Три поколения французских женщин. Бабушки-феминистки, которые боролись за право работать, мамы, которые стремятся и работать, и иметь семью, и внучки, которые ищут самовыражения, потому что работы нет
Я немного писала про три поколения французов в главе о поколении 1968 года. Вы уже поняли, что одному поколению досталось много, другому – меньше, а третье вообще сражается за право нормально жить. Итак, начнем с «бабушек». Это дети женщин, которым дали право голосовать. Это женщины, которым разрешили принимать противозачаточные таблетки. Они пережили сексуальную революцию. Они эмансипировались. И такими эмансипированными и остались. Именно «бабушки» во Франции очень много говорят о сексе. Есть даже книжка, которую написала арт-критик и главный редактор журнала о современном искусстве Art Press Катрин Милле. Называется она «Сексуальная жизнь Катрин М.» и описывает все сексуальные впечатления и фантазии автора. Милле, что показательно, родилась в 1948 году, и, наверное, иностранцам ее книгу читать интереснее, чем французам. Не все, конечно, «бабушки» такие – большая их часть все-таки более «классические». Многие из них хорошо выглядят, красиво укладывают волосы, носят украшения и пользуются косметикой. Есть среди них те, кто сделал очень хорошую карьеру.
Их дочери аккуратнее относятся и к мужчинам, и к себе. Они стремятся выстроить идеальную картину жизни. В отличие от более свободного старшего поколения они ищут стабильность как в работе, так и в личной жизни. У них все должно быть безупречно. Они часто склонны ставить себе слишком высокую планку, и если они ее не достигают, у них возникает фрустрация и разочарование в жизни.
Поколение же «внучек», 20–30-летних, называют «поколением Y». Они не ждут от жизни больших подарков и знают, что нужно очень много работать, чтобы чего-то добиться. Они понимают, что ситуация на рынке труда сложная и, чтобы получить хорошую работу, нужно долго «ходить в ассистентах». Многие из них выбирают не работу в крупной компании на небольших позициях и с медленным карьерным ростом, а основывают собственные компании. Французские стартаперы – это все молодые люди. Некоторые в поисках лучшей карьеры уезжают, получив диплом или во время учебы, в другие страны, и такой опыт часто является сильнейшим карьерным скачком, как за рубежом, так и по возвращении дома. Самореализация и поиск интересных жизненных возможностей для «внучек» важнее стабильности, про которую они знают, что она иллюзорна. Они стремятся быть счастливее своих родителей.
Флирт, любовь, легкомыслие. Смена ценностей у нового поколения
У молодежи традиционный французский менталитет – легкомысленные флиртующие мужчины и одинокие независимые работающие женщины – понемногу уходит в прошлое, уступая место неоконсерватизму, характерному в настоящее время для развитых стран. Молодые пары рано начинают жить вместе и редко расстаются, пройдя через многие трудности. Высокие цены на квартиры, редкие рабочие места, за которые надо бороться, – все это оставляет мало места для беззаботности, флирта и походов по ресторанам. Молодежь во Франции часто проводит время друг у друга в гостях – так дешевле. Многие молодые люди действительно борются за жизнь – на их фоне возможности, которые открываются перед детьми в России, при таких же усилиях будут неизмеримо выше. Жизнь французской молодежи очень сильно зависит от того, насколько обеспечены их родители. При этом здесь не принято жить с родителями, как это часто бывает в России, и при первой же возможности дети уезжают от них. Они предпочитают сводить концы с концами, но жить свободной и самостоятельной жизнью, чем покупать себе хорошие вещи, но жить с родителями.
Французский мачизм – миф или реальность?
Во Франции, особенно в Париже, лучше не выглядеть очень сексуально, не носить мини-юбки или декольте, не открывать чересчур много кожи, в особенности молодым девушкам. Женщин в платьях тут намного меньше, чем, например, в Америке или в России, – разве что это женщины уже за 40, когда это не так «опасно». Сексуальные вещи и высокие каблуки носить каждый день здесь не очень принято.
Неделя моды, когда все наряжаются, как хотят, не в счет. Но если мы сравним редакторов моды из Франции и из других стран, мы увидим, как сдержанно и скромно выглядит большинство французских журналистов моды. Не потому, что они плохо разбираются в трендах – они знают об этом лучше всех в мире, потому что мода и тенденции создаются во Франции. Но потому, что живут в такой консервативной стране и с детства принимают эти законы.
