Чай закончился, от второй чашечки молодой человек отказался, пришла пора расходиться. В прихожей, застёгивая молнию на куртке, Миша спросил:
— Галь, ты завтра в больницу к бабушке поедешь? Ничего не изменилось? — И, получив утвердительный кивок, продолжил. — Я буду выезжать из дома в десять тридцать, выходи тоже в это время, вместе поедем. Всё равно мы теперь друзья по несчастью, а вдвоём веселее.
— У тебя машина есть? — удивилась Галка, ведь в среду из больницы они ехали на автобусе.
— Есть, просто она в ремонте была, а сегодня я ее забрал, так что теперь на колесах, — подмигнул он. — Ну ладно, до завтра! — Миша вышел на лестничную площадку и уже оттуда напомнил, — Не забудь, завтра в десять тридцать, я буду ждать.
— Пока, не забуду, — Галка махнула рукой и заперла дверь. Погасив на кухне свет она взглядом провожала удаляющегося от дома Михаила, спрятавшись за занавеской.
Часть 26
В десять тридцать, как и договаривались, к подъезду Галки подъехала серая мазда. Миша вышел из-за руля и, открыв Гале переднюю дверь, убрал сумку с вещами для бабушки в багажник.
— Ну как ночка прошла, сегодня без происшествий? — подмигнул он шутливо.
— Слава Богу всё тихо и спокойно, — с улыбкой ответила Галя. — Надеюсь теперь, чтоб в больнице ничего плохого не сказали.
— Не бойся, не скажут, не то отделение. Здесь если плохо, то родственникам сразу сообщают, чтоб надежду не питали. Мне про батю в тот же день сказали как есть, я не уходил домой, пока не узнал. У него же приступ утром случился, пока скорая приехала, пока то да сё. В реанимацию определили, гнали меня из больнички, а я всё равно сидел, не уходил пока с доктором не поговорил нормально. В общем домой вернулся только поздно вечером, и это мне ещё повезло, — выруливая из двора на главную дорогу рассказывал Миша.
— А почему у него инсульт случился? Болел? — осторожно поинтересовалась Галя.
— Да всё из-за этой Элки, мачехи моей, поругались они вечером сильно, она вещички свои собрала и отчалила. А ему плохо стало, не молодой ведь уже. Он мне звонил, рассказывал. Я хотел приехать, поддержать. А он заладил: "Сиди дома, тебе завтра на работу, всё у меня нормально". Вот как чувствовало моё сердце, утром раньше обычного встал, поехал его проведать. А он трубку не берёт, дверь не отпирает, хорошо у меня ключи с собой были. Я открыл, а он… — Миша замолчал.
Галка тоже сидела молча, понимала, что внутри парень сильно переживает, но как его поддержать не знала. Сосредоточенный на дороге взгляд Михаила, был как будто обращен внутрь себя. Он автоматически перестраивался, поворачивал, пропускал пешеходов, но был совсем не здесь, не за рулем своего автомобиля, а там, в отцовой квартире ранним утром.
Когда подъехали к больнице Миша будто очнулся:
— Ты чего загрустила то? — улыбнувшись спросил он Галю. — Всё будет хорошо, не переживай, и твоя бабушка поправится, уверен на все сто. Я сейчас припаркуюсь, а ты иди внутрь, возьми нам пропуски, — и Миша сунул в руки Галке свой паспорт.
Девушка направилась в больницу. По дороге она неутерпела и изучила паспорт Миши: Агеев Михаил Савельевич, старше её на три года, прописан на той же улице, что и она, неженат. На всякий случай она запомнила его адрес. Миша вскоре подошел, и они вместе поднялись на пятый этаж. Пройдя в неврологию, ребята разошлись по палатам.
— Бабушка, привет! — с порога поздоровалась Галка.
Василиса сидела на больничной койке в застиранном казенном халате и смотрела в окно. Увидев Галю, её лицо медленно растянулось в доброй улыбке.
— Галечка, милая, и как же ты узнала? А я тут думала куковать в одиночестве буду две недели, — Васса говорила непривычно медленно, немного растянуто. — Видишь, что со мной случилось, но ничего, выберусь, доктор сказал, что мне повезло, и мозг практически не пострадал.
— Конечно выберешься, полежишь тут немножко и будешь как новенькая, — Галя доставала из сумки вещи для бабушки, и та испуганно спросила, понизив голос до шёпота.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты была в квартире? Ничего там не трогала? В зеркало не смотрела?
