– Очень вкусно, спасибо, госпожа Корреш, никогда ничего подобного не пробовал. Вроде бы обычная еда, а какая-то иная.
– Спасибо, мы старались. Господин Равиш, надеюсь, что моя просьба вас не обременит. – Ох ты ж, даже вилку отложил, изготовившись слушать высокопоставленную мадаму. – Отто, будет удобнее, если вы оставите церемонии и станете обращаться ко мне по имени. А если сочтете возможным перейти на «ты», весьма меня порадуете. Вам ведь уже сказали – я с изнанки, поэтому странная. Договорились?
Тут величество, наконец, очнулся и решительно взял застольную беседу в свои руки. Вот чем никогда не владела, так это искусством развлечения гостей. Опять зазвучали незнакомые имена, титулы, названия поместий. Нет, так дело не пойдет. Раз уж у нас почти производственное совещание, а не обед, пришло время вставить свои пять копеек. Разливаясь вычурными словесами – надо же, не забыла классику, – потребовала подобрать кандидата в консультанты. По законодательству.
– Почему именно по законодательству, дорогая?
– Ваше величество! Должность, которой вы меня одарили, называется помощник. Я бы не хотела, помогая, нарушить пару десятков законов и подвести вас из лучших побуждений. Вы же в полной мере понимаете степень моей неосведомленности?
Угу, а еще чтобы ты сам не нарушил эти самые законы и не навредил себе еще больше по причине долгого отсутствия в реальности.
– Очень разумно, дорогая. Еще что-нибудь?
– Да! Желательно, чтобы это был молодой человек, неизвестный на нынешней политической арене. Умный. Грамотный. Злой. Отто, у вас есть кто-либо подобный на примете?
– Отчего же злой? – Король отставил недопитый чай.
– Ваше величество, имеется в виду не зловредный, а готовый добиваться цели любыми законными способами, даже неприятными. Кстати, ваше величество, а какова эта цель?
– На данный момент выжить, Нина. А потом, разумеется, вернуть себе трон, как и завещано богами.
Оппа. Богами? Это у нас на Земле помазанники божии были. Как корону нацепил, так сразу и помазался. А в этом мире все может оказаться взаправду. Боги здесь деятельные, хоть и слегка манкируют своими обязанностями.
Так. Надо поболтать с величеством наедине.
– Мой друг, – заговорил вдруг Отто несмело, но потом собрался, и в его голосе прорезалась некая убежденность. – Мы вместе учились в школе стряпчих. Он великолепный знаток всех законов, начиная от времен Кергона первого.
– И кого мне придется припугнуть, чтобы добыть для нас это чудо? – Это наш грозный генерал? В его голосе проскользнуло одобрение? Да ладно!
Отто тяжело и как-то виновато вздохнул.
– Он сейчас без работы. – И вновь собрался с силами, и вот уже голос твердый; и я уже совсем верю, что Отто прав. – Если честно, его выгоняют каждый раз. Когда через неделю, редко – через месяц.
Ванька хотел что-то вставить, дескать, нам-то оное счастье зачем. А я понимала. На заре печальной юности и в начале карьеры пришлось работать у такого… хм… «руками водителя». Тот отчаянно завидовал моему образованию и всегда приговаривал: «Как трудно с умными!» А потом присваивал мои расчеты.
– Начальники не хотят выглядеть идиотами на фоне твоего товарища, да, Отто?
Ах, какая улыбка, почти как у Тишки. Сработаемся.
– Якоб очень умный. И у него абсолютная память. Поэтому все законы и уложения помнит практически наизусть.
А что величество? А величество делал вид, что участвует в организационном процессе. Зато генерал сидел напротив и оценивающе так посматривал на меня. Прикидывает, куда пыточный крюк воткнуть? Надоел! Устала бояться! Манеры мои ему не такие. Сказано же, с изнанки!
И чего я так завелась? Глупость с моей стороны несусветная, но жутко обидно, что друг Ваньки такой… негибкий, а еще на Киру мою засматривается. Тоже ведь поперек всех канонов девушка.
Король, наконец, отмер, улыбнулся и попытался всех примирить, переведя тему.
– Просветите нас всех, зачем вам карта, дорогая? - Эх, а до карты я так и не добралась, а ведь Шигеру расстарался.
