Ленточка и крэшшшевы нормы высшего света занимали Мару и во время осмотра, как ни пыталась она сосредоточиться на важном, ей никак не получалось выкинуть из головы глупые мысли и желания. Впрочем, ничего неожиданного они и не нашли – всё те же повреждения, нанесённые тем же оружием, всё те же знаки, такие же странные и будто перепутанные, может только чуть более профессионально нанесённые. Но это и неудивительно – субъект явно набивает руку. Печать Тишины обнаружилась, как Некромантка и думала, точно на том же месте – на затылке, у самой кромки волос:
- И её никак не спросить о произошедшем?
- Никак. Печать надежная штука – даже если у Некроманта хватит глупости рискнуть провести ритуал Поднятия, Печать с высокой вероятностью просто развеет тело к Коварному, уничтожив любую привязку к этому Миру.
- И её нельзя обойти?
- Теоретически можно, но на практике… Пожалуй, я знаю только одного разумного, кому хватило бы сил и знаний.
- Архимаг Антас?
Мара кивнула, да, только её Наставник мог бы совершить невозможное, недаром его алеас Ученик Смерти. Казалось, что свои знания о Грани и её законах он черпает у самой Хозяйки, настолько они были глубокими и разносторонними.
- Но даже он не стал бы этого делать.
- Из-за возможных последствий?
- Конечно. Рисковать своей силой и разумом ради нескольких ответов, которые можно добыть и иным путем? Вот уж точно не его стиль.
- И Воззвать её не получится?
Мастер отрицательно покачала головой:
- Нет. Во-первых, после прошлого раза я не стану больше так рисковать – руны от ритуалов явно резонируют друг с другом, так, что просчитать последствия почти нереально. Если обычный дух чуть не превратился в Баньши, то что может случиться в результате ещё одной попытки, лучше даже не знать.
- А во-вторых?
- А во-вторых, посмотрите на неё – вообще ни кусочка свободной от ран кожи! В общем, для Некроманта тут работы нет.
- Кстати, о вашей работе. Всё хотел вам сказать, что восхищаюсь вашим мастерством и познаниями. Признаться, сперва я посчитал вас ещё одной протеже, втиснутой в наши ряды кем-то богатым или высокопоставленным. Но теперь верю, что вас действительно рекомендовали за знания и просто удивительные для вашего возраста опытность и хладнокровие.
Глаза Мары невольно расширились, а к щекам прилил жар. Похвала была неожиданной, по мнению самой девушки не очень-то и заслуженной, но зато такой приятной! Но йелла Тариэль не дал ей опомниться и огорошил вновь:
- И вообще, я хочу пригласить вас на ужин. Я давно не встречал того, кто мне может быть интересен, а вы прекрасный собеседник.
Девушка стояла перед эльфом и лихорадочно пыталась найти ответ на вопрос – чего она надышалась, что у нее начались галлюцинации? Похвала от Целителя – ладно, ещё как-то можно понять, но приглашение на ужин?! От высокого? Ей?
- Йелла Тариэль, спасибо за приглашение, но я вынуждена отказать.
- Почему?
Очередное нарушение норм – эльф должен был просто принять отказ, ну или, в крайнем случае, попробовать назначить встречу на другой раз, но никак не выпытывать причины отрицательного ответа!
- Я…
И тут Мара вспомнила достойную причину:
- Вы же помните, что мне нужно отыскать сведения о покойной йелли Калире? Боюсь, что мой вечер будет занят этим.
- И вы пропустите ужин? Тем более что обед мы благополучно проработали. Не стоит идти на такие жертвы ради Отделения.
Эльф смотрел на неё своими невозможными тёмно-зелёными глазами и улыбался. Мара прекрасно понимала, что ещё буквально один-два аргумента, и она сдастся, несмотря на все свои страхи и совсем не настраивающее на оптимистический лад прошлое.
- Разве вам не нравится рыба в белом вине? В Элис Сай её делают просто изумительно!
Вот он, тот самый аргумент. Элис Сай, одна из эльфийских рестораций, куда ей вход заказан. Если её не сопровождает высокородный. Мара не раз проезжала мимо изящного фасада, увитого зеленью и цветами, так, что вывеску едва-едва можно было разглядеть. И столько же раз девушка мечтала зайти туда, посмотреть, каков он этот эльфийский рай, о котором столь восторженно писали критики и светская хроника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ну, так что? Поедим в спокойной и приятной обстановке, выпьем по бокалу лёгкого вина, а потом вернёмся к работе – я к отчёту, вы в Библиотеку?
