“Он собирался выйти. Он хочет подойти ко мне” — эти мысли ворвались в мое сознание и первой осознанной реакцией было бежать.
Что, собственно, я и сделала.
Только забыла о битом стекле. Даже опилки в голове взбунтовались против такого опрометчивого действия. Особенно, когда я наступила на осколок и поранила ногу. Было так больно, что я замерла на месте и боялась ступить второй шаг, чтобы не вогнать стекло в другую ногу.
Хотелось кричать и выть от досады. Хотелось бежать и скрыться отсюда. Но я стояла на месте. Стояла и не двигалась, пока Габриэль надвигался на меня огромным грозным облаком.
И я даже представить не могла, какая сейчас начнется буря.
* * *
— Прикройся, — зажмурилась и для убедительности закрыла глаза руками, — пожалуйста!
Из одежды на нем были только прорезиненные тапочки для ванной. Но они мало помогали… от наготы.
Мне было стыдно и неуютно. Это вчера я была не в себе и просила о большем, а сегодня меня просто смущал вид его голого тела. При том, что кое-что нехило намекало на то том, что моё присутствие не осталось незамеченным.
— Если ты не хочешь ничего надевать, то накинь хотя бы полотенце, — я начинала паниковать.
Непроизвольно хотела сделать несколько шагов назад, но вовремя опомнилась. Поэтому только пошатнулась на месте.
Правда, достаточно сильно. Почти не упала. Но тут меня удержал Габриэль.
Как только его рука коснулась моего тела, мне еще больше захотелось оказаться отсюда как можно дальше. Вот только крепкая мужская хватка не дала мне этого сделать.
От его прикосновения кожу как будто ошпарило. Меня кинуло в жар. Твою же мать!
— Стой на месте, — послышался раздраженный и злой голос, — поняла?
Он разговаривал со мной как с маленьким ребенком. Но в данный момент мне было плевать.
Я закивала. Лишь бы он отстал. Только бы отпустил.
И вроде бы он все это и делал. Но как-то тягуче долго. Словно медлил.
Издевался? Испытывал моё терпение? Или это просто секунды тянулись невыносимо долго? Или просто я начинала сходить с ума?
Не выдержав, я очень чуть-чуть приоткрыла один глаз и осторожно посмотрела на Габриэля как раз тогда, когда он сделал шаг в сторону и потянулся за полотенцем.
Сквозь опущенные ресницы я наблюдала за тем, как мужчина повязывал вокруг бедер полотенце и корила себя за то, что не могла перестать подглядывать. Но пришлось, как только он повернулся и снова сделал шаг в мою сторону.
— От тебя одни проблемы, — проговорил он мне на ухо. И я чуть не подскочила от неожиданности, когда по шее пробежался горячий воздух его дыхания.
Во рту все пересохло. Дыхание сбилось, а в голове было столько неприличных мыслей, что мне стало нереально стыдно.
— Я искала воду, — я явно начала не с того, — я… хотела пить. — мой голос был хриплым, и я выругалась про себя. Почему я так на него реагировала?
— И поэтому ты стояла в ванной, пока я мылся? Любишь подсматривать? — мне не нравилось то, как он это говорил. Словно я была какой-то неправильной. Развратной…
— Если ты намекаешь на то, как я вела себя вчера, то это была не я…, - я распахнула глаза и посмотрела на мужчину. Он оказался гораздо ближе, чем я думала.
— Я не намекаю, — он жестко усмехнулся, — а говорю прямым текстом: ты делаешь многое из того, что делать нельзя. С мужчинами. Тем более, если не хочешь, чтобы были последствия…
О чем это он? Какие еще последствия? Габриэль же должен четко понимать, что произошедшее вчера, было не по моей воле. И да, мне перед ним безумно стыдно за то, что я себе позволила. На месте хочу провалиться, но не могу…
Потому что на стекло наступила, и нога теперь болит так, что я не просто шага ступить не могу, я стоять не могу. Чувствую, что от слабости и онемения вот-вот вообще рухну на пол. А там еще куча битого стекла…
— Принеси мне, пожалуйста, тапочки.
— Это долго. Проще поступить так, — и я даже ничего не успела сообразить и что-либо понять, как меня подняли на руки и крепко прижали к горячему мускулистому телу.