– Очень приятно, что вы поинтересовались. – Надеюсь, этот поклон Ши одобрит. – Давайте будем называть вещи своими именами, ваше величество, – государь поощрительно моргнул, – я совершенно не разбираюсь в политических реалиях, сами понимаете. Нынешняя политика складывалась веками, а я здесь только три месяца. Для начала стоит положиться на более искушенных товарищей. Карта же даст мне возможность наглядно ориентироваться. Не только географически. Торговля, дороги, соседства, ресурсы. Разве не из этого берет начало любая политика? Но главное, ваши владения, я имею в виду финансово доступную собственность. Неплохо бы еще обозначить степень лояльности соседей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Зачем это тебе? – буркнул Шигеру, которому Ваня довольно громко шептал через стол, что да, наверняка разбираюсь, раз спрашиваю.
– Я видела финансовые книги Ваена. Парочку мы даже привели в порядок. Надо же начинать действовать, вот и планирую заняться остальными гроссбухами. А для этого хорошо бы понимать, где что находится, ориентироваться в расстояниях и возможных влияниях извне.
– Так вот зачем ты выкрала Отто из канцелярии, таблички рисовать. – Ванька так откровенно радовался избавлению от цифири, что захотелось повредничать. Обложили, демоны!
– А потом ваше высочество поедет и наведет там порядок согласно нашим с Отто рекомендациям.
Государь весьма ехидно хмыкнул. Так, я же поговорить с ним хотела! Наедине.
– Шигеру, скажи, задний двор охраняется?
– Весь сектор контролируется. – Ответ генерала был сух, но, кажется, он смирился с моей новой манерой.
– Ваше величество! Дядя Бо мне говорил, что у этих покоев есть выход в небольшой сквер. Если наш грозный генерал позволит, не хотите ли прогуляться?
И гробовое молчание. Очень, очень длительное молчание.
Похоже, я опять нарушила все что можно. Ничего, дайте время, подучусь.
Наконец король отмер.
– С огромным удовольствием! Признаться, несколько растерялся. Спасибо, что подумали об этом, Нина. Тебе, Шигеру, тоже спасибо! – И неожиданно улыбнулся. – Вы составите мне компанию, дорогая?
Конечно, составлю, на это и был расчет. Пора нам с вами, милое величество, договориться о моем статусе.
Не срослось. Прилетела Априлда. С образцами одежды для венценосного. И когда успела-то? Ванька, забавляясь моим недоумением, пояснил, что есть какая-то магия. Априлда – слабенький маг, но этого хватает, чтобы воплотить воображаемое в ткани. Так, в принципе, можно с любым материалом – металлом, камнем, глиной, но таких уникумов мало. Потому модистка так успешна.
На мой стеганый костюм ее аристократство с иголкой глянула так, что, будь она магом посильнее, полыхнуло бы. Король это видел и отреагировал:
– Априлда, дорогая, я настаиваю на том, чтобы вы взялись за гардероб моей личной помощницы. – Икнули обе. Потому что утром речь шла об одном платье, а сейчас о гардеробе. А модистка королевы, аристократка в надцатом колене и просто магичка, вдруг осознала, что я выше ее по статусу.
И придется ведь сотрудничать, потому как приемлемые наряды все же нужны, хотя бы два. Априлда, похоже, тоже смирилась, но не очень.
– Так какой же туалет угодно ее милости?..
– Нина, меня зовут Нина. Итак, платья. Одно серебристо-серое с бордовой отделкой, второе бордовое с серым. Жесткое плечо, вот такое, – заозиралась в поисках карандаша, выручил Отто. – Рукав не узкий, я часто двигаю руками; мягкий корсет; ворот такой, чтобы смотрелся мой знак отличия. – Требование мягкого корсета модистку покоробило. Пришлось объяснять, что мою и так дистрофичную талию затягивать – только уродовать. И вообще, это для здоровья вредно. – Все должно быть максимально удобно, но строго. Никаких рюшей и вышивки. Только дорогая фактурная ткань. Бархат или очень плотная тафта. – Быстро набросала пяток силуэтов, чем снискала наконец уважение заносчивой кутюрьешки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Серое платье невыносимо скучное… – На этом месте мужчины испарились, а местная Донателла Версаче обогатилась идеей подплечников и мужского жабо на женском платье. Ради прикола набросала вариант с эполетами и агрессивным воротником, таким, как на шинелях офицеров вермахта. Пожалела. Априлда маньячно начала собирать мои эскизы, даже признанные неудачными. Осталось только попросить понежнее эпатировать публику. Расстались если не приятельницами, то соратницами. Фух! Это ей еще не сказали, что я с изнанки.