— Не переживай, — успокоила её девушка, — ничего не брала оттуда, кроме документов, зеркало занавесила, находилась внутри всего несколько минут.
Васса выдохнула с облегчением, а потом привлекая Галку поближе зашептала той почти в самое ухо, чтобы никто не услышал:
— Я ведь сама себе на хвост наступила, дура старая, предупреждала меня Марфушка, а я её не слушала. Наделала гадостей за деньги, защиту хорошую поставила, чтоб не узнать кто колдовал. А за помощью опять ко мне же пришли. Вот я тогда и удивилась, что не вижу хозяина порчи. Человеку помогла, а на меня потом хворь напала, ничем не могла снять. Пришлось к самому Хозяину обращаться.
— Какому Хозяину? — также шёпотом спросила Галя.
— Какому-какому, к тому самому, — загадочно ответила старушка. — Только он плату взял большую. Хотя может и не большую, как посмотреть… — Василиса задумалась, неотрывно глядя в окно.
— Бабушка, какую плату, что ты ему отдала? — нетерпеливо спросила девушка.
— Силу свою отдала, всю, без остатка… Нет у меня теперь силы, теперь я простая старуха… — Васса беззвучно заплакала.
Слёзы текли по морщинистым щекам худого старушечьего лица, но Василиса совершенно не обращала на них внимания. Она смотрела в окно и, казалось, не замечает ничего вокруг. Галка взяла с тумбочки салфетку и вложила ей прямо в ладонь. Старушка будто вынырнула из своих воспоминаний и утерлась.
— Спасибо тебе, Галечка, — тихо сказала она. — Спасибо, что нашла меня, что приехала, у меня же ни одной родной души нет, одинокая я. Вот только Марфушка, подруга моя ненаглядная, да ты теперь. Ох, устала, что-то голова кружится, — Васса начала укладываться на кровать.
— Может доктора позвать, — забеспокоилась Галка, помогая старушке укрыться одеялом.
— Нет, не надо доктора, она мне уж всё объяснила: как можно больше отдыхать, спать, не нервничать. А я тут жалеть себя начала, — Василиса устало прикрыла глаза. — Иди, Галюнь, я посплю, не переживай.
— Хорошо, бабушка. Я к тебе ещё приеду, что привезти то? — Галка ждала ответа, но не дождалась, старушка тихо посапывала, похоже заснула.
Выйдя из палаты, Галка пошла на улицу. Ждать Мишу она не стала, знала, что парень у отца много времени проводит. Нужно было позвонить Марфе.
— Бабушка, здравствуй, — начала Галка разговор. — Я только что от Василисы вышла, она мне всё рассказала.
И Галина передала то, что поведала ей Васса про свою силу и Хозяина. Также рассказала про общее состояние подруги, про её замедленную речь, сонливость. Марфа внимательно выслушала и быстро приняла решение.
— Я еду в город, остановлюсь у тебя. Пары дней мне хватит, Егоровну попрошу за скотиной приглядеть, думаю не откажет. Так что завтра утром жди, где ты живёшь? — Марфа записала Галкин адрес и повесила трубку.
Галя пошла домой.
Часть 27
Галка ждала у окна. Вот подъехал старый москвич выгоревшего оранжевого цвета. Из задней двери вылезла Марфа в своем видавшем виды драповом пальто с воротником из искусственного меха. Валенки с черными галошами, в руках объемная сумка из дермантина, на голове пуховый платок. Галка накинула куртку и сбежала вниз по лестнице, чтобы помочь бабушке.
— Ну привет, моя хорошая, не думала, что так скоро в городе буду, а вот как получилось, — Марфа обняла Галю и потопала к подъезду. — Пойдём, передохнём с дороги и к Ваське на квартиру. Нужно там всё убрать.
— В смысле убрать? — не поняла сразу Галка. — Чтобы Васса из больницы в чистую квартиру попала, ты это имеешь ввиду?
— Убрать нужно всё, что связано с колдовством. Остальное неважно, — поднимаясь по лестнице пропыхтела Марфа.
— Бабушка, а это не опасно?
— Для тебя опасно, а для меня обычное дело. Далеко от тебя до её квартиры, — Марфа сняла пуховый платок с головы, сунула в рукав пальто и повесила на крючок в прихожей.