Во Франции есть публичные и традиционно мужские профессии, в которых гендерная политика поощряется, потому что становится частью имиджа заведения. Например, гастрономическая кухня. В нескольких крупных парижских отелях-«дворцах» недавно назначили «шефов» – женщин. Или политика. С приходом правительства социалистов в нижней палате французского Парламента (Assemblée Nationale) появилось больше женщин – сейчас их 150 на 423 мужчины. Но мужчины в Парламенте по-прежнему сложно воспринимают женщин, жестко относятся к ним и с нетерпением ждут, когда дама сделает какую-нибудь ошибку, чтобы ей на это указать. Так, в июле 2012 года пресса была охвачена настоящим скандалом, вызванным появлением в Парламенте Сесиль Дюфло, министра по территориальному и жилищному равенству, в приталенном белом платье в крупный синий цветок – мужчины ни много ни мало освистали ее. Может быть, она нарушила неписаный дресс-код политических институтов, но сам этот мальчишеский свист стал проявлением абсолютного неуважения к женщине. Попробуйте представить такое в России?
О французском мачизме писали во всей мировой прессе после скандала с Домиником Стросс-Каном, когда его обвинили в сексуальном домогательстве. В New-York Times вышла статья, обвиняющая французов в замалчивании подобных фактов, и другая – предполагающая, что французские женщины «толерантны» к подобным проявлениям и даже гордятся тем, что их мужчины пользуются успехом у женщин.
Тогда в ответ все уважающие себя французские журналы, в особенности женские, сделали номера с заголовками вроде «Франция – страна мачо». Один журнал опросил девушек из разных стран, в том числе и француженок, чтобы узнать, как к ним относились французские мужчины. Одна девушка вспоминала необычайную ревность своего друга-француза, вторая жаловалась, что она по Парижу спокойно не может пройти без того, чтобы кто-то к ней не начал «клеиться», и ничего подобного в родном Лондоне нет. А третья, работавшая ассистентом французских фотографов в Нью-Йорке, рассказывала о веселых «мужских» шутках своих коллег. Действительно, справедливости ради стоит отметить, что французский мачизм – это чаще всего игра и мальчишество, это, пусть неприятный и некрасивый, способ поднять настроение себе и другим. Понятно, что молодым девушкам приходится туговато, но со временем эти проблемы проходят.
Это во-первых. А во-вторых, такое поведение распространено в основном среди старшего поколения возраста Стросс-Кана, молодые же мужчины гораздо уважительнее и аккуратнее относятся к женщинам в общем и к своим партнершам в частности.
Во Франции, как и в других развитых странах, среди поколения 30-летних даже существует противоположная, антимачистская тенденция «мужского феминизма». Это когда человек защищает основные ценности феминизма – равенство между мужчинами и женщинами, разделение обязанностей, уважение к женщине и т. д.
Что носят в Париже и в провинции?
В Париже и в провинции по-разному следят за модой: просто потому, что в Париже неуместно плохо выглядеть. Один известный блогер, пишущий о еде, вспоминает, в какой момент он осознал, что живет в Париже: «Когда в воскресенье я встал с дивана, снял свою толстовку и тренировочные штаны, выгладил рубашку, причесался и почистил ботинки – и пошел во двор, выносить помойку».
Смешно, конечно. Но и в России вы тоже, прежде чем выйти из дома, как-то прилично оденетесь или хотя бы посмотрите на себя в зеркало. Мы в этом ближе к европейцам, чем к американцам. Американский блогер прав в том, что в Париже не любят спортивный стиль. Здесь сложно встретить человека в тренировочных брюках и толстовке, если он не возвращается с пробежки. Впрочем, в последнее время люди понемногу начинают одеваться в воскресенье более расслабленно.
Что же тогда любят надевать французы? Им по душе классические вещи. Мужчины в костюмах, пастельных рубашках, темной обуви. Женщины – в обуви на низком каблуке, рубашках, брюках – они больше любят брюки и джинсы, чем платья. Платья, в особенности открытые, надевают для специальных случаев. Цвета – синий, серый, черный. Никаких странных или смешных, или очень рискованных вещей – боятся, что на улице засмеют, и вообще не любят обращать на себя внимание. Слишком смелые вещи, особенно дешевые, – признак непримиримого провинциализма.
