.
— Конечно. Я подожду снаружи.
Оставшись в одиночестве, Оливия получила возможность удовлетворить свое неуемное любопытство, касавшееся Ланга, однако спальня не дала почти никаких ключей к более полному пониманию его характера. На полке стояли медицинские справочники и книги по истории и культуре Китая. Вот и все, что говорило об интересах хозяина.
Выйдя из комнаты, Оливия обнаружила Ланга рядом с Бийю. Втроем они вернулись к остальным членам семьи. Кто-то из детей обратился к Лангу именно так, как и ожидала Оливия, — дядя Митч. Прошло еще немного времени, и она обнаружила, что и некоторые взрослые зовут его Митчеллом.
Окруженная детьми, Оливия подняла голову и увидела устремленный на себя взгляд Ланга. Он кивнул ей и негромко сказал:
— Вот видишь, леди-дракон, а ты боялась.
Дети немедленно потребовали объяснить, что он имеет в виду, называя ее так. Когда Ланг поведал им, что Оливия родилась в год Дракона, они стали смотреть на нее с немым благоговением. Девушка поняла, что значительно выросла в их глазах. Они буквально засыпали ее вопросами об Англии, сражаясь между собой за право что-нибудь ей подать или принести.
Оливия отвечала на все вопросы по возможности полно и обстоятельно. Результатом этого стал обрушившийся на нее новый шквал вопросов, но она получала от этого несказанное наслаждение. К тому времени, когда они зашли в дом и приступили к ужину, она чувствовала себя чуть ли не членом семьи.
Вскоре ей стало ясно, что скрывалось за словами Ланга «маленькая внутрисемейная война». Клецки стояли в середине стола, окруженные рыбными блюдами на любой вкус, которые Джинг настойчиво пытался пододвинуть ближе к ней, за что удостаивался яростных взглядов со стороны Бийю. Чтобы никого не обидеть, Оливия съела все, что ей было предложено. И Бийю и Джинг были удовлетворены и как будто успокоились.
Затем нашлась новая тема для разговора. Вежливо расспрашивая Тао о его жизни, девушка узнала, что раньше он разводил свиней. Один из многочисленных любовников ее матери владел небольшой свинофермой, где она однажды провела лето. Мелисанде быстро надоела скучная сельская жизнь, но четырнадцатилетняя Оливия была в восторге от общения с природой. Свиньи служили для Тао и его семьи не только источником мяса, но и дохода, а для Оливии, выросшей в городе, давнее знакомство с живностью было поистине незабываемым.
— Там была огромная свинья, — вспоминала она, — с выводком из пятнадцати поросят. А сосков у нее было всего четырнадцать, поэтому кто-то всегда оставался голодным. Я обычно брала бутылочку и кормила этого несчастного. Бедняга выдувал всю бутылочку и снова бросался в бой, отвоевывая себе место у соска.
Тао весело, от души смеялся, слушая ее рассказ. В свою очередь он поведал, что когда-то в его хозяйстве был крупный самец, отличающийся завидной плодовитостью. Зная об этом, соседи просили Тао одолжить его.
Оглянувшись, Оливия заметила устремленные на них одобрительные теплые взгляды. Судя по всему, она еще больше расположила к себе этих людей, так как ей удалось произвести впечатление на главу семьи.
Когда ужин подошел к концу, Бийю показала Оливии все остальные дома. Она буквально сгорала от желания выпытать, как они познакомились с Лангом, и, услышав, как Донг объяснил их появление в кабинете врача, весело засмеялась.
— Мы очень гордимся Митчеллом, — сообщила Бийю, — Он хороший врач, очень много работает. В клинике его ценят.
— Что входит в его непосредственные обязанности? — поинтересовалась Оливия. — Он говорил, что в тот день всего лишь замещал своего друга. Насколько я поняла, его работа заключается в несколько ином.
— Вы совершенно правы. Он консультант.
— Консультант? — эхом откликнулась Оливия. — А не слишком ли он молод?
— Пока он только младший консультант, — поспешила добавить Бийю. — Ему не нравится, когда его начинают хвалить, но, по-моему — кстати, так же думают и в больнице, — он незаменим. Так что, вполне возможно, скоро его повысят в должности.
— Но пока точно еще ничего неизвестно, — констатировала Оливия, — хотя вы надеетесь на его повышение.
— Так и будет, если существует хоть какая-нибудь справедливость, — твердо произнесла Бийю. — Но Ланг считает, что, если чересчур во что-то уверовать, наказание от высших сил последует незамедлительно.
— Лангу не чуждо суеверие? — удивилась Оливия. — Никогда бы этого не предположила.
— О да, он может вести себя так, словно его ничто не заботит, — согласилась Бийю. — Но не стоит обманываться.
Оливия решила, что это мудрый совет. Значит, в броне уверенности Ланга все же есть трещины.
— Думаю, таким родственником можно гордиться, — заметила она.
— Мы и гордимся. — Тон Бийю не оставлял в этом никаких сомнений. — Вы не представляете, каким счастливым стал для нас тот день, когда. Ланг впервые приехал в Китай. Конечно, мы многое знали о нем благодаря рассказам Мейуи, но познакомиться с ним лично было очень приятно. Самое замечательное заключается в том, что он приехал, а потом и остался. Наверное, на свете немало людей, игнорирующих истоки крови, которая в них течет, но Ланг не таков. Для него важны корни как со стороны отца, так и матери.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