И Мара не устояла, согласно кивнула и немного смущённо улыбнулась. Впервые за очень долгое время её позвали на свидание! И пусть предложение прозвучало немного странно, не романтично как-то, но так даже лучше. Могут же двое взрослых разумных просто вместе поужинать в приятной компании? Без далеко идущих планов и последствий?
Примерно о том же думал и Тариэль. Некромантка заинтриговала эльфа своей непохожестью на других, резкими контрастами в поведении и личности, да и чего греха таить – своей необычной красотой. Возможно, мрачноватой на его вкус, слишком уж много чёрного, острых углов и тонких линий, но всё же очень привлекательной. Тариэль готов был поспорить, что в девушке есть хорошая такая доля старшей крови, об этом, кроме прочего, настойчиво шептало чутье Целителя. Вот только никаких внешних признаков он обнаружить не смог – ни более удлинённой формы ушей, ни чуть иного строения челюсти, ни рожек, НИЧЕГО. Можно было бы подумать на инкубов или дроу, но эта нереально белая кожа портила весь расклад. Вот и терялся Тариэль в догадках, пытаясь понять, что не так с внешностью Мары.
Но больше всего его удивила аура девушки: яркая, с неимоверно чёткими линиями силы, оба Источника – Кровь и Тьма – в идеальном равновесии и взаимодействии, из-за чего на втором уровне зрения, вокруг Некромантки будто бы распускались диковинные красно-чёрные цветы, среди которых нет-нет, да и мелькали зелёные стебли. Да, именно это потрясло эльфа и заставило приглядеться к Мастеру – он, Целитель, смог уловить начало открытия третьего Источника! И это было не просто любопытно, это было парадоксально! У людей, а Мара казалась и называлась именно человеком, крайне редко открывается больше двух Источников, слишком слабы и недолговечны их тела, они просто не успевают «созреть» для принятия третьего вида нитей. А уж в таком раннем возрасте это вообще нонсенс! У человека просто не могло быть такой ауры! И это было главным доказательством того, что Мара совсем не человек. Но вот кто? У Тариэля была одна догадка, но, чтобы её проверить требовалось время и несколько капель крови Мастера.
Да, в первую очередь за приглашением на ужин стоял научный интерес и природная потребность в разгадке любой тайны, но эльф был достаточно зрелой личностью, чтобы признаться себе, что дело не только в этом. Вопреки воспитанию и определённым ограничениям, привитым вместе с молоком матери, у Тариэля впервые вспыхнул интерес определённого рода к смертной. Люди обвиняют эльфов в высокомерии и презрении к младшим расам, но при этом совершенно не понимают причин. Им, которым не ведома привязка, не понять, что любое, более близкое взаимодействие со смертным может обернуться катастрофой для долгоживущего. Влюбиться навек в того, кто уйдёт за Грань намного раньше тебя, не это ли худший кошмар? И в Тариэле, как и в любом эльфе, дроу или драконе, жило строгое табу на отношения с людьми. Но Мара же не человек? Значит можно закрыть глаза на запреты и попробовать сделать шаг. В последнее время он как-то особенно остро осознал своё одиночество.
Мара же, честно пообещав себе быть осторожной и не принимать всё происходящее слишком близко к сердцу, решила просто получать удовольствие от осуществления давней мечты. Оттого её мысли были заняты скорее интерьером ресторации, чем необходимостью поддерживать светскую беседу за столом. О, Мастер не собиралась молчать весь ужин, просто именно сейчас она старательно запоминала детали чуда, что её окружали, чтобы потом можно было воскресить их в памяти и насладиться вновь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Элис Сай. Звёздная Вода, поэтичное и в то же время совершенно точное название, ведь стены уютных ниш на один столик были сотканы из струй неспешного водопада, в котором отражалось ночное небо, густо усеянное звёздами. А может, не отражалось, может быть просвечивалось, Мара так и не смогла понять, так как движение воды создавало постоянную оптическую иллюзию, отчего казалось, что эти звёзды вот-вот выпорхнут из блестящего плена и осядут золотыми каплями на платье, руках и волосах.