Словно предугадывая мои попытки вырваться, мужчина только сильнее прижал меня к себе. Так что дышать стало сложно. А потом резко разжал свои руки.
Не полностью, но достаточно для того, чтобы меня напугать. Этой нелепой шутки хватило, чтобы я что есть силы вцепилась ему в шею и теперь уже сама хваталась и вжималась в тело Габриэля под его приглушенный смешок.
— Зачем ты это делаешь? — хватаясь за него я решила немного отыграться, и что есть силы вогнала ногти ему в кожу. Почувствовала, как напряглись мышцы на его теле и возликовала про себя.
— Затем, чтобы ты, дура малолетняя, никогда бдительность не теряла, — сказав это, Габриэль резким движением разрывает кольцо моих рук и швыряет меня на что-то мягкое.
Кровать.
Успеваю оглянуться. Это не та комната, где я сегодня проснулась.
Это определенно его комната. Мужская.
* * *
Да, теперь я даже не сомневалась, что это была его комната. От постели пахло его запахом. Таким мужским и до одури вкусным, что у меня перехватило дыхание.
Вся комната пахла им. И это был не парфюм. Не гель для душа. И не одеколон. Это был его запах.
— Ай! — я опомнилась от резкой боли в ноге.
Этот придурок сдавил мою ступню так, что у меня побелело в глазах от боли пронзающей ногу.
— Орешь так, как будто тебя режут.
Рыкнул в мою сторону Габриэль, а я смахнула с глаз выступившие слезы.
— А ты не хватай меня так, как будто кусок мяса выбираешь! Мне больно!
Если в начале фразы мой голос звучал громко и возмущенно, то к концу он значительно понизился и вообще практически перешел на шепот.
— Послушай меня, девочка, и слушай внимательно.
Он снова сдавил мою ступню от чего я взвизгнула.
— Все проблемы от того, что в твоей башке опилки, ты в принципе не думаешь, — его слова обижали. Он как будто кайфовал от того насколько сильно я на них реагировала. Как будто смаковал каждую мою эмоцию.
— Что ж ты тогда прибежал вчера в клуб за такой тупицей?! — не выдержав огрызнулась в ответ.
— Следи за словами, — Габриэль отпустил мою ногу и встав направился на выход.
А я, поджав губы отвернулась в другую сторону. Этот придурок кайфует от того, когда меня унижает и оскорбляет. Главное все ему не так. Я вся не такая. А то, что он вчера сам приперся в клуб. Сам затащил меня в комнату и практически не поимел, это он выгодно решил не упоминать?!
Мужчина вернулся через пару минут, держа в руке что-то вроде аптечки. А вот у меня при виде его все мысли из головы вылетели.
Он все также был в полотенце. Точнее полотенце было только на его бедрах. Он был с голым торсом!
Я была уверена, что моя челюсть сейчас распахнулась настолько, что она с грохотом бы могла упасть на пол.
Мои глаза скользили по его идеальному торсу. По красивым кубикам, на которых, кстати, все еще были капельки воды.
Я словила себя на мысли, что я бы не отказалась сейчас пройтись язычком по его кубикам…. Ох… от этой мысли стало жарко внизу живота и, кажется, начали гореть щеки.
Но мужчина, кажется, не замечал моего взгляда. Он на ходу что-то перебирал в аптечке, а после подойдя ко мне впритык просто присел возле меня.
А моя больная фантазия уже начала вырисовывать все неприличные моменты, которые могли бы случиться…
— Так больно? — я не сразу поняла, о чем он говорил, а когда до меня дошло, то я была готова сгореть от стыда.
Его пальцы снова ко мне прикоснулись и меня как будто пронзило разрядом тока. Мурашки появились на коже… И я не смогла сдержать легкий стон, который мужчина принял за стон от боли…
— Нет, — произнесла хриплым тоном и тем самым привлекла его внимание. Габриэль поднял голову, и наши взгляды встретились.
Кошмар! Его глаза смотрели так, что мне моментально стало жарко. Горячо до одури и одежда резко показалась лишней.
— Осколок не вошел глубоко. Тут, по сути, просто царапина, но ее все равно нужно обработать.
