посчитает… Люда ведь не человек уже… Люда — зверь… Люда — ломовая лошадь… Это уже никакая не компания «Дом»… Это самая настоящая компания «Цирк»…
Роман стучит в дверь кабинета и, дождавшись ответа, заходит в кабинет.
Л ю д м и л а. А вот и клоуны пожаловали. Войдите.
Р о м а н. Здравствуйте, Людмила Анатольевна. Вызывали?
Л ю д м и л а. Да это же самый главный клоун! Конечно вызывали! Уже неделю ждём, дождаться не можем, как из печи пирога. Здравствуй, голубчик.
Р о м а н. Простите меня, пожалуйста. Я приболел.
Л ю д м и л а. Ты кому эти сказки-то рассказываешь? Заместителю компании, которая ведёт за тобой постоянное видеонаблюдение? Заместителю компании, которая ведёт постоянное видеонаблюдение за всей Россией? Ты в своём уме, Рома? Всё? Последние мозги пропил?
Р о м а н. Но мне же действительно было плохо. Неужели вы не видели на видеозаписях, что я всю неделю из туалета не выходил?
Л ю д м и л а. Ну… Так тебе и надо. Меньше на своём сатанинском таро гадать будешь. У тебя с головой всё в порядке вообще? Это же надо додуматься таким сложным путём свести Максима и Настю. Ты чем думал? Сказано же в инструкции — не использовать эзотерику, магию и прочие оккультные способы. Владимир Яковлевич сколько раз тебе это повторил?
Р о м а н. Так я и не использовал! Максим сам начал и пошло-поехало. Завертелось, закрутилось так, что я и опомниться не успел, как они уже целуются. Людмила Анатольевна, вы поймите меня, я всё по инструкции делал. Там сказано — если Максим будет сам использовать запрещённые способы, то ему это разрешено, а мне, соответственно, запрещено ему в этом препятствовать. В инструкции сказано, что я должен направлять его к Насте исходя прежде всего из его собственных желаний и побуждений. Я действовал согласно инструкции. Не, ну всё получилось же? Они уже и жить вместе собираются вроде. Чё вам от меня ещё-то нужно?
Л ю д м и л а. Ишь как заговорил… Ты в самом деле думаешь, что твоя работа окончена на таком незначительном этапе?
Р о м а н. Незначительном?! Я целый год его пытался познакомить с этой Настей. Перепробовал всё, что только можно и нельзя мне самому. В театр ходил к ней. Весь интернет и соцсети перерыл. Создавал дипфейки. Выуживал информацию по крупицам и байтам. Даже с подругой её начал встречаться! Слава богу, что до секса не дошло. Вы чё, издеваетесь сейчас?
Л ю д м и л а. Нисколечки я не издеваюсь. Наоборот — предлагаю тебе продолжить работу в нашей компании на более выгодных условиях. С этим Максимом и его Настей ещё очень-очень много дел. И, кстати, дела не только с ними, но и с другими персонажами нашей компании. Ты даже и не представляешь, насколько много у тебя будет этих дел, и сколько это принесёт тебе денег.
Р о м а н. Сколько?
Л ю д м и л а. Вот договор. Прочитай, ознакомься. От тебя требуется только лишь поставить подпись, как и раньше. А вот это новые инструкции. Они намного проще, но их, соответственно, намного больше. Читай-читай, я подожду. Я никуда не тороплюсь.
Р о м а н. Ага. Понял. Сумму вижу. А что если я откажусь?
Л ю д м и л а. Это риторический вопрос. Ну, а если тебе и это непонятно, то всю риторику тебе могут объяснить наши ребята. Тебя ведь не нужно повторно с ними знакомить? Вроде уже даже общаешься с ними где-то и как-то. Друзей нашёл среди коллег. Неужели тебе у нас не нравится? Деньги платим. Что тебе ещё нужно, Роман?
Р о м а н. Я в Питер хочу. Сами всё знаете.
Л ю д м и л а. Ну это ты уж извини. Если бы Максим, друг твой ненаглядный, в Питере жил, то ты бы был обязан работать в нашем Питерском филиале. Тут уже всё зависит от тебя самого и от твоего дружка. Ну так что? Будешь подписывать?
Р о м а н. Да. Где? Здесь?
Л ю д м и л а. Вот тут, где галочка. Спасибо. Поздравляю, Рома. А теперь иди за первой премией к нашему секретарю. Я ей сейчас отправлю данные о твоих успехах. Знаешь, где кабинет?
Р о м а н. Знаю. До свидания, Людмила Анатольевна.
Л ю д м и л а. Если что, звони. Всегда буду рада помочь.
Роман выходит из кабинета.
Л ю д м и л а. Да уж… Несладко с ним придётся. Но ничего. Привыкнет, голубчик. Будем ему поощрительные командировки в Питер назначать прямиком к его дружку-голубку.
Владимир входит в кабинет без стука.
В л а д и м и р. Людмила Анатольевна, добрый день. Роману премию выдали? Чего это он такой грустный отсюда вышел?
Л ю д м и л а. Конечно, Владимир Яковлевич. Здравствуйте. Всё давно посчитано и пересчитано по вашему приказу. По моему личному мнению он этого, конечно, не заслужил, но желание шефа — закон фирмы.
В л а д и м и р. Не заслужил?! Вы в своём уме, Людмила Анатольевна? Да он же совершил настоящий подвиг! Он — истинный герой нашего времени. Он поверил в сверхъестественное вопреки своим убеждениям и предрассудкам. Но это не главное. Главное — это то, что он поверил в своего друга. В его карты. В то, что этому другу так дорого. Да, работая с нами, он его предаёт, скрывая от него правду о видеонаблюдении. Это бесспорно. Но так на его месте сделал бы каждый человек. Даже я, и даже вы. Но разве это главное, Людмила Анатольевна? Главное — это какие изменения в нём произошли. Теперь он видит своего друга так, как не видит никто. Он видит его глазами бога. Роман понял главное — нет никакой разницы в том, кто за тобой наблюдает. Наблюдать может как бог, так и видеокамера. Но главное это то, что наблюдение есть всегда. А значит всегда есть и совесть. Разве это не есть прекрасно? Разве после этого парень не заслуживает всех этих денег для счастливой жизни? Он проделал колоссальную работу не только для нашей компании, но и над самим собой.
Л ю д м
